Пока я тихо офигевала от местных образовательных стандартов, подруга успела уснуть и теперь мирно сопела носом в стенку.
Спать на таком холоде я побоялась, и поэтому решила сходить туда, где можно согреть свои промёрзшие косточки – в баню при академии. Я успела побывать в ней с десяток раз, но ещё никогда мой путь туда не был таким коротким. И я бы поставила новый рекорд скорости бега по занесённой снегом местности, если бы не остановилась как вкопанная перед входом. Из него вместе с клубами пара выбежал абсолютно голый мужик и нырнул в сугроб прямо перед моим носом. Мой взгляд так и прилип к его крепкой задн…, гм, пятой точке. Вот сейчас мне даже тепло стало, а когда мужчина поднялся из сугроба и обернулся, я вовсе забыла, как дышать. Взгляд сам собой прилип к поджарому атлетическому телу, обласкал кубики пресса, скользнул вниз по дорожке курчавых золотистых волос и, в общем, я совсем потеряла стыд, потому что беззастенчиво уставилось на то самое, что увеличивалось в размерах прямо у меня на глазах.
А потом и глазом моргнуть не успела, как этот Аполлон схватил меня в охапку и занёс в предбанник. Данный манёвр помог мне собрать растёкшиеся лужицей мозги и опознать в захватчике Рея Гралана.
– Извините, я не хотела… Вы сами, – промямлила я, чтобы хоть как-то скрыть неловкость, а потом наш преподаватель по общей некромантии обхватил моё лицо горячими, что удивительно, ладонями и прижался губами к моим губам.
Поцелуй запустил волну раскалённой лавы. Она прошлась вдоль моего позвоночника и собралась горячим источником внизу живота. В моей жизни были и мужчины, и поцелуи, но так меня ещё ни разу не целовали – жёстко, безапелляционно, напрочь лишая воздуха и силы воли.
Обычно говорят, что девочки плавятся от страсти, а у меня выходило поплыть. Как будто на корабле в открытом море: палуба то и дело уходит из-под ног и запредельный восторг от бескрайнего моря.
И всё же я нашла в себе силы остановить безумие, когда ощутила, что руки Рея проникли под одежду.
– Прекратите, – задыхаясь, словно от быстрого бега, прошептала я и ударила его ногой чуть ниже колена, – оденьтесь немедленно!
К моему удивлению, Гралан послушался и исчез за дверью мужской раздевалки. Вид у него был шальной и потрясённый, словно он сам от себя такого взрыва чувств не ожидал.
Я же прислонилась к стене и тупо гипнотизировала ручку двери. В голове царил полный хаос, потому что я не понимала, как умудрилась влюбиться в брутального преподавателя. Ведь ещё вчера считала, что в моём сердце всецело господствует лишь принц Хеэл. Я ужасна: неужели это из-за меня ритуал не подтвердил взаимность наших чувств?! Нет, не может быть! Я представила Хеэла и прислушалась к себе. Сердце щемило от тоски и невозможности быть рядом с любимым. Значит, к Гралану у меня всего лишь банальное влечение.
Да тут сложно не испытывать его, когда передо мной маячит такой шикарный образчик мужественности. Принц тоже спортивного телосложения, но до преподавателя по общей некромантии ему как до Китая пешком. Ой, опять я фразеологизмом думаю.
Пол в бане зашатался и из щелей в полу полезли дохлые мухи с комарами. Они собрались в шеренгу и стали маршировать от одной стены к другой. Я завизжала от такой жути.
Рей вихрем ворвался в помещение, и обхватив меня за плечи, приказал:
– А ну успокойся! Сейчас я упокою твой рассадник некронасекомых.
Я запрыгнула на преподавателя, и обхватив его талию ногами, не собираясь отпускать отвоёванное убежище, пока он не выполнит обещание.
– Всё, я их упокоил, – сообщил Гралан, смеясь, – повелительница мух и комаров.
Я огляделась, и только убедившись, что стало и правда чисто, разжала конечности, соскользнув по Рею вниз.
– Не надо мне такого счастья, – отказалась я от сомнительной чести.
Отошла на пару шагов и заметила, что моё висение на преподавателе его возбудило.
– Ой, а что это у вас там, – решила пошутить я, и сделав страшные глаза, уставилась на явно сейчас выдающееся достоинство мужчины.
– Термос, – хмуро ответил он, – на улице из-за некоторых такой мороз, что без горячего ни шагу ступить нельзя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
С этими словами преподаватель ушёл на улицу, оставив меня одну в предбаннике.
И ведь ни капли не преувеличил – у него в штанах находился “термос”, причём хорошего такого “литража”. Я потрясла головой, безуспешно пытаясь вернуть себе душевное равновесие.
Дверь со стуком отворилась. Рей вбежал, сверкая безумным взглядом синих-пресиних глаз, метнулся ко мне, припечатывая своим горячим телом к стене, и впился в губы пламенным, крышесносным поцелуем. Собрав все силы, я оттолкнула его. Вышло противоречиво, ведь на поцелуй я отвечала.
Гралан чуть отодвинулся и принялся ласкать губами чувствительное местечко за ушком, в то время как его руки нарочито медленно скользили по мне.
– Прекратите, – чуть слышно выдохнула я, – я люблю принца, и хочу быть ему верна.
Рей отпустил, отошёл на два шага назад. Отчего-то он улыбался. Как по мне, так для него ничего забавного в этой ситуации не было, однако Рей определённо веселился.
– Смотри, – преподаватель нажал на кольцо с чёрным бриллиантом, украшающим его изящные длинные пальцы, и от ног к голове побежало жёлтое светящееся кольцо. Там, где оно прошло, одежда и внешность преподавателя менялась. Вместо мрачной академической мантии появлялись отполированные до зеркального блеска мягкие кожаные сапоги, с заправленными в них чёрными шёлковыми брюками, и завершал царственный вид белый камзол с золотыми деталями в отделке – традиционная одежда кронпринца Адилийского королевства. Я подняла голову выше и встретилась с глазами моего любимого, принца Хеэла.
– Понятно, – сказала я, чтобы хоть что-то сказать, – а какая же внешность твоя настоящая?
Принц снова запустил золотое кольцо и вернул себе облик преподавателя по общей некромантии.
– Вот так я выгляжу на самом деле. Но мало кто знает, что это моя настоящая внешность. Только самые близкие. И ты теперь в их числе.
Я смотрела на стоящего передо мной мужчину и изучала его так, как будто впервые увидела.
Отливающие бронзой волосы обрамляли лицо, спускаясь до плеч, умный взгляд синих-пресиних глаз, аристократические черты лица, острые скулы и чётко очерченные ярко-алые губы, которые часто изгибались в хищной улыбке. А ещё я несколько минут назад видела, что под чёрной мантией скрывается тело воина, заточенное под то, чтобы не оставлять врагам ни малейшего шанса найти в этой громаде мускулов и сухожилий уязвимое место. Вот и я пала к ногам победителя. И хоть Хеэл ещё об этом не знает, но для себя я решила, что таки да – один раз живём.
– Спрашивай, я всё расскажу тебе, – принц протянул руку и коснулся моего лица кончиками пальцев , – Милли, любимая моя земляночка. Как же я соскучился!..
Я переборола желание плюнуть на все разговоры и наброситься на любимого с поцелуями, вместо этого спросила:
– Хеэл, к тебе вернулась магия. Надеюсь, ты не встретил другую и не полюбил её?
Принц обхватил моё лицо ладонями и погладил большими пальцами. Смотрел он при этом так, что я видела в синеве его глаз бескрайнее звёздное небо, которое затягивает глубиной и непостижимостью.
– Милли, магия потекла во мне во время нашего вчерашнего танца. Я люблю только тебя, и никто другой мне не нужен.
Мне как-то разом стало легче на сердце. Значит, это не он провёл ритуал для лишения магии над отцом Ильмира. Я попыталась расспросить его об этом, но снова ничего не вышло, и тогда я задала другой вопрос:
– А зачем ты притворяешься преподавателем в академии?
Хеэл стал медленно наклоняться и у самых моих губ прошептал:
– Я решил заново завоевать твою любовь. После провала в храме решил, что сделал что-то не то и захотел начать всё заново. И делал бы это снова и снова, потому что моя жизнь имеет смысл только тогда, когда в ней есть ты.
Всё, теперь последние мои колючки расцвели розами, и я сдалась окончательно. Совершенно выпал из памяти момент, как мы разделись. Я плыла по бурному океану разделённой на двоих страсти, и следующие пара часов стали самым порочными из всех, что были в моей жизни до этого момента.
