А музыка тем временем звучала все громче.
Анжелика услышала голоса: сначала в саду, окружающем маленький дом, затем в вестибюле внизу, а вскоре, едва скрывая веселье, в комнату вошла Маргарита в сопровождении служанок и двух лакеев, которые несли тазы с теплой водой для умывания.
Поприветствовав Анжелику, Марго предупредила ее от имени мессира графа, что, если мадам графиня утомлена, она может провести весь день в домике на Гаронне и отдыхать. А если нет, то граф просил заверить жену, что будет рад ее возвращению в отель Веселой Науки[20], в Тулузу. Он представит ей приглашенных к обеду гостей, и она окажет ему честь, согласившись возглавить вместе с ним прием.
— Стало быть, сегодня в отеле Веселой Науки соберется многочисленное общество, Марго?
— В отеле Веселой Науки всегда многочисленное общество, мадам. Он — сердце города! Праздник там не заканчивается никогда. Так пожелал наш сеньор…
И, напустив на себя почтительно-удивленный вид, Марго продолжила:
— После оглушительного приема с дождем из цветов, золотых монет и сладких драже по всему городу после банкетов и балов, увенчавших вашу свадьбу, неужели мадам графиня еще не поняла, где она оказалась?! В городе, где любят устраивать праздники.
Опустившись на колени, чтобы закрепить подол платья, не столь роскошного, как вчера, но сшитого из такой мягкой и легкой ткани, что при малейшем движении его юбка распускалась подобно цветку, служанка подняла на Анжелику смелый, но доброжелательный взгляд и добавила:
— Наш сеньор отныне избрал вас своей королевой.
Молодые горничные и даже паж, в обязанности которого входило носить шкатулку с драгоценностями, радостно захихикали. Марго выпрямилась и, бросив на слуг строгий взгляд, попросила Анжелику выбрать украшения, которые та желает надеть сегодня.
«А эта девица не так глупа, — размышляла Анжелика. — Она хочет дать мне понять что-то… то, что у меня больше нет выбора. Отныне я графиня де Пейрак, супруга того, кто царит в Тулузе».
— Какие увеселения предусмотрены на сегодня, Марго? Сколько гостей приглашено на обеденный прием?
— О, соберутся только самые близкие друзья, человек пятнадцать, не больше. Но другие именитые горожане также приглашены и придут позже, чтобы полакомиться фруктами и шербетом на террасе в саду. Быть может, вечером устроят бал. Или нет…
Марго намекнула, что весь день гостям будут предлагаться многочисленные развлечения, если только ни у кого не возникнет желания уединиться, чтобы отдохнуть и побеседовать о поэзии и любви.
Юные помощницы снова прыснули со смеху и обменялись многозначительными взглядами. На этот раз Марго снисходительно притворилась, что не заметила их шутливых намеков. Сегодня все в этой провинции имели право радоваться. Под небом Тулузы такие прекрасные и веселые свадьбы!.. Из украшений Марго посоветовала госпоже выбрать что-нибудь сдержанное и более уместное для отдыха, а волосы уложила с помощью нескольких гребней так, что в лучах солнца великолепная шевелюра Анжелики засияла, словно ореол.
Когда юная графиня спустилась вниз, ее приветствовали несколько слуг в тюрбанах и длинных белых одеяниях. Они положили к ногам хозяйки букеты цветов, а затем опустились на колени и припали лицом к земле.
— Ваши садовники, мадам, — объяснила Марго. И добавила с оттенком презрения… или жалости:
— Это «мориски»[21]… Испанские мавры.
В знак благодарности Анжелика попросила их выбрать цветок, которым она смогла бы украсить волосы.
Когда, прибыв во дворец, она осматривала свои апартаменты, дворецкий Клеман Тоннель, приехавший с ней из Пуату, подошел поприветствовать графиню.
Он сообщил, что благодаря «bayle» графа — так южане называют управляющего — мессир де Пейрак нанял его на службу в должности дворецкого, чем он, Клеман, весьма удовлетворен. Его таланты и способности не будут лишними в ведении дома. Управляющий Альфонсо первым поздравил себя с появлением такого компетентного помощника в его многочисленных обязанностях управляющего и устроителя празднеств и приемов. Они условились, что мэтр Альфонсо продолжит заниматься организацией уже намеченных свадебных торжеств, пока его северный коллега понемногу ознакомится со всеми тонкостями ведения дома, заботу о котором они отныне собирались разделить. Клеман еще раз заверил ее, что готов приступить к работе и — хотя слуги здесь шумные и ленивые, но зато сердечные и добродушные — сделает все возможное, дабы угодить своим новым хозяевам.
Анжелика благосклонно выслушала эту маленькую речь, в которой к раболепству примешивалась некоторая доля снисходительности. Она будет рада оставить у себя этого слугу, чьи чопорные манеры резко отличались от присущего ее нынешнему окружению оживления и постоянного возбуждения.
Наступил полдень.
Перезвон колоколов и карильонов[22] взорвал тишину и разлился над городом. Мерные удары, отбивающие Анжелюс[23], призывали жителей города помолиться Деве Марии и произнести все предписанные церковью молитвы во славу Богородицы.
Альфонсо, сопровождающий Анжелику к парадным залам, перекрестился и пылко заверил графиню, что никогда Тулуза не была городом еретиков. Напротив, вот уже долгие годы она является оплотом инквизиции, неприступной, непоколебимой и праведной. И если в лучах заходящего солнца Тулуза казалась красной как кровь, то не иначе как благодаря бесчисленным битвам за торжество святой католической церкви.
Анжелика спрашивала себя, зачем тулузский управляющий — «bayle» мессира де Пейрака, как назвал его Клеман Тоннель, — рассказывает ей все это, в то время как вокруг готовятся к грандиозному приему, которым он должен руководить.
Перезвон колоколов снаружи постепенно утих и сменился шумом собравшихся гостей, которые, заметив молодую графиню, вышли ей навстречу.
Жоффрей де Пейрак склонился перед ней в глубоком поклоне, но Анжелика успела заметить только пышные черные волосы мужа. В каком-то оцепенении она увидела, как граф взял ее за руку, как блеснули перстни на его пальцах, а спустя мгновение почувствовала едва ощутимое прикосновение его губ.
Затем граф выпрямился и, слегка повернувшись, представил ей друзей, собравшихся сегодня за их столом. Некоторых Анжелика уже видела накануне и теперь узнала. Гости тотчас окружили ее: дамы и господа старались как можно скорее покончить с приветствиями и реверансами, для того чтобы подойти к ней, поздравить и сказать «добро пожаловать». Ведь они уже начали опасаться: не было ли вчерашнее появление этой богини лишь мимолетным сном? И вот она здесь! Каждый стремился ввернуть комплимент, пожелать счастья. Маркиз де Севилла даже продекламировал маленькую поэму, приуроченную к сегодняшнему случаю. Анжелика поискала глазами Пегилена де Лозена. Она видела его накануне и, возможно, танцевала с ним, но, охваченный собственными тревогами, он ничем не смог ей помочь. Маркиз д'Андижос сообщил Анжелике, что Пегилен уехал. Королевская служба срочно призывала его. А вот он, Бернар, напротив, уже на службе! И на какой! Д'Андижос сиял. Мессир де Пейрак просил его и дальше помогать мадам графине знакомиться с новым для нее миром, частью которого она теперь стала. И маркиз тотчас приступил к своим приятным обязанностям, проводив Анжелику к стулу с очень высокой спинкой, который ей надлежало занять по праву хозяйки за одним из концов длинного стола.
