набор вещей, которые могут мне пригодиться. Ну там, «кошки» для лазания по вертикальным поверхностям, наручники и еще всякое по мелочи. По пути погрузилась в размышления.
В принципе начало их переписки не предвещало столь странной развязки, о которой рассказала мне Катя.
О своей любви Александр поведал моей клиентке спустя неделю после их знакомства. До этого он несколько раз предлагал ей встретиться, Волконская тактично отказывала ему, ссылаясь на срочную работу. Предложения были все более навязчивыми, а потом Бурлаков открыто признался Екатерине, что влюбился в нее «с первого взгляда». Понятно, что взглядов никаких и не было – увидеть женщину он мог только на ее фотографиях, размещенных в сети. Александр посылал Кате стихотворения, в которых говорил ей о своих чувствах, а Волконская и вовсе перестала ему отвечать. В конце концов она прямым текстом написала ему, что не хочет продолжать общение и не настроена на какие бы то ни было отношения. Но на Бурлакова это не подействовало – признания продолжали сыпаться, просьбы о встречах становились все более навязчивыми. Катя не выдержала и удалила Александра из друзей и поставила запрет на сообщения. Больше Бурлаков ничего писать Екатерине не смог, и история переписки закончилась. Как я понимала, после этого последовало его посещение редакции журнала «Глория», и Катя сообщила Александру, что переехала жить в столицу.
Конечно, ничего странного во внезапных чувствах Бурлакова я не видела, учитывая его заболевание. Люди, страдающие маниакально-депрессивным расстройством, склонны к одержимости какой-либо идеей и стараются любыми способами добиться ее осуществления. Так получилось и с Александром – мужчина вбил себе в голову, что любит Катю, начал преследовать девушку и в конце концов перешел к решительным действиям.
Все сходилось – он следил за Катей, караулил ее в сквере, но подойти, похоже, не решился – боялся, что она его отвергнет. Интересно только, откуда он узнал, где Волконская живет? Может, он все-таки узнал ее тогда в редакции и проследил за ней? Сделал вид, что не заметил Катю с новой прической, а сам последовал за ней до ее дома, потом пытался с ней встретиться… Но зачем – и как – он проник в ее квартиру и переворошил все вещи? Обычный человек сравнительно редко умеет работать отмычками.
Что Александр мог искать в доме своей возлюбленной? Ответа на этот вопрос я не знала. Может, он хотел дождаться ее в квартире и наконец-то поговорить с ней? Припереть Катю к стенке и заставить ее выслушать его? Но все равно, за каким лихом он учинил в доме разгром? Хотя существует тип извращенцев, которые воруют вещи своей жертвы, однако у Екатерины ничего не было украдено.
«Все-таки странно это», – подумала я про себя.
Есть и другая возможность. Вдруг у этого парня была девушка? Мало ли, с мамой прописан. Сейчас далеко не все живут по месту регистрации. И эта девушка, возмущенная тем, что ее молодой человек увлекся другой, решила Катю припугнуть. Но как она могла проникнуть в квартиру? Это вопрос… Замки все-таки современные, шпилькой не откроешь…
Но как бы то ни было, я твердо решила приехать к самому Александру и допросить его. Повод для приезда нашелся сам собой – Бурлаков говорил Екатерине, что посылал свои стихотворения в разные издательства, но ответа так и не получил. Учитывая этот факт, я быстро сочинила правдоподобную легенду, которой и собиралась воспользоваться. Времени мне достаточно, сейчас как раз народ с работы подтягивается.
Глава 3
– Женечка, ты так быстро! – всплеснула руками Мила, стоило мне зайти в квартиру. – Что случилось?
– Да ничего страшного, – обняла я тетушку. – Вещи захвачу и на несколько дней тебя покину.
– Работа есть работа, – согласно кивнула Мила. И метнулась на кухню ставить чайник, крикнув: – Ты только звони, не забывай.
Я побросала в сумку необходимое снаряжение, выпила кофе, попрощалась и поехала дальше.
Я села в салон своей машины и снова набрала номер Александра. Но телефон Бурлакова по-прежнему был выключен, и я предположила, что мужчина сменил сим-карту. В социальную сеть он тоже не заходил и мою заявку в друзья не прочел.
Что ж, не буду терять времени, проще приехать к нему домой и самой во всем разобраться.
Дорога до Коломенской улицы Кировского района города заняла у меня от силы минут пятнадцать, не больше. Час пик еще не начался, и машин на улицах Тарасова было немного, поэтому скоро я уже припарковала свой автомобиль возле дома Александра и подошла к нужному мне подъезду.
Я надеялась, что мужчина не ушел на работу, если трудится в вечернюю смену. В крайнем случае я могу поговорить с его матерью – уж она-то дома – и узнать у нее, когда Александр вернется домой и где можно будет его найти.
Я набрала номер квартиры Бурлаковых и позвонила в домофон. Прошло несколько секунд, и мне ответили – надломленный женский голос спросил, кто пришел.
– Меня зовут Евгения Охотникова, я редактор журнала «Современная поэзия», – бойко начала я. – Мне бы хотелось поговорить с Александром Бурлаковым по поводу его стихов.
– Его нет дома, – сухо ответили мне.
– Вы – его родственница, верно? – быстро проговорила я. – Мне очень нужно побеседовать с Александром, он присылал в нашу редакцию свои стихи, и мы хотим их напечатать. Я должна взять интервью у самого поэта!
– Его нет, – снова повторила женщина.
– А когда он будет? – не унималась я. – Это очень важно, наш журнал заинтересован в талантливых поэтах, и мы хотим предложить Александру издать свой собственный сборник и получить за это неплохой гонорар! Я писала ему на электронную почту, но он так и не ответил, поэтому я и приехала по указанному адресу в его письме со стихами!
– Ладно, проходите, – наконец произнесла моя собеседница. – Но вряд ли я вам смогу хоть чем-то помочь… Хотя Саша всегда мечтал издаваться, может, его мечта и осуществится… Правда, не знаю, принесет ли это ему теперь радость…
Что-то в голосе матери Александра – а судя по всему, это была именно она, – мне не понравилось.
Я вошла в подъезд дома с твердым намерением разобраться, что произошло с Бурлаковым
