с Барбарой дружить. А что? Хорошая подруга: не ест, наряды не отбирает, изредка воет в знак одобрения. Подумаешь, немного грязная и воняет, в каждой женщине должна быть изюминка.
От нечего делать я перебирала ящики и доски, но не нашла ровным счетом ничего интересного. И вскоре, отчаявшись дождаться свободы, задремала у холодной стены.
А проснулась, когда раздался подозрительный скрип двери.
И можно было подумать, что девица решила образумиться, но уж очень осторожный получился скрип. И шаги… нет, шаги не были стуком каблучков миниатюрной девчушки. Тяжелые, неторопливые.
Я похолодела и мигом вспомнила все страшилки, слышанные в приюте и на улицах. О том, как юных одиноких девушек похищают, чтобы продать богатым и очень жестоким господам.
Затаив дыхание, я схватилась за ближайшую деревяшку и бесшумно поднялась.
Кто бы ни спускался в подвал, я собиралась сражаться за свою жизнь и свободу. План созрел мгновенно: как только таинственный визитер сойдет с лестницы, двину ему этой доской со всех сил, а затем побегу со всех ног, молясь всем богам.
Хороший план. Не очень надежный, зато простой.
Казалось, сердце бьется так сильно, что выдает мое присутствие. Стараясь дышать через раз я замахнулась.
Шаг… еще шаг… И еще…
А потом со всей силы ударила, вложив в удар всю злость и страх. Понимая, что второго шанса не будет. И что если не сбегу сейчас, то случится нечто более ужасное, чем увольнение или даже клеймо воровки.
Вместо ожидаемого удара деревяшки о плоть, получилось так, что меня отбросило на добрый метр в сторону, а импровизированное оружие разлетелось в щепки.
- Я бы рекомендовал делать это после зарплаты, а не до, - раздался знакомый голос.
- Лорд Баумгартнер!
От избытка эмоций я едва не бросилась ему на шею, но вовремя спохватилась и ограничилась счастливой улыбкой.
- Как хорошо, что вы меня нашли! Я думала, что вы решите, будто я сбежала с деньгами!
В полумраке подвала – единственным источником света была лишь приоткрытая дверь наверху – я увидела, как некромант пожал плечами.
- Да я так и подумал. Но этот твой как взбесился. Вцепился мне в штанину и не отлипал, пока я не пошел за ним.
- Мяф! – из-за его спины выглянул мой герой.
Сразу стало стыдно, что подозревала его в предательстве.
- Скребся в дверь салона, как потерпевший. И пожрал им все ткани и модели, так что хозяина наутро ждет сюрприз…
Не то чтобы я испытала жалость. Конечно, вряд ли девица владела салоном, скорее, просто работала. Но пусть она и объясняется с хозяином, по ее вине я весь день просидела в подвале.
- Ну и как ты сюда угодила? – мрачно поинтересовался лорд Баумгартнер.
- А мы можем отсюда уйти? – взмолилась я. – Расскажу по дороге!
После сна у холодной и жесткой стены меня слегка пошатывало. А еще в теле ощущалась какая-то странная слабость. Похоже, над помещением поработали и магически, чтобы жертва не создавала шум и не привлекала внимание посетителей. Страшно хотелось на свежий воздух.
Оказавшись снаружи, я лишь уверилась в подозрениях: уже стемнело. Вряд ли я так запросто проспала бы весь день.
Мяф запрыгнул на руки и удобно устроился, поджав хвост. Удивительно, но ни одна иголка на нем меня не уколола.
- Мой хоро-о-оший, - мурлыкнула я, почесывая бесенка за ухом.
Показалось, некромант смотрел на это с опаской. Ну и как я теперь брошу Мяфа после того, как он меня спас? Да никак! Надо придумать, как уговорить лорда оставить бесенка в доме. Если меня саму после сегодняшнего не выгонят. Зачем ему в помощницах дура? Только она могла послушно поплестись в подвал.
- Есть хочешь? – спросил мужчина, когда я закончила рассказ о том, как оказалась взаперти.
- Очень, - призналась я.
От голода кружилась голова. Я вообще плохо переношу долгое отсутствие еды. Разве что в обмороки не падаю, но это не такой и плюс – мучаюсь дольше. По свадьбам вот побираюсь…
- Ресторации уже не работают, - сказал некромант и повел меня к уличному торговцу.
И хоть я подумала, что скорее в ресторации не пустят меня в таком виде, а лорд Баумгартнер просто щадит мое самолюбие, все равно обрадовалась. Еда!
Под конец дня – даже влюбленные гуляющие парочки уже расходились – остались только лепешки с начинкой из курицы, овощей и легкого сметанного соуса, но я и этой нехитрой закуске была рада. Точнее, это для лорда она была нехитрой – он едва заметно скривился. А мне показалась божественным блюдом, рядом с которым не стояли никакие королевские приемы, на которых я не бывала и вряд ли побываю.
- Эта девица за стойкой объяснила свой поступок? Или просто взяла и заперла тебя?
- Она меня узнала, - ответила я.
Потом подумала, пожевала и добавила:
- Или сделала вид, потому что я ее совсем не помню. Это странно. Но Блэкхевен – большой приют, вполне возможно…
- Блэкхевен? Она из приюта?
- Да, и готова поставить на кон Мяфа, что в этом замешана Вольгурт.
Бесенок в знак одобрения издал свой фирменный «мяф». А вот лорд Баумгартнер хмыкнул.
- Что, считаете, ваша Катрин не способна на такую подлость?
Я тут же до слез прикусила язык. Нельзя! Нельзя так говорить о любовнице нанимателя. Кого, интересно, быстрее Шон Баумгартнер выставит за порог: давнюю подругу или меня, нищую помощницу с вредным бесенком?
- Будешь? – спросила я у Мяфа, сунув ему под нос лепешку.
Но тот поворотил носом.
- Не хочешь?
- Конечно, - фыркнул некромант. – Штанов моих с утра объелся. Вредитель.
Я тяжело вздохнула. Выгонит.
- Катрин не святая, - вдруг сказал лорд. – И способна на всякое. Но мне с трудом представляется, чтобы она подговорила кого-то запереть в подвале девчонку. Почему вы друг друга не любите?
- Не знаю. Так сложилось. Мне кажется, она всегда относилась к другим чуть теплее. Наказывала меня сильнее, придиралась, постоянно отпускала всякие нелестные замечания. Что я дурнушка, что глупенькая, и магии у меня нет, и вообще правильно меня мать под двери
