Около часа оба не двигались – я изучал этот промежуток времени на ускоренной перемотке. Когда все остальные уснули, Шак первым покинул свою комнату, подошел к соседней, где жил Ирвин, и постучал. Стучал без церемоний, руками и ногами, можно даже сказать, что ломился в дверь.
Этот момент застал Якуб, собутыльник Щелкуна. Видимо, испугавшись массивного Малыша, он скользнул к себе в комнату, а потому не заметил, как в коридоре появился Юто. Японец постучал в дверь Хоуп.
Ирвин и Хоуп долго не открывали, не слыша объявлений домашних помощников. Наконец Хоуп проснулась, некоторое время пыталась понять, что происходит, потом сообразила и вскочила, приказав помощнику открыть дверь. Однако Юто остался за порогом, и девушке пришлось, накинув простыню, выйти к нему.
Говоря рублеными фразами, японец начал ей объяснять, что Картер попал в беду. Звучало это так, словно Юто был пьян и не владел языком:
– Они в беде. Нужна помощь. Идем скорее. Они в беде…
Хоуп пыталась выяснить, что именно со мной случилось, но японец продолжал, как заведенный, твердить, что «они» в беде.
В это время Ирвин Горовиц тоже проснулся и доковылял до двери. Открыв ее, он непонимающе уставился на Малыша. Тот тоже начал повторять, что я в беде. Потом они с Юто внезапно замолчали и направились к выходу из коридора, не отвечая на вопросы всполошившихся Хоуп и Ирвина, которые бросились за ними. Оба к тому моменту уже поняли, что беда не столько со мной или Кристиной, сколько с Юто и Шаком – они обсуждали странное поведение приятелей, шагая следом. Странно, что никому не пришло в голову зайти за мной или Крисси, чтобы проверить. Возможно, спросонья они не сообразили. Хоуп и Ирвин пытались остановить силой сбрендивших товарищей, но не смогли, потому что Шак с Юто были сильнее.
Так они добрались до переместителя, и там Хоуп вдруг поняла, что разгуливает по станции нагишом и босиком, а из одежды на ней лишь простыня. Странно, что свидетели не обратили внимания на неодетую женщину… Однако возвращаться, чтобы одеться, она не решилась – появился переместитель, и Юто с Шаком двинули в вагон.
В космопорте все они вышли, и подконтрольная юяй парочка уверенно направилась в другой его конец, держась правой стены. Друзья последовали за ними. Ирвин вел себя все беспокойнее, замедлял ход, что-то подозревая, и почти убедил Хоуп не идти дальше.
– С ними точно что-то не так! – жалобно ныл он. – Если мы не можем задержать их силой, нет смысла идти за ними, на станции они в безопасности. Давайте вернемся!
Хоуп рычала, вздыхала, играла желваками и била кулаком о ладонь, разрываясь между здравым смыслом и нежеланием бросать Шака и Юто, которые явно были не в себе. Словно почувствовав это, Юто остановился и обернулся:
– Они в беде. Нужна помощь. Идем скорее.
– К черту! – рявкнула Хоуп. – Мистер Горовиц, вы оставайтесь и, если что-то пойдет не так, бегите и зовите на помощь.
Ирвин закивал. Девушка, придерживая простыню, пошлепала босыми ногами и догнала Шака с Юто. Ирвин, побаиваясь остаться один, медленно посеменил за ними.
Вскоре процессия добралась до дальнего ангара, где между огромными шаттлами в тени чудовищного крейсера огья пряталась маленькая летающая тарелка – точно такая же, какие изображали в старых земных фильмах про инопланетян. Из нее выбрались двое юяй, и теперь они уже не церемонились.
Дождавшись, когда Юто и Шак войдут в летающую тарелку, они их там лишили сознания и заперли, после чего взяли под контроль Хоуп. Этот момент мне особенно запомнился, потому что девушка за мгновения до этого все поняла и рванула назад, крича Ирвину, чтобы тот убегал, и размахивая одной рукой. Другой она придерживала простыню. Попав под контроль юяй, Хоуп остановилась, забыла о стыде и отпустила простыню, после чего начала манить Ирвина:
– Мистер Горовиц, идите же ко мне!
Ирвин от удивления захлопал глазами, а потом радостно направился к Хоуп. Не то чтобы он хотел интима, просто его тоже взяли под ментальный контроль. Оба юяй исчезли в корабле, за ними зашли Ирвин и Хоуп. Проем затянулся, друзья синхронно оставили нашу «семью», а летающая тарелка юяй беззвучно взлетела и покинула Сидус.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Слова торговца Анака Чекби подтвердились – наших друзей похитили юяй.
Мне показалось, что я потратил на просмотр не меньше полутора часов, потому что все диалоги слышал в обычном темпе речи, но, когда я закончил, оказалось, что Кристина все еще изучает магазин, а Беверли болтает за барной стойкой. Только Тигр уже все съел и прилег прикорнуть.
Я вернулся к Разуму и попросил продать мне координаты гиперпрыжка, по которым ушел корабль юяй. Ответ последовал несколько иной, чем я ожидал, – все звуки вокруг утихли, зрение затуманилось, а передо мной развернулось окно с предложением:
Задание Верховного совета!
Похищение бывших членов вашей семьи не первое на Сидусе. Верховный совет обеспокоен происходящим и предлагает вам выяснить их судьбу.
Координаты места, куда направились юяй с похищенными гражданами на борту, прилагаются. Имейте в виду, что они могут вас никуда не привести, будучи лишь первым пунктом назначения в череде гиперпрыжков.
Награда за выполнение задания: 4 монеты Сидуса.
Опционально: дополнительные награды за спасение похищенных и расследование, зачем юяй похищают граждан Сидуса.
Штраф за отказ от задания: –100 очков репутации с Верховным советом Сидуса.
Хомо Картер Райли, принять задание Верховного совета?
Конечно, я его принял, и совсем не из-за потенциального штрафа. Окошко с заданием исчезло, зато проявился и налился цветом значок, на языке Предтеч символизирующий обязательства. На нем загорелась и медленно угасла цифра «1».
При фокусе на иконке развернулся список заданий (обязательств) из одного пункта: «Судьба похищенных граждан». В развернутом виде он повторял текст задания и содержал пакет с координатами, куда прыгнул шаттл юяй.
После этого я хотел изучить рынок фрахта и космических перевозок, чтобы прикинуть, хватит ли денег, но вопрос пришлось отложить – дроид-официант с нашим заказом уже направлялся к нам. Он ловко объехал выдвинутую ногу рапторианца, сидящего за соседним столом, и остановился у нашего. Его манипуляторы начали выставлять тарелки с едой и кувшины с напитками, но насладиться зрелищем мне не дала Беверли.
Бестактно отодвинув официанта, она села за стол, пихнула меня в плечо и выпалила, улыбаясь от уха до уха:
– «Высшие» распались! Эх, жаль, мы пропустили шоу! Представляете, они обвинили друг друга во всех смертных грехах, подрались и после этого объявили о том, что расформировывают команду! Говорят, взаимные оскорбления перешли на расовую почву, и зрители в стороне не остались! Там, говорят, такой скандал поднялся, что Распорядитель был вынужден удалить их из здания и дисквалифицировать!
Я слушал ее вполуха, потому что меня будоражил потрясающий аромат, исходящий от заказанных ребрышек барбекю, и ни о чем другом не думалось. Увидев свою порцию, которая занимала половину подноса – наверно, это был целый бок поросенка, – я мысленно поблагодарил владельца заведения. Вот уж от души так от души! Впрочем, за двенадцать тысяч фениксов на меньшее я бы не согласился. Кристина заказала целую гору запеченных сосисок, сарделек и колбасок, рядом возвышалась гора запеченного картофеля и еще одна – кислой капусты.
В некотором раздумье посмотрев на столовые приборы возле тарелки, я плюнул на приличия и схватил мясо руками – оторвал несколько ребер, и из мест разрыва начал идти пар. Глядя на меня, Крисси тоже забыла об этикете – взяла в одну руку сочащуюся соком сардельку, в другую – горсть капусты, и начала все это уминать так, словно голодала несколько дней. От запахов и звуков пробудился хомяк – официант принес ему добавку, и Тигр снова принялся набивать щеки.
