Мы — нечто большее, чем все о нас думают, а?
Я мог бы преследовать Каталину, но знал, что если сделаю это, то только разорву её на части за то, через что она заставила меня пройти.
Мы разрушали друг друга, и один из нас должен был остановиться. Мы не могли продолжать борьбу, особенно когда ни один из нас не был готов уступить ни на дюйм. Если бы мы продолжали в том же духе, мы бы оба погибли. Она была слишком важна не только для меня. Она была богатой наследницей. Русской принцессой.
Чудовище во мне смирилось и сдалось своей королеве.
6
Кэти
Тошнота, скручивавшая мой желудок, не утихала, пока я, не оглядываясь, бросала Рома. Я разрушала мост, который соединял нас, сжигала его и наблюдала, как он превращается в пепел. Головокружение, охватившее меня, заставило прислониться к стене.
Адреналин в крови начал спадать. Я видела, как близкий мне человек был убит тем, кто, как я думала, любил меня. Мы несли новые разрушения вместо того, чтобы строить фундамент.
Я оттолкнулась от стены и выпрямилась, прежде чем выйти обратно.
— Бастиан! — его тёмная шевелюра дёрнулась в мою сторону, и он кивнул, когда я подошла. — Нам нужно поговорить.
— Да, нужно. — Бастиан не повышал голос, но его слова были размеренными. Он не расслаблялся, когда смотрел на меня. Я больше не была просто его другом, у него не было такой власти надо мной, как над семьёй, и внезапно я осознала, какой страх принёс мой уход.
Я оглядела всех, кто когда-то шутил со мной, кто подходил обнять и поцеловать в щёку. Теперь все они смотрели на меня с опаской. Мужчины, которые убирали Марио, даже не попытались поздороваться, Данте не поднимал меня с пола в медвежьих объятиях, а Кейд не бросал остроумных замечаний. Вместо этого они все были напряжены, как будто мы вообще никогда не были семьёй.
— Наверное, лучше всего сделать это со всеми, — сказала я. — Я могу пригласить и Ивана тоже. Я голосую за прозрачность, а не за секреты и сделки за закрытыми дверями.
— Может, мне тогда и Стоунвудов позвать? — усмехнулся Бастиан, как будто то, что я сказала, было шуткой.
Я выпрямилась.
— Бастиан, такие люди, как твой отец, руководили нами с незапамятных времён. И, — я кивнула в его сторону, — как ты думаешь, его секреты принесли ему какую-то пользу?
— Кэти, — потёр переносицу Бастиан. — Больше рук в банке с печеньем — больше беспорядка, не так ли?
— Союзники лучше готовы идти с вами на войну, когда они знают, ради чего они идут на войну, верно? Мы строим это на доверии. Данте и Кейд хотят услышать, что мы им скажем, да?
Данте не произнёс ни слова, но ухмылка на его лице сказала мне всё, что мне нужно было знать.
Однако, тихий голос позади меня был единственным, кто ответил.
— Не уверен, что хочу это слышать, но в любом случае я намерен это услышать.
— Давайте пригласим и чёртово правительство, — проворчал Бастиан.
Трое мужчин поднялись и вынесли тело Марио, завёрнутое в пластик. Я поморщилась, увидев эту сцену.
— Лучше привыкай к такому и не только, Клео, — предупредил Ром.
— Я уже привыкла к этому, находясь рядом с тобой, — огрызнулась я в ответ.
— Ну-ну, голубки, — Кейд оторвался от своего телефона в самый неподходящий момент, добавляя: — Я думаю, нам лучше назначить время для встречи. Твоя братва снаружи начинает нервничать.
— Откуда ты знаешь...
Кейд поднял свой телефон.
— Прослушивал их текстовые сообщения. Некоторые парни спрашивают Ивана, почему ты так долго. Нам нужно будет поработать над их технологической конфиденциальностью, если мы пойдём с ними на дело... Или лучше сказать — с тобой? — Кейд подмигнул и снова уткнулся в своё устройство.
Данте усмехнулся, но молчание Рома и Бастиана вызвало в комнате напряжение.
— У меня новый телефон, — прошептала я, не зная, как смириться с тем, что больше не являюсь их частью. Это был мой выбор, это было моё призвание, но всё равно чувствовала себя чужой. Я внезапно почувствовала себя рыбой, вытащенной из моря, в котором всегда плавала. — Ты сообщишь мне, когда свободен, если я отправлю тебе свой номер, Бастиан?
— Конечно, — вздохнул он раз, потом второй. Прежде чем разговор продолжился, Бастиан решительно шагнул ко мне. Я не вытащила оружие, даже не подумала об этом.
Может быть, это моя любовь к нему или гордость не позволили мне струсить. В любом случае он крепко обнял меня и прижал к себе, как человек обнимает потерянного щенка.
— Я рад, что с тобой всё в порядке, Кэти. Ты напугала нас до смерти.
Я зажмурилась и вцепилась в его рубашку. Кейд и Данте внезапно тоже оказались у меня за спиной, обхватив меня руками, крепко прижимая к себе.
— Не проси нас больше не следить за тобой. Наблюдать издалека было чертовски больно, — ворчал Данте.
— Ты не можешь следить за братвой. Я теперь другой породы. — Я ткнула в него пальцем и рассмеялась сквозь сопение.
— Всё, что мы делаем, — это следим за братвой, — пошутил Кейд, но в его словах была правда. — Я буду следить за тобой больше, чем когда-либо прежде, женщина. Просто подожди.
Мы все рассмеялись, а потом Ром прервал наш момент.
— Я рад, что вы все так радуетесь, но у нас есть враги, с которыми нужно заключать союзы. Обнимаясь, мы этого не сделаем. Иван был для нас занозой в заднице очень долгое время.
— Дай нам передохнуть. — Данте закатил глаза, отстраняясь от групповых объятий. Мы последовали его примеру и тоже закатили глаза в сторону Рома.
— Я напишу тебе, Баст, — сказала я.
— Надеюсь, что ты это сделаешь. У нас всё получится, да?
— Это всё, на что я могу сейчас надеяться, — пожала плечами и направилась обратно к внедорожнику, который должен был считаться моим.
Внезапно мир, о существовании которого я даже не подозревала, стал моим собственным.
Я не знала, как быть счастливой, грустной и испуганной одновременно. На меня нахлынуло эмоций больше, чем когда-либо прежде. Нужно было только найти способ не утонуть во всех них.
7
Кэти
Я не разговаривала ни с кем из них ещё неделю. Тесно сотрудничала с Иваном. Мы нашли пентхаус, в котором я могла поселиться. Он уже представил меня тем людям в братве, которые должны были знать, кто я такая.
Никто из них не встретил меня радушно.
Они разглядывали меня с ног до головы, как
