эти ваши слова, император, скажет совет князей, — отмер наконец и князь Светлов.
— Да-да, а еще не забудьте, когда будете докладывать на совете князей про мое самоуправство, все же изложить, где вы будете брать для их нужд те самые недостающие тепловозы, и за чей счет планируете устранять последствия этой вашей молодецкой забавы. — Император махнул рукой, словно отметая спорщиков от себя, и те, с весьма хмурым, но гордым и непокорным видом, поспешили покинуть зал.
— Что там, Александр Ильич у нас следующим вопросом? — Поинтересовался император, проводив взглядом обиженных его решением князей вплоть до самого выхода из зала.
— Светлейший князь Василий Буревой с прошением о признании найденного им сына Сергея его главным наследником.
Отец с гордо поднятой головой шагнул вперед, я, как это и было заповедовано всеми наставлениями, шагнул следом за ним, следуя за его левым плечом.
— Что ж, брат, я рад, что у тебя нашелся достойный сын и наследник, — кивнул Владимир Второй в нашу сторону. — Нашей империи и мне лично крайне важно, чтобы все секреты артефакторики, известные тебе, Василий, не оказались потеряны, а были переданы достойному продолжателя дел рода. — И уже в сторону: — Александр Ильич, проследи, чтобы уже сегодня сообщение об утвержденном мной изменении в роду Буревых было передано в Геральдический отдел и департамент актов наследственного состояния.
— Будет исполнено, ваше императорское величество, — отозвался императорский ближник, и по жесту императора мы с отцом двинулись в сторону распахнутых при нашем приближении дверей.
— Ну, вот, осталось только засветиться на одном из аристократических балов, и все традиции высшего света будут соблюдены, — сказал отец с ясно читаемым облегчением в голосе, когда мы, снова усевшись в наш лимузин, начали удаляться от императорской резиденции.
Охо-хо, с одной проблемой разобрался, теперь как-нибудь бы другую попытаться решить. Это я сейчас вспомнил о моей невольной замене выданных мне отцом комплекта защитных артефактов. Очень уж не хочется злить его своим отказом рассказать, как такое могло произойти.…Да еще и замена у меня вообще является продуктом артефакторики совсем иного мира. Тоже ведь потребует сообщить, где такие вот штуковины клепают.
— Отец, мне случайно во время прохождения практики после первого курса подготовительного отделения стало известно о серьезной опасности, нависшей над нашей страной и даже всем человечеством сразу. К кому я могу обратиться по этому вопросу?
Говорят, таким образом, пожарники с лесными и степными пожарами борются, методика называется «встречный пал». В принципе, тоже пожар устраивают, и даже вполне опасный для окружающих, в том числе и их самих, но с целью прекратить еще большее бедствие. Вот, собственно сейчас именно такой встречный пал я пытаюсь разжечь. Тоже на вопрос, откуда я узнал об опасности роевого разума, потихоньку пробирающегося к нам через старый зияющий портал, буду только мычать и разводить руками.Плюсом в подобном переводе стрелок для меня является то, что тема Зон сопряжения для отца, в отличие от темы артефактов, не является эмоционально близкой, мой отказ делиться дополнительными темами по ней не вызовет в нем бури эмоционального возмущения.…А про артефакты я тоже напомню, сам, но позже, когда у родителя в сознании уже отложится, что не любую информацию я буду по первому его требованию выдавать.…Хотя, прецедент то я еще ранее создал, когда так и не раскрыл координаты поставщика Средоточия феникса, так что, может, и напрасно начал весь этот огород с отвлечением внимания городить. С другой стороны, об опасности, исходящей из той Зоны сопряжения, затерянной далеко в горах, тоже ведь надо было информацию до властей доводить… почему бы и не совместить для пущей своей безопасности.
Отец от озвученного мной вопроса даже экнул и воззрился на меня в полнейшем недоумении:
— О чем это ты, Сережа?
— О том, что во время практики случайно смог совсем ненадолго подключиться к общему фону, генерируемому насекомыми, проходящими на Землю через один из порталов. Огромная мощь! Думаю, только из-за того, что портал этот оказался изолирован очень высокими горами, позволяет людям еще существовать.
— Мне кажется, ты преувеличиваешь, — а глаза такие добрые-добрые! В точности такими на не слишком буйных помешанных смотрят.
— Отец, я проконсультировался у очень знающего разумного, — уверенно, глядя отцу прямо в глаза, произнес я. — Ты же помнишь, что я имею очень своеобразные связи? Так вот, о той дряни на том конце портала мне было сказано примерно следующее: «Ужас миров. Удивительно, что вы еще существуете».
И таки да, подобной формулировкой своей фразы я еще дополнительно давал своему отцу намек, что мой контакт возможно вовсе даже не землянин. Один черт, магистр артефакторики об этом сразу же догадается, едва хоть чуточку попытается изучить надетые на мне артефакты. Главное, для его постепенного привыкания всю мою информацию подавать малыми порциями.…Ага, лишь бы у меня не получилось, как в той шутке, рекомендующей из чисто гуманных соображений хвост коту постепенно, по пятачку отрубать.
— Сергей, ты должен лично познакомить меня с этим знающим разумным! — Подхватил мою мнимую оговорку родитель. — Не могу же я идти к императору, имея в качестве обоснования одни только твои слова, без всякого подтверждения.
— Не могу, отец, я связан словом. К тому же он грозился просто прервать всяческие контакты, едва только к нему полезет кто-нибудь другой, а не я.
— Хм, ну хорошо, вечером, когда закончится прием, я переговорю с императором. — Нахмурился светлейший князь Буревой. — В конце концов, опасность, про которую ты сообщил, слишком велика, чтобы мы могли просто так отмахнуться. И все равно, советую тебе подумать, как сделать так, чтобы тайн и недомолвок между нами стало как можно меньше.
Глава 5
Если, в глубине души, я все же надеялся, что с прохождением аудиенции у императора у меня появится хоть чуточку свободного времени, то уже буквально на следующее утро, на собственном опыте понял, как жестоко ошибался в этом вопросе. Едва закончился наш с отцом совместный завтрак (тоже, кстати, весьма ранний, традицию будить меня по утрам, после завершения курса молодого аристократа, никто отменять так и не подумал), он предложил мне отправиться вместе с ним в его мастерскую.
Разумеется, я на такое предложение маститого артефактора весьма возрадовался. До чертиков надоела муштра, связанная с правилами хорошего тона, принятыми в высшем свете империи. Ага, радовался я так примерно до середины дня, отец скрупулезно принялся вкладывать
