глазами — эта пантомима, увы, не помогала разобраться.
— Похоже, господин Хессефшахассрварт хочет сказать нам что-то интересное, — заметил наши переглядки ректор.
Тот еще более панически замотал головой — уже в другую сторону. И замахал руками, открещиваясь на всякий случай вообще от всего.
Тем временем декан Зарринг спокойно открыл дверь в архив — в этот момент у меня екнуло и оборвалось сердечко. Но никакого оранжевого света с белыми и черными всполохами там не оказалось. Темно и тихо, как и положено в архивах. Он даже заходить не стал — порылся на ближайшей полке и достал мой артефакт.
Лебе-Аннон — небольшая, но увесистая статуэтка демоницы, которую целиком можно спрятать в широкой мужской ладони. Например, как у декана. В моей нельзя. И Варт пока не дорос.Декан ее прятать не стал, наоборот — продемонстрировал Ригриму. А я еле удержалась на месте, чтобы не броситься на него и не отнять нашу семейную реликвию.Никто, кажется, не заметил моего рывка.Кроме ректора, который все еще стоял слишком близко. Его быстрый, но внимательный взгляд мог бы содрать с меня кожу, будь он чуть более материальным.
— Этот молодой человек… — Зарринг не поленился подойти к Варту и, подняв его за шкирку, благо с его ростом это было несложно, встряхнуть и поставить на ноги. — Признался мне, что украл древний артефакт у одной уважаемой семьи высших демонов. Что скажешь?
Ригрим поднял брови:— Горный лорд, ворующий у высших демонов? Мальчик, ты знаешь, чем это тебе грозит?
Я знала! Я! Читала в наших хрониках и слышала от мамы в страшных сказках.Ничем хорошим.Лучше я сама его убью, чем увижу, как его замуровывают в сердце скалы!
Резко втянув носом воздух, я сжала кулаки и изо всех сил пожелала всем провалиться в самые мрачные глубины Хаоса. Всем — Варту, Заррингу, ректору Ригриму, правилам Академии, законам нашего мира и всей императорской семье разом. Такой план загубили!
А потом шагнула в центр кабинета, сбрасывая облик.
Моя кожа побелела, полностью лишаясь цвета, по ней поползли черные извивы татуировок, а приличное на вид платье стало таять, словно кусок льда на солнце, открывая плечи и декольте. Скромный пучок волос невыразительного цвета лопнул, выпуская ворох шоколадных кудрей, а глаза вспыхнули алым.
— Это мой артефакт, — сказала я твердо. — Отпустите этого идиота.
Как выпутаться из одних неприятностей и впутаться в другие
Будь у меня побольше времени, я бы придумала что-нибудь поумнее, попыталась как-то выкрутиться, но, увы, — вызволять Варта надо было прямо сейчас.
Мое признание вызвало на удивление скромную реакцию.Гром не грянул, Хаос не ворвался, я не рассыпалась в прах.
Я осторожно приоткрыла веки — не помню, когда я успела зажмуриться! — и посмотрела на Варта, который прикрыл ладонью глаза и сделал пальцами знак, отгоняющий нечисть.
У декана Зарринга на лице было неописуемое выражение скуки, раздражения и усталой злости. В целом, можно считать, что ничего не изменилось.Так, добавились легкие оттенки.
Ректор Ригрим же стоял, оперевшись на стену и сложив руки на груди. Смотрел он на меня так, словно я только что открыла портал в чистый Хаос.С одной стороны, вроде как, очевидно, что всем абзац, но с другой — хватило же сил! Молодец какая!
— Джираира, если не ошибаюсь, — он же первым нарушил тишину. — Из рода высших демонов Синих гор.— Последняя из рода, — уточнила я. Интересно, он всех учеников Академии помнит и может назвать полным именем или только нам с Вартом повезло?— Я бывал в вашем замке еще до твоего рождения. Сразу после убийства твоих братьев. Там красиво.— Было.
Ректор смотрел на меня несколько мгновений, потом пожал одним плечом и равнодушно уронил:— Жаль.— Теперь вы понимаете, зачем мне нужно было прятаться, — принялась оправдываться я. — У затухшего рода нет денег на оплату обучения.— Понимаю, — снова очень спокойно сказал ректор.
В его темном взгляде ничего нельзя было прочесть — ни сожаления, ни участия.Возможно, ему было все равно. Одним родом больше, одним меньше…
— К тому же неизвестно, что придумают те, кто убил моих братьев и отца, если узнают, что я все еще жива, — продолжила я, хотя этот аргумент был последним в моем решении притвориться талантливой сироткой.— Да, есть вероятность, что вы в опасности, — кивнул ректор.
Я набрала воздуха в легкие… но подавилась им, поняв, что у меня больше нет аргументов в этом споре.Потому что со мной никто не спорит.Да — нет денег.Да — последняя из рода.Да — могут убить.Ни одной из этих причин нет в уставе Академии в списке оснований для материальной помощи ученикам. Я знаю, я его читала.
— Соберу свои вещи сегодня же, — я сглотнула горькую слюну, отворачиваясь от ректора.Непонятно, на что я рассчитывала.
Подойдя к декану Заррингу, я протянула руку:— Верните мой артефакт, пожалуйста.
Он без звука передал мне тяжелую статуэтку.
— Джи… — начал говорить что-то Варт, но я жестом остановила его.
Плакать я не собиралась. Слезами можно выпросить оценку повыше или не ставить прогул. А не выгонять из Академии? Не лишать призрачного шанса возродить свою семью? Дать возможность выжить и постоять за себя?Для этого слезы — слишком невысокая цена.
— Зарр, тебе не кажется, что вы с господином Хессефшахассрвартом тут лишние? — вдруг поинтересовался у декана-дракона ректор Ригрим. — Артефакт никто не похищал, он вернулся к законной владелице, а проблему посещаемости вы можете решить и в твоем собственном кабинете. Лично я советую послать письмо матушке нашего безалаберного горного лорда…— Нет! — вскрикнул Варт и побледнел. — Только не маме!
Надо же, на мое исключение он реагировал куда равнодушнее…Декан Зарринг встряхнул головой — его волосы взвились осенним костром — и опали.Предвкушающая злая улыбка расползлась по лицу. Он вновь поднял Варта за шкирку и, не слушая возражений, потащил к двери. Открыл ее, пинком отправил моего дружочка на волю, а сам, церемонно поклонившись, неторопливо вышел следом.
Я осталась
