Стела, твой муж мертв! Смирись с этим! – грубо осек ее отец.
– Они в погребе, – невозмутимо повторила она.
– Предлагаю проверить, – нервно сжав распятие, прошептал священник.
– Плохая идея, святой отец, – покачал головой Гарри. – Нам придется ломать замки – наверняка дом заперт. А если они просто уехали из города, как будем потом объясняться перед хозяевами? – неуверенно возразил бургомистр. – Лично я сомневаюсь, что они в погребе, и не верю в призраков.
– Они в погребе, – стояла на своем Стела. – Мертвые!
– А если нет? – завелся отец. – Ты пойдешь извиняться перед Туками?
– Давайте проверим, – утирая пот со лба, решительно заявил священник. – Если что, я сам принесу извинения Ральфу и Саре.
– Быть по вашему, святой отец, – сквозь зубы процедил Гарри. – Джимми, найди парней покрепче, надо будет сломать пару замков!
– Понял, – рявкнул Дюк и пулей побежал за подмогой.
Сборы были недолги, и, несмотря на вечернее время, Дюк очень быстро вернулся, а с ним – два рослых мордоворота, которым не терпелось скрутить в бараний рог кого угодно, даже призрака. Впрочем, калитка оказалась незапертой, как и сам дом Ральфа. А беглый осмотр только подтвердил догадку Стелы.
– Сэр, тут правда никто не жил, и уже давно, – попробовав пальцем пыль на столе, сказал один из мордоворотов.
– Вижу, – почесав узкий лоб, ответил Дюк.
– Вы чувствуете запах? – принюхиваясь, спросил святой отец.
– Что‑то испортилось? – перебирая горшки с едой, предположил Гарри.
– Нет, так пахнет гниющая плоть! – Жадно вдыхая воздух, святой отец пытался найти источник запаха. – И вонь идет из подвала!
– Надо ломать пол, – простукивая дерево, сказал Дюк. – Не могу найти лаз.
– Вот он, – указал на кольцо бургомистр.
Крепкие парни тут же откинули крышку, и вся команда с фонарями в руках спустилась в подвал. Вонь стояла невыносимая. Прикрывая носы платками, они расставили фонари, дабы осветить место трагедии. Омерзительное вышло зрелище: отекшие, местами обглоданные крысами, два трупа лежали на песчаном полу. Рядом на бочонке – ступка и мумия ребенка, точнее, ее половинка. В ступке обнаружили недотолченные косточки малыша. В животе у Сары торчал кухонный нож, а на шее Ральфа отпечатались ее пальцы.
Не выдержав такого зрелища, священник бросился наружу.
– Пусть идет, – сказал Гарри. – Главное он уже увидел.
Джимми тронул ногой труп Ральфа.
– Что ж его так разнесло?
– Неделю лежать мертвым – и не так раздует, – рассматривая трупы, ответил ему Гарри.
– Кто их так? – почесал в затылке Дюк.
Бургомистр посмотрел на ступку и с абсолютным спокойствием в голосе подвел черту:
– Сами себя! – Он достал крохотную косточку из ступки. – Пришел домой, увидел все это и зарезал ведьму.
– Что это? Останки ребенка? – разворачивая мешковину, прошептал Дюк. – Чем она тут занималась?
– Не знаю и знать не хочу! – строго выдал Гарри, сметая ногой в кучу атрибуты для темного ритуала. – Надо сжечь все это, а бедолаг похоронить по‑людски.
– Святой отец откажется отпевать, узнав, чем они тут занимались.
– А чем они тут занимались? – строго посмотрел на помощника Болд.
Здоровяк аж побледнел от неожиданности вопроса, затем стал тыкать пальцем, указывая на мумию, ступку и пестик, намекая, что это всё происки Сатаны, нормальные горожане не будут хранить такие вещи в погребе.
– Может, она и была ведьмой, – ответил на это Болд. – А вот Ральф был обычным фермером, который мечтал о сыне и трудился как проклятый на огороде.
– Вот мразь, зачем она убивала детей Ральфа? Зачем сушила? Какая мерзость!
– И знать не хочу зачем! Но если бы я такое увидел, то голыми руками удушил бы тварь! – посмотрев на Сару, прошептал Гарри.
– Добряк взял нож, – поправил его Дюк. – Мерзкая история, мне надо выпить.
– Всем надо будет выпить, но сначала похороним бедолаг! – собираясь на выход, заявил Гарри. – Выбери неболтливых парней покрепче, пусть закопают тела во дворе.
Вечером, когда все было сделано, Гарри позвал всех в кабак почтить память соседа. Собралось много людей. Добряка Тука хоть и недолюбливали, но он не был плохим человеком, с женой только не повезло, но так любовь зла, и с этим ничего не поделаешь.
Уплетая рагу за общим столом, толпа обсуждала последние сплетни Мэлона.
– Гарри, а что будешь делать с выигрышем? – наклонившись к Болду, спросил у того священник.
– Вы о чем, святой отец? – закусывая тыквенную наливку, спросил в ответ бургомистр.
– Насколько я помню, Ральф Тук – один из победителей ярмарки.
– Да, кстати, – загудели сидящие рядом.
– А, вы об этом? – Болд даже встал из‑за стола. – Не волнуйтесь, за каждый медный отчитаюсь. Часть денег пошла на похороны и поминки, а остаток пустим в организацию нового праздника. Эта история с Туком привлекла много внимания, случаи с едой и с тыквами стали самими яркими моментами ярмарки. Я даже подумал на следующий год сделать отдельную ярмарку тыкв – места у нас плодородные, устроим праздник урожая.
– Тоже с призовыми? – выкрикнул кто‑то.
– Там посмотрим, кто будет участвовать, но чем больше приезжих посетят ярмарку, тем лучше для казны города. – Да и много хороших семей после ярмарки остались в Мэлоне.
– Это мы заметили на проповеди, – чуть ли не хором ответили горожане.
– А я что говорю, во всем надо искать хорошую сторону, даже в смерти бедолаги Ральфа. Сделаем его дом знаменитым и будем водить туда зевак, рассказывая о тайнах городка.
– Хорошая идея, – закивали собравшиеся.
– Вот на это и пойдет его выигрыш.
Сидевшие за столом горожане снова одобрительно закивали. Ярмарка‑то понравилась всем – город обогатился, горожане приятно провели время, а продавцы распродали товар, недовольных не было.
– За бургомистра! – Джимми резко встал.
– Ну что ты, – делано смутился Гарри.
– Нет, нет, – поддержал тост священник. – За нашего бургомистра! Храни тебя Бог, сын мой! – Он перекрестил Болда.
– Спасибо, святой отец. – Гарри поднял кружку в ответ. – Буду и впредь служить интересам города. Спасибо за доверие!
После этих слов поминки плавно перетекли в обычное застолье, с песнями, смехом и хорошим настроением, под
