Глава 6
— Пришло время вывести тебя в свет, — сказал за завтраком Трэвис. — Надеюсь, ты не возражаешь?
— Конечно нет! — улыбнулась Шарлин.
— Мы должны показать всем влюбленную пару, — продолжил Трэвис. — Ужин в отеле «Столлвей» как раз то, что нам нужно! Тем более тебя уже там знают, — заговорщически подмигнул Трэвис.
— Прекрасно! А где же бесценные указания режиссера? Тебе нужно проинструктировать меня!
— Хорошая идея! — согласился Трэвис. — Помнишь, в отеле есть лестница рядом с ресепшн? С видом на огромную картину в холле? Так вот, поднимайся по лестнице и любуйся картиной, пока я не появлюсь! — решил Трэвис.
— Да, пока ты будешь высматривать меня, тебе нужно немного покрутиться около ресепшн, чтобы на тебя обратили внимание.
— Точно! А ты медленно спускайся по лестнице, — расписывал дальнейший сценарий Трэвис. — Я буду ждать тебя внизу. Восхищение в моих глазах. Может, лучше обожание, а?
— Нет, пока достаточно восхищения, — серьезно ответила Шарлин. — Немного позднее оно может перерасти в обожание.
— А можно я упаду перед тобой на колени от избытка чувств? — развеселился Трэвис.
— Думаю, не стоит, — все так же серьезно ответила Шарлин.
— Я буду сдерживать свой любовный пыл и лишь томно вздыхать, глядя на свою богиню, — не унимался Трэвис. — Не возражаешь? Эй, послушай! Прекрасная половина человечества обычно не заливается смехом, когда я говорю о таких серьезных вещах! — не выдержал он.
— Они бы умерли со смеху, если бы услышали твою пламенную речь! — засмеялась Шарлин. — И часто ты произносишь такие речи? — поинтересовалась она.
— Забудь, — отмахнулся Трэвис. — Я рад, что развеселил тебя. На чем мы остановились? Да, ты спускаешься вниз. Я подаю тебе руку и медленно привлекаю к себе. Надеюсь, у кого-нибудь будет с собой мобильный с камерой. Получится прекрасное фото!
— А что ты наденешь?
— Смокинг с бабочкой. А тебе нужно обновить гардероб. Но вот какая проблема…
— Какая проблема? — забеспокоилась Шарлин.
— Так как сейчас ты помогаешь мне, то это моя обязанность купить тебе новые вещи. Боюсь, ты будешь оскорблена таким поворотом событий. А, ладно! Мне не привыкать! — С этими словами он достал свою кредитную карточку.
— Съезди лучше в… — Трэвис назвал один из самых модных и дорогих магазинов Лос-Анджелеса, — и полностью обнови гардероб.
— Нет, только вечернее платье, — решила Шарлин. — Строгое, утонченное. Достаточно будет лишь одного взгляда, чтобы все поняли, ты встал на путь добродетели, — поддразнила она.
Трэвис усмехнулся и взглянул на часы:
— Мне пора, у меня назначена встреча с журналистом.
— И что ты ему скажешь?
— Ничего особенного! Пару туманных намеков, не более. Надо разжечь их интерес!
— А ты знаешь, как заставить людей плясать под свою дудку, — промолвила Шарлин.
— Мне кажется, не у одного меня такой талант. — Трэвис пристально посмотрел на Шарлин.
Шарлин отчаянно хотелось, чтобы Трэвис мог гордиться ею сегодня. Она занялась приготовлением к вечеру. Выбрала красное бархатное платье с воротником-стойкой. Красный бархат соблазнительно обтягивал ее стройную фигуру. «Неплохой выбор», — подумала она, оглядывая себя в зеркале. В салоне ей сделали элегантную вечернюю прическу — волосы собраны в тяжелый узел на затылке, лишь несколько прядей кокетливо обрамляли лицо.
Ей сегодня предстоял ужин с самым красивым мужчиной на свете на зависть многим женщинам.
«Пора! Занавес!» — прошептала она.
Встреча прошла точно по сценарию. Трэвис побродил по холлу отеля, высматривая Шарлин и, конечно, давая возможность запечатлеть себя на камеру.
Не отрывая восхищенного взгляда от Шарлин, Трэвис подал ей руку, прижался губами к ее руке и тихо прошептал:
— Шарлин, дорогая.
Она лишь томно вздохнула, взмахнув ресницами.
Официант проводил их к столику. К удивлению официанта, Трэвис сам кинулся ухаживать за девушкой — отодвинул стул, усадил.
— Предложите нам лучшее шампанское, какое у вас есть, — указал он официанту. — Нам нужно отметить…
— О, не слишком ли рано, Трэвис? — очаровательно улыбнулась Шарлин.
Официант упорно делал вид, что ему не интересен их разговор. Приняв заказ, он удалился.
— Так, один, кажется, клюнул, — прошептал Трэвис.
— А ты бессовестный обманщик, — поддела его Шарлин.
— Конечно! — разулыбался Трэвис. — Я же актер! В нашем деле кто лучше обманет, притворится, тот и звезда. Один старый актер как-то сказал мне: «Когда толпа неистовствует, аплодисменты грохочут, а режиссеры борются за тебя — помни только об одном: сегодня ты знаменит, а завтра можешь оказаться на улице».
«Так вот почему он так отчаянно сражается за свое место под солнцем, — решила Шарлин. — Любое оружие идет в бой в борьбе за успех».
Трэвис внимательно разглядывал ее.
— Отлично, — одобрил он. — Скромно, со вкусом. Но тем не менее прекрасно! — Когда унесли еду, Трэвис неожиданно промолвил: — Думаю, теперь пора преподнести тебе небольшой подарок.
— Да, вполне вписывается в наш сценарий, — согласилась Шарлин.
— Я тоже так решил. — С этими словами Трэвис вытащил из кармана маленькую бархатную коробочку. — Дорогая, это тебе! — с жаром произнес он.
«Интересно, что там? — подумала Шарлин. — Серьги? А может быть, браслет?»
Одарив Трэвиса соблазнительной улыбкой, она открыла коробочку… и в немом изумлении уставилась на Трэвиса. На дне коробочки лежали пластмассовые серьги с изображением Микки Мауса.
— Что такое? — обеспокоенно спросил Трэвис, глядя в ее изумленное лицо. — Черт! — выругался он. — Как я мог перепутать?
Шарлин уже хохотала во весь голос.
— Прости, — еле выговорила она. — Кажется, этого не было в нашем сценарии!
— Черт! — не унимался Трэвис. — У моей крестницы день рождения, вот я и купил ей подарок. Она обожает Микки Мауса. Я одновременно покупал вам подарки, даже взял одинаковые коробочки… Твой подарок, видимо, остался дома.
— А ты знаешь, мне эти серьги даже больше нравятся. Пожалуй, я сохраню их на память!
— Когда приедем домой, я отдам тебе твой подарок, — пообещал Трэвис.
— Нет, не стоит, — возразила Шарлин. — Прибережем его до следующего выхода в свет. — Не хмурься, нет никакой трагедии!
— Есть, — ответил Трэвис. — Это жизнь, в которой я вращаюсь. Ты совершаешь легкомысленные ошибки, пока не получаешь от жизни удар. Одна ошибка, две. Ты с легкостью о них забываешь, ведь ты окружен людьми, которые тебе всегда скажут: «Брось! У тебя все отлично!»
