— Не забывайте, херр Герман, после обеда у нас визит к херру Отто!
Батюшка моё появление встретил с некоторым недоумением, которое моментально превратилось в участие и внимание, стоило мне выложит на стол скромную сумму «на нужды прихода и паствы». Серебряные монеты испарились моментально, как реквизит у фокусника, а батюшка в порыве чувств — осенил крестным знанием и благословил. А я всего-то поставил его в известность, что намерен осесть здесь на постоянное место жительство, заняться ремеслами и мануфактурой, ну и высказал надежду на взаимопонимание и всяческое содействие в начинаниях.
Осталось навести мосты с заводским начальством, а так же с исполнительной и законодательной властью, вернее — с её представителями на местах. Но за этим дело не заржавеет, думаю — в течении недели познакомлюсь со всеми значимыми фигурами здешнего общества, не без помощи Антона Сергеевича. Коррупция как она есть, но если хочу чего-нибудь добиться — следует играть по негласным установленным правилом, не в том я положении, чтоб их грубо нарушать.
На выходе из церкви меня дожидались Аксинья и Демьян, барин соизволил после церкви посетить богадельню. Нет, не с целью облагодетельствовать сирых, убогих, сирот и калечных, а оценить трудовой потенциал. По словам той же Аксиньи, финансирование богадельни было скудным и непостоянным, приписанные к этому заведению выкручивались как могли, по мере сил подрабатывая то на сезонных работах, то на подхвате. Кто был в силах, разумеется, вот и решил самолично оценить трудовой резерв возможный.
Сходил называется… Небольшой дом, гораздо меньше нашего гошпиталя — вмешал двадцать разновозрастных постояльцев, я как шагнул в любезно отворенную дверь, пригнувшись вошел в сумрак помещения со спертым воздухом, двухъярусными нарами и копошащимися на них детьми и недвижно лежащими рядом немощными — так сразу на выход повернул.
— Как же вы так живете⁈
Риторически вопросил Аксинью, на что та лишь плечами пожала. Понятно, что не от хорошей жизни они все там вместе собрались. По новому взглянул на неё со всё возрастающим уважением — не только себя блюла в таких условиях, но ещё и по мере сил заботилась о своих соседях.
— Ладно, пойдемте домой завтракать…
Всех сирых и голодных мне не накормить, но вот основную часть жителей этой богадельни постараюсь привлечь к работам, по возможности. И на Аксинью с Демьяном есть определенные виды, вот и сейчас смотрю на них — идут чуть в стороне от меня и только что за руки не держаться.
— Демьян, а Демьян, а чего вы с Аксиньей не поженитесь?
Вроде вопрос простой задал, а Аксинья чуть ли не в слезы, да и Демьян насупился и волком глядит. И молчат, решил додавить:
— В блуде ведь жить не по христиански!
— Не блудим мы! — Аж рявкнул Демьян, перекрестившись, тут же добавив. — Вот те крест!
— Ну это пока не блудите, — успокоил их я. — видно же, что до первой оттепели весенней. Ну так что вам мешает создать ячейку общества, Демьян?
Демьян ещё больше замкнулся, зато словно прорвало Аксинью. Так я узнал, что она бесприданница, а Демьян, хоть и отставной солдат, но постоянного и стабильного заработка, достаточного для создания семьи и обзаведения хозяйством не имеет.
— А Антон Сергеевич что же, — удивился я. — ты же у него в работниках, не платит разве?
Оказалось что платит, как с неким довольством заявил Демьян:
— Когда рубль с полтиной за месяц, а когда и два! — И тут же понурился. — Токмо ни дом не купить, ни скотиной обзавестись на энти деньги, а без свово дома какая семья?
— Резонно, — согласился я с его доводами. — но хочу вас обрадовать, если пойдете ко мне работать, ссужу вас и на дом, и на свадьбу! Без процентов, отдадите со временем, буду вычитать из заработанного.
Оба уставились на меня с недоверием и надеждой и тут же последовал шквал вопросов, что и как. Демьян считал себя обязанным лекарю и уходить от него не хотел. Успокоил его, что пока сможет совмещать обязанности, а там разберемся. Я вообще держал в голове, что Антон Сергеевич, уже не раз предлагавший мне то кров, то помощь — примет в моих проектах самое деятельное участие, осталось только договориться. С его стороны, особенно после подсказок по поводу дезинфекции и прочего — интерес просматривался явно.
— Вам сколько надо для полного счастья-то? — Наконец озвучил я главный вопрос, с которого и следовало начинать.
Будущие молодожены тут же отстали и ожесточенно шепча принялись спорить, вплоть до самого гошпиталя. Уже у ворот во двор ускорили шаг, догнав меня и Демьян, как будущий глава семьи — озвучил, как в прорубь нырнул:
— Сто рублев, Ваше Благородие! — И тут же поправился. — Но можно и в восемьдесят уложиться, коли продолжу у Антона Сергеевича служить и вы не меньше положите! У меня тут заморока небольшая, только печь раз в день протопить, да присматривать за двором!
Можно сказать, что договорились к обоюдному согласию, посоветовал пока цветущей от счастья паре не распространяться о намерениях создания малого бизнеса под мои патронажем, ещё не всё решено окончательно. Позавтракали, Аксинья опять убежала, а я, пропустивший сегодня зарядку — отправился во двор наверстывать, заодно прокручивая в голове предстоящий разговор с лекарем. Хотел ведь отложить его до знакомства с Отто, но как не крути — не лежала душа не при каких раскладах идти мало того что на архаичное производство, так ещё и изначально на подневольную должность.
Зуд деятельности словно охватил, засиделся во время вынужденного карантина. После зарядки — не стал задерживаться на обед в гошпитале, а решил сразу пойти к Антону Сергеевичу. Демьян вызвался сопроводить, хотя дом лекаря, где он квартировал — был виден со двора. Волнуется, впрочем, и я на взводе. Вроде продумал всё, а всё равно мандраж присутствует.
Антон Сергеевич нашему приходу обрадовался, заметив что я вовремя — как раз к обеду, который он с удовольствием со мной разделит. Отказываться не стал, с порога заявив, что у меня к нему серьёзный деловой разговор.
— Отлично! — Потер руки лекарь. — Вот за столом и поговорим, тем более и у меня, херр Фальке, есть к вам вопросы!
Едва разместились в гостиной — Антон Сергеевич тут же принялся за обсуждение выздоровления Прошки, и обстоятельств, поспособствовавших этому.
— Вы словно наперед знали, херр Фальке, про эту дезинфекцию и обеззараживание инструмента перед операцией. — Проницательно заметил лекарь. — так, словно вы уже не раз наблюдали подобное, ведь в результате вы не сомневались⁈
— Да, — не стал я увиливать. — больше того, в общих чертах мне известны и иные новые методы, как в медицине, так и в промышленности.
Лекарь пришел в возбуждение и вскочил из-за стола, принявшись вышагивать по комнате, на ходу рассуждая:
— Фатер ваш отрекомендовался рудознатцем, сведущим в выплавке металла и минералогии человеком, причем с рекомендательными письмами. Херр Отто очень сокрушался о безвременной кончине вашего батюшки, связывая с его приездом определенные надежды. Но откуда у вас такие познания в столь далеких областях от производства железа и горного дела, юноша⁈
