class="p1">Это заняло почти столько же времени, как и пройти охрану вокруг офиса Бенингтона. Двери офиса захлопнулись за ним, когда часы пробили два.
– Мисс Андрианова, я никогда не предполагал, что смогу увидеть вас в этом офисе.
Он обладал старомодной вежливостью и легким английским акцентом – последствия обучения в Оксфорде и службы в Европе.
– Хотелось бы знать, мог ли полковник Хейвард быть приглашен в Кремль.
Это был одновременно и вопрос и намек на то, что он знал достаточно хорошо, откуда она только что прибыла.
– Он может быть приглашен точно так же, могу заверить вас, – сказала Надя. – Рапорт, который я передала им, был подготовлен с любезной помощью полковника. Я, в свою очередь, принимала участие в составлении его рапорта.
– Странные времена порождают странных партнеров, – пошутил Бенингтон, взвешивая толстый рапорт в руках, когда Роб передал его ему. – Весомая штука, не правда ли, Роб? Не могли бы вы дать мне тезисы?
– Да сэр. Основное: не существует физических улик, что оины не лгут нам с тех пор, как они впервые приземлились на этой планете. Мы не знаем ничего о том, кого они называют нашими взаимными врагами, блеттерами, за исключением того, что они пожелали сказать нам. Мы приняли сторону в галактической войне, не будучи полностью уверенными, за кого воюем.
– Разве вы забыли Денвер? – спросил Бенингтон. – Вы видели, что случилось там, что натворило это чертово радиационное устройство. Оно подняло температуру в клетках каждого живого существа до ста градусов, меньше чем за секунду. Люди сварились в собственной крови, взорвались.
– Я знаю это, сэр. Совершенное оружие. Никаких радиационных последствий, и вся недвижимость полностью сохранена. Но как мы можем знать, что это совершили блеттеры? Слова, только со слов оинов. Из всего, что мы знаем, можно сделать вывод, что они также и сами могли сбросить радиационную бомбу.
– Вы понимаете всю серьезность положения, в котором мы можем оказаться, если ваши предположения окажутся неверными?
– Конечно, сэр. Но улики подтверждают наши подозрения.
Бенингтон сурово нахмурил брови, затем бросил рапорт на крышку стола перед собой, поднялся и пересек комнату.
– Вы – не единственный, кто имеет подозрения. Этот рапорт – решающее доказательство, если я позабочусь об этом.
Он коснулся книжной полки, которая плавно отошла в сторону, открыв хорошо оборудованный бар.
– Что вы будете пить? Мисс Андрианова?.. Или я могу называть вас Надя?
– Надя. Пожалуй, бурбон.
– Водки для вас, Роб? Руки, протянутые через океан, и все такое прочее?
– Нет, спасибо, сэр. Я присоединюсь к Наде.
– Так же, впрочем, как и я, – он разлил напитки. – Вернемся к вашему рапорту. Прекрасно выполненная работа.
– Но вы его еще не читали… голос Роба смолк, в то время, как Бенингтон улыбнулся и кивнул.
– Сынок он был на моем столе, как только ты закончил первый черновик. Ты использовал свой компьютер в офисе? Не так ли? Я могу позволить иметь несколько подключений к компьютерам внутри Пентагона. С разрешения секретаря обороны, конечно. Вторжение чужаков, или нет, но этот департамент все еще интересуется, когда разведка военно–воздушных сил сотрудничает с Советами. Чертовски хорошая работа. Она подводит черту подо всей этой массой рапортов и подозрений, которые мы получили из различных источников.
– Могу ли я спросить вас, в чем их суть? – спросила Надя.
– Конечно. Наши ученые из отделения взаимодействия до сих пор не узнали, как работает энергетическое оружие или любой прибор оинов. Мы изучаем корабль блеттеров, который приземлился, но не имеем ни малейшего понятия, откуда начать, настолько он чужд нам. Наши техники боятся вскрыть его, так как в этом случае он может быть уничтожен. У нас есть огромная куча обещаний о помощи со стороны наших союзников, но не одно из этих обещаний не было до сих пор выполнено. Опасность, в первую очередь, – говорят они. Ваш рапорт раскладывает проблему на черное и белое. А это также пугает меня. Нет ничего, кажется, что мы могли бы сделать.
– Тут вы не правы, сэр, – возразил Роб. – В этом вопросе Надя получила поддержку в Москве. Мы собираемся вступить в контакт с блеттерами и выяснить, что они думают обо всем этом.
– Легче сказать чем сделать. – Бенингтон улыбнулся и заново наполнил их стаканы. Затем отпил из своего.
– Нет, сэр, вовсе нет. У Советов есть наготове прямо сейчас большая ракета «Мечников». Они собирались с ее помощью послать пять ученых в лабораторию на Луну, как раз перед тем, как началась эта заварушка. Они сказали, что точно также легко будет доставить туда один из наших лунных тракторов и двух добровольцев. Мы и есть эти добровольцы.
– Я уверен, что вы добровольцы, – Бенингтон серьезно взглянул сначала на одного, затем на другого. – Что, если эти блеттеры и в самом деле безумные, в чем нас постоянно заверяют оины? Что тогда случится с добровольцами?
– Они будут мертвы, сэр. Но вопрос окажется доказан – оины говорят нам правду. Наш единственный шанс уцелеть в галактической войне будет реальным только тогда, когда мы все выясним. Неважно, какая из этих рас более привлекательна. Если кто–то лжет…
– Очень важно для выживания всей планеты выяснить, что же они говорят на самом деле. Олл райт, я поддерживаю план. Но почему вы двое?
– Я разговариваю на языке оинов, – сказала Надя. – Я могу вступить в переговоры с блеттерами, если они не знают ни одного из наших языков. Не думаю, что вы подвергнете сомнениям рекомендации Роба. Прежде всего, он был первым человеком, который вступил на корабль чужаков, когда тот опустился на Землю…
– Олл райт. Тогда двигайтесь, – Бенингтон поднял трубку телефона. – Вы заручились моей поддержкой. И всех остальных в придачу – я уверен. Я собираюсь проинформировать каждый департамент. Мы все работаем в темноте, и никому из нас это не нравится. Я вручу вам официальное письмо, аккредитованное Белым Домом, которое вы возьмете с собой, делающее вас официальными представителями.
Надя похлопала по своей сумке.
– Я имею такое же от Политбюро. Со всеми печатями и визами, – она улыбнулась. – Я надеюсь, ваше будет столь же впечатляюще.
– Вам лучше всего поверить в это! Звезды и полосы, золотые звезды и все такое, прочее, – Бенингтон внезапно стал серьезным: напряжение впервые проявилось в нем. – Мысль о вас двоих, идущих там, вооруженных только глупыми клочками бумаги… Если бы не крайние обстоятельства…
– Но это так, сэр, – сказал Роб, поднимаясь. – И осталось очень мало времени.
– Не осталось вовсе. Удачи каждому, чего бы это не стоило.
* * *
Хотя космические программы двух стран в самом деле
