прочими хвостато-клыкастыми достоинствами. Я ведь и замуж за него не хочу, и в отборе в этом участвовать тоже. Да только мое мнение тут никого не интересует.
Тряхнула головой, стараясь отогнать грусть, и вновь посмотрела на князя. Теперь уже с вызовом. Пусть даже иллюзию не питает, что я к нему что-то испытываю. Не знаю, как другим девушкам, но мне очень захотелось треснуть его по голове чем-нибудь потяжелее. За такое испытание. Всю душу вывернул. И, видимо, мое желание очень хорошо отразилось на лице.
– Как ваше самочувствие, Анна? – вполне учтиво поинтересовался он. Даже голову набок склонил.
Ну надо же, и имя мое запомнил. А я вот его – нет. Упущение.
– Могло быть и лучше, – пробурчала я, вставая и шмыгая носом. – Но спасибо, что спросили. Хоть кому-то не абсолютно все равно.
Последнюю фразу сказала тихо, скорее для себя, но меня, по всей видимости, услышали. Князь удивленно приподнял брови, снова осмотрел меня с головы до ног, задержался на «гипсе» и туфлях в руке.
– Почему вы с повязкой?
– А что, должна быть без нее? – невинно поинтересовалась я.
– Вас должны были вылечить, – строго ответил князь.
Я фыркнула. Мне тут даже эту мазь с горем пополам выдали, что уж говорить про лечение магией или еще чем-то, но под строгим взглядом решила дать пояснение.
– Да все элементарно. Просто обморок знатной и очень важной девицы куда важнее перелома ноги. Спасибо, что мазь чудодейственную дали, ходить хотя бы могу, а не прыгать на одной ножке.
Для демонстрации способностей чудо-мази даже наступила на поврежденную ногу, правда, не очень сильно. Волшебная эта мазь или нет, но болевые ощущения все еще были, пусть и не такие сильные.
Мне показалось, что князь дернулся в намерении подойти или… поддержать? Но тут старичок закончил просмотр очередного «сериала воспоминаний» очередной невесты, обернулся к князю и начал что-то тихо ему говорить, показывая список и иногда посматривая в мою сторону. Не иначе, про воспоминания говорят. Хотя нет, скорее всего, про одно-единственное – последнее, касающееся князя. Камень вроде как должен был показать мои помыслы о князе, а я к нему сейчас ничего не чувствую. Вообще. Мужик и мужик, даром что ящер. Ой, простите, дракон. Будем надеяться, что не козел.
– Простите, я прошла испытание? – решила поинтересоваться у шушукающихся мужчин. Вот что-что, а не люблю, когда обсуждают человека за его спиной.
– Об этом вам сообщат позже, уважаемая. Вместе с другими невестами, – дежурно улыбнулся старичок. – А пока можете быть свободны.
– Хорошо, – тяну я и выразительно смотрю на мужчин. – И куда же мне дальше?
– Пока никуда. Сядь и жди, – ответил за старичка князь, мельком взглянув в мою сторону.
От неожиданности я действительно оторопела и стала ждать. Правда, садиться не стала. Чего ждать? Да понятия не имею, видимо, пока они наговорятся. Я особо не прислушивалась, но уловила несколько фраз, что князь может посмотреть любое воспоминание любой невесты. Что этот камень хранит в себе не только воспоминания, но и испытываемые в тот момент эмоции всех, кто к нему притрагивался. Стоит только назвать имя, и он покажет их, как телевизор. Ассоциация с телевизором, конечно, была только у меня, но принцип понятен. Еще я услышала, что у многих девушек камень приобретал черный оттенок, который символизирует… вот что именно – я не расслышала. Но несложно догадаться, что нечто плохое.
Пока князь слушал, в комнату вошел еще один знакомый мне мужчина – молчаливый блондин, которого я также видела недавно на озере. Он удивленно посмотрел в мою сторону и спросил у князя о моем присутствии в помещении. Тот никак не отреагировал на это замечание, только отмахнулся, а я, наоборот, чуть не застонала в голос.
Ну елки-иголки, а я-то тут зачем на самом деле? Отпустили бы меня уже… куда там меня хотели отпустить? Да уже куда угодно, только желательно туда, где меня хотя бы покормят. А то желудок уже давно начал недовольство свое высказывать, как, впрочем, и я.
Очень хотелось развернуться и молча выйти из этого дурдома, но умом я еще не тронулась и понимала, что этого делать не стоит. Как и прерывать разговор. Пусть я вообще еще ничего не знала о том мире, в который меня так нагло закинули, но я понимала, что стою перед князем, а значит, правителем города, области или что у них тут имеется. И ему лучше не перечить. Это будет то же самое, что на общегородской конференции встать и перебить главу города. Так что я тихо фырчала, так же тихо сопела, нагло присела на край стола, но никуда не уходила.
– Девушки сейчас в изумрудной гостиной, – услышала я голос блондина. – Ожидают твоего прибытия.
– Много их?
– Немногим больше тридцати.
Князь нахмурился, я тоже скривилась. Вот уж что не люблю, так это большой и чисто женский коллектив, тем более когда на кону маячит что-то очень весомое типа заманчивой должности или желанного (для многих) мужчины. Вроде все такие милые, щебечут обо всякой ерунде, словно райские птички, а за глаза в глотку вцепиться готовы.
– Много тех, кто не прошел арку? – спросил князь у блондина.
– На отбор к тебе прибыли сто семьдесят две претендентки, – усмехнулся он.
Ого, и только тридцать прошли? Нормально.
– А сколько девушек, по вашему мнению, прошли первое испытание? – обратился он к старичку.
– Некоторая часть, – туманно ответил тот и улыбнулся. – Вы можете просмотреть воспоминания и решить сами, кого вы хотите оставить на отборе, а кого отправите к их семьям.
Князь тяжело вздохнул, посмотрел в мою сторону, удивился, словно успел забыть о моем присутствии, сжал на мгновение переносицу и снова повернулся к блондину.
– Идрис, просмотри воспоминания и отметь, кого мы отправим домой.
– Как скажешь.
Этот самый Идрис присел за стол, положил руки на камень, как совсем недавно делала я, и полностью погрузился в некий калейдоскоп воспоминаний других девушек. Я удивилась: почему князь поручил это дело ему, а не стал смотреть сам? Гораздо логичнее будет самому отсеять неугодных девушек, но, может, я чего-то не знаю?
Наблюдая за Ирисом… ой, Идрисом, я заметила, что его глаза стали светиться ярким голубым светом, вытянулся зрачок – совсем как у кошки. Ого… необычно, я даже засмотрелась. Ведь и вправду дракон, настоящий. Интересно, а князь тоже так умеет?
Далее камень стал быстро сменять оттенки. То светился ярким светом, то становился серым, красным, зеленым, синим, а иногда его накрывала непроглядная тьма. Что это значит? Что он сейчас видит? Иногда мужчина отрывался
