службу выдержишь".
И я держалась, изо всех сил держалась за подставленные плечи и думала, что зелье, наполненное магией хаоса, подействовало на меня не так, как предполагалось. Зато при прикосновении к месту, где раньше находилась татуировка истинной пары, я ничего не чувствовала.
Значит сработало? Так ведь?
— Все будет хорошо… — пробормотала я себе под нос.
— Конечно, будет, — соглашался плотный мужчина средних лет, ведущий меня под правую руку. — Вот доберемся до Стального гарнизона, поделим загоны с ящерами и будем служить потихоньку.
— Верно, Тобс. Все лучше, чем таскаться по пустыне, — подхватил тот, что был слева. — Стар я уже для таких маневров.
— Не наговаривайте на себя, Урш. Вы в замечательной форме и искра дара в вас сияет ярко, — не задумываясь ответила я.
И тут же получила в ответ хмурое:
— Видящий?
— Эм… Немного.
Точнее, это была расовая особенность альезы, способной трансформироваться в любое существо. Для этого мне нужно было видеть как форму, так и содержимое вроде ауры и магического дара. Конечно, при превращении в того же ледяного мага я никогда не получу дар стужи, новая форма не подарит мне чужую магию. Отчасти поэтому для службы в армии Порядка я и выбрала личину Мерзота. Умение ловцов-полудемонов располагать к себе птиц и зверей было схоже с моей способностью находить подход к любому живому существу. Поправка: практически к любому живому существу. Генералы драконов точно находятся за пределами моих возможностей.
Итак, я стала ловцом-полудемоном, смеской из пустыни, в чьих венах якобы смешалась кровь демона, элементаля огня и наверняка человеческая. Мне всегда казалось, что в Мерзоте есть что-то от людей. Например, их стойкость и упрямство. А вот возиться с животными Мерзот не любил, хотя даже самый свирепый дикий зверь рядом с ловцом становился смирным и послушным.
Меня животные и птицы слушались не хуже, чем анимага, но главная сложность моей новой формы заключалась в том, что мне придется забыть об активной магии иллюзий. Джанг указал мне на это предельно четко. Если сорвусь и начну швыряться боевыми иллюзиями направо и налево, никто не поверит, что я деревенщина-отшельник, выбравшийся из пустыни. Магия иллюзий, хотя и считалась разновидностью магией преобразования, управляющей Хаосом, являлась предельно точным и сложным направлением. А ловцы, с которыми я шагала к городскому гарнизону, были ребятами простыми, хорошо, если начальную школу окончили.
Придется и мне соответствовать.
Когда мы добрались до ворот, наш провожатый отдал новый приказ:
— Проходите мимо стражи и дальше шагаете к арке портала. Ваше место за ней. Расчетное время открытия перехода через десять минут.
— Но позади активной арки стоять опасно! — воскликнула я.
Пусть я была немного не в форме из-за выпитого зелья, а ноги ощутимо заплетались, соображала я отлично и знала, как действуют межмировые арки портала и сколько энергии они выбрасывают при открытии.
— Ловец…
— Рой, — представилась паладину я.
— Ловец Рой, и как часто вам приходилось стоять позади активной арки межмирового портала? — с заметным превосходством поинтересовался Элег. — Сколько таких порталов вы вообще видели в своей…
Элег явно хотел сказать “в своей жизни”, но произнес другое, причем еще более обидное.
— … в своей пустыни.
Вот так одной фразой Элег, который наверняка был не последним аристократом королевства Салег, противопоставил себя не только мне, но и всем ловцам. Я заметила, как поджал губы Гартон, да и остальные члены отряда помрачнели. Конечно, их поведение могло быть связано с тем, что я нарушила субординацию и начала спорить с паладином. С другой стороны, я пока никаких договоров не подписывала и в армию Порядка не вступала.
Что до Элега, то блондину нас явно навязали, и он не хотел тратить свое драгоценное время на таких недоумков, как мы.
— Ни разу. Наверное, поэтому я и сохранил чутье ловца. Знаете, мы тут собираемся служить в Стальном гарнизоне. Никому не хочется узнать, что его природное умение понимать животных сожглось только потому, что он постоял за активной аркой портала. Служба в армии однажды закончится, а кушать мне и моим детям будет хотеться всегда.
— У вас есть дети, ловец Рой? — предельно холодно поинтересовался Элег.
— Хм… Я старался быть осторожным, — скромно поведала я.
— Наш Рой парень нарасхват, — важно объявил Тобс. — Девушки так возле него и роятся.
Элег с недоумением оценил мою покрытую шрамами физиономию.
— Шрамы — украшение мужчины, — поддержал Урш.
А младшие ловцы тут же подхватили:
— Боевые отметины — гордость ловца.
— Их получают в бою.
— А холеные морды только у штабных вояк, — подхватила я.
— Я паладин-защитник, обладающий непробиваемыми трехслойными магическими щитами, — внезапно объявил Элег. — А шрамы у тех, кто не умеет ставить толковую защиту. Идите за мной! И прекращайте болтать.
Какой обидчивый блондинчик. И как такого только в паладины взяли?
***
Во внутреннем дворе гарнизона было не протолкнуться. Часть горожан умудрилась просочиться за ворота и расположиться вдоль стен. Никого не смущало, что они сейчас практически дышали в затылок парадному построению паладинов, слегка так похожему на военный заслон.
Интересно, они так хотят произвести впечатление на тех, кто прибудет через арку портала или защищают город от них же?
Я осмотрелась. Свободное местечко было как раз позади арки портала. Видимо, поэтому Элег и планировал расположить наш отряд там, но после моего заявления объявил, что мы будем стоять сбоку рядом с портальщиком, и если кого-то утащит в пространственный тоннель, затраты на возвращение вычтут из месячного жалования.
Наше новое место в первых рядах не понравилось зрителям, которые неожиданно оказались за нашими спинами.
— Да куда они лезут? Совсем страх потеряли?
— Элег, какого гоблина нарушаешь парадное построение?! — рыкнул на него уже знакомый мне напарник, с которым Элег пытался прокатить в карете одну несговорчивую альезу.
Блондин от такого рыка помрачнел еще сильнее.
Да, ловцы Гартона на парадный строй не тянули ни выправкой, ни одеждой. Это паладины вырядились в блестящие серебристые латы, а ловцы явились в той одежде, в которой привыкли ловить ящеров в пустыне. Как и я, они щеголяли легкими штанами, зачарованными на антипрокусывание, и ботинками с особой подошвой, в которых можно передвигаться как по льду, так и по горячим углям. А то, что выглядели эти боты, как обувь, завещанная еще прадедушкой, так не в красоте обувки счастье.
Стоящие позади нас так не
