сделают выводы.
Ролан обошел дымящийся остов по кругу. Машину подбросило взрывом, чуть сдвинуло в сторону, ехать она уже не могла, потому что передние покрышки снесло, а сами колеса сорвало или отогнуло. Неважно, где находилось взрывное устройство, в самом автомобиле или вне, какая-то деформация дорожного покрытия должна была остаться.
Рвануло знатно, ошметки разлетались далеко, на дороге обломки валяются, на голубой ели в палисаднике обгоревший кусок крыла повис, ветки срублены. На снегу через дорогу темные пятна — летели клочки по закоулочкам. Даже во двор соседнего дома осколки залетели, причем довольно плотной волной — стекла в окнах второго этаже выбиты не только взрывной волной.
Снег в последнее время сыпал микроскопическими дозами, и улица расчищена, и подъезды к домам. И перед соседним домом убрано, как будто вчера снегоуборщиком прошлись. А самих соседей не видно. Может, на работу уже уехали. Но почему-то не видно свежих следов от колес. После того как прошел снегоуборщик, из дома никто не выезжал. Свежая колея только в месте пересечения выезда с дорогой. И следы ног. Возможно такси подъезжало, забрало людей. Или машина стояла, из которой наблюдали за двадцать шестым домом.
Снег на площадке перед соседним домом утрамбован плотно, следы ног читались плохо. Зато обломки взорванной машины читались хорошо. Обломок бампера валялся, кусок радиаторной решетки, фрагмент генератора, сорванные болты, оплавленные колеса от игрушечной машины… Вмятины в воротах, а соседей не видно. И не подъезжают. Им должны были уже позвонить.
Ролан оставил соседей на потом, повернулся лицом к взорванной машине. Сделал шаг и замер. Стоп! А откуда взялось игрушечное колесико? Потерпевший вез куда-то детскую машинку? Но игрушка так и осталась бы в салоне, сгорела бы, и все. Что, если это фрагмент передвижного радиоуправляемого устройства? Радиоуправляемую модель снарядили взрывчаткой, направили под машину жертвы и дистанционно привели в действие. А выпустить наземный дрон могли из машины, которая стояла одним боком к жертве, а другим к соседским воротам. Но картина разлета осколков указывала, что препятствий в виде автомобиля и тому подобных средств не было. Подтвердить это предположение могла запись с видеокамеры. И еще ответ на вопрос мог дать тщательный визуальный осмотр. Сегодня утром с неба сыпалась снежная пыль, ее практически не видно на земле, но, если нагнуться и присмотреться, можно увидеть свежий след ноги. А Ролан обнаружил след от маленьких колес. Не было никакой машины, заряженной взрывчаткой, дрон стартовал от самой калитки.
Но и от изучения записи Журавлев не отказался. Камерой занимался Крынкин, Ролан нашел его в доме потерпевшего, капитан удобно сидел на диване в гостиной и смотрел на экран огромного телевизора.
— Что-нибудь нашел?
— Да нет, — пожал плечами Крынкин, возвращая запись к исходной точке.
Открылись ворота, выехал джип, место над ним так же хорошо освещено, как и площадка перед воротами дома напротив. И перекресток под инфракрасной подсветкой, но камера установлена так, что машина закрывала его практически целиком, а то, что находилось в зоне видимости, перечеркнуто движущимися тенями — мерцание, блики.
А перекресток крестообразный, к воротам соседнего дома Гаврилов мог выехать по прямой. Но по этой же прямой из темноты на него выехало нечто другое, гораздо меньших размеров, чем автомобиль. Откуда-то из темноты между опорными столбами калитки выехало. Промелькнуло в кадре и скрылось под машиной, тут же грянул взрыв, и видимость упала до нуля. Момент этот едва не затерялся в бликах теней, Ролан просмотрел запись несколько раз, пока разглядел подозрительное движение.
— Радиоуправляемая модель, — вслух размышлял он. — Возможно, без камеры.
— По прямой запустили? — пожал плечами Крынкин.
— Нацелили и запустили.
— Все равно коррекция нужна, это же не пуля, чтобы по прямой лететь, чуть подпрыгнула, и уже в сторону…
— Если камеры не было, значит, наводчик где-то рядом находился. И не промазал. Обратно только колесико вернулось… — усмехнулся Ролан. — Я думаю, взрывник с клиренсом немного не рассчитал, машинка сразу под бампером рванула… А может, он знал, что так будет, поэтому и заряд усилил.
— Заряд усилил… Это чудо, что людей поблизости не было.
— Нас, Кирилл Олегович, другое чудо сейчас интересует. Которое установило машинку и навело ее на цель. Не на парашюте же дрон опустился.
— Может, машина подъезжала, — пожал плечами Крынкин.
Ролан кивнул. Калитка соседнего дома находилась в зоне видимости камеры, но машина могла перекрыть обзор. Подъехать незаметно для камеры и выгрузить пассажира, который, установив дрон, вернулся обратно.
Крынкин отмотал назад, остановил на одной проезжающей мимо машине, на другой. Ни одна из них не останавливалась. Надо дальше листать назад.
— Ладно, ты давай работай, а я пойду! — Ролан поднялся, собираясь уходить.
— Это вы без меня никуда больше не уходите, — добродушно усмехнулся Крынкин. — А то мало ли!
— Тьфу-тьфу!
За последние полгода Ролан перенес три операции, титановые пластины, к счастью, вживлять не пришлось, раны затянулись и без вкладышей, но дискомфорт он испытывал. И сейчас возникло ощущение, что в голову через открытые раны поступает холодный воздух. В теплое помещение он входил, не снимая шапки с опущенными ушами, без нее Ролан чувствовал себя голым.
— Я серьезно, если куда-то понесет, я с вами… В интересах дела, между прочим.
— Ну да, — кивнул Ролан.
Он ведь не просто упустил тогда Начетникова, а потерял его навсегда. Пропал Сева, бесследно пропал, и вряд ли он где-то прячется. Наверняка спрятали его там, откуда не возвращаются. И нетрудно догадаться, кто это сделал.
— Сорокин тоже стройматериалами занимался, бетонозавод держал. А кто у нас в городе главный строитель, кто цемент и бетон держит?
Сорокин, увы, не выжил, умер в больнице. Пережил операцию, вышел из наркоза, состояние стабилизировалось, думали, угроза жизни миновала. Но, увы… Возможно, ему помогли умереть, но дознание постороннего вмешательства не выявило. Если не считать пули, которую выпустил в него киллер.
— Валушин Ярослав Павлович, генеральный директор компании Святкинский цементный завод. Дважды судим, незаконные валютные операции и еще что-то, кажется, мошенничество, пятьдесят восемь лет, женат, дети, внуки.
Ролан твердо знал, что вернется в Святки и доведет начатое дело до конца, поэтому в больнице изучил всю информацию об отцах города, которую смог предоставить ему Косов. А память у него крепкая, он, конечно, мог потерять ее, но только целиком.
— С Валушиным шутки плохи, — кивнул Крынкин. — А Сорокин этого не понял. И Гаврилов, видимо, тоже.
В дом зашла жена погибшего в сопровождении галантного Беглова. Он помог ей снять шубу, она поблагодарила кивком, но при этом глянула на него так, будто хотела прихлопнуть, как муху. Достал он ее, не верила вдова,
