образования. Пришлось идти в техникум, учиться на бухгалтера. Колхозу требовались люди моей специальности. А о школе я долго мечтала… Хоть ты воплоти мою мечту.
Он сопротивлялся, но недолго, и наконец внял ее просьбам. Было время, когда молодой человек ругал про себя настойчивую старушку, навязавшую ему профессию, к которой он совсем не чувствовал тяги, но оно давно прошло. Учиться на филологическом оказалось довольно интересно, а профессия учителя пришлась ему по вкусу, он полюбил ее и уже не представлял себя вне школы.
Да, бабушка – все же мудрая женщина. Ему с ней повезло. Сколько она сделала для него, когда родители погибли в авиакатастрофе! Его глаза увлажнились, когда он подумал об этом. Тогда говорили: самолеты не падают. Но этот упал, унеся жизни ста человек. В том числе матери и отца, которых Олег плохо помнил.
Внезапно парень вздрогнул от резкого звонка мобильного. Телефон лежал в кармане. Молодой человек достал его. На дисплее высвечивался знакомый номер. «Андрей? С чего бы это в разгар рабочего дня?» – Олег нажал кнопку вызова. Голос школьного друга сразу заполнил уши:
– Олежка, здравствуй. Не знаю, как тебе сказать… У меня грустная новость. Не буду ходить вокруг да около. Бабушка Роза в больнице. Инфаркт у нее, обширный.
– Что? – внутри у Полозова что-то оборвалось. Он почувствовал, как холодный пот заливает глаза.
– Моя бабушка? – еле выдавил он. – Инфаркт?
– Это еще не все, – продолжал майор. – Олег, умоляю, выслушай и не перебивай. Вашу квартиру пытались ограбить. Вероятно, бандиты не ожидали встретить хозяйку. Наверное, они сильно ее напугали, и от перенесенного стресса случился инфаркт. Так бывает.
Олег засуетился:
– Андрей, в какой она больнице?
– В первой, но ты не торопись. Я должен тебя увидеть. Видишь ли, есть кое-что еще…
– Андрей, я бегу домой, – Полозов нажал отбой, спрятал телефон и бросился вон из школы. К счастью, уроков у него больше не было.
Нужная маршрутка пришла через пять минут, и парень влез в душный полупустой салон. Ехать пришлось столько же, сколько обычно, может, чуть больше, но эти минуты показались ему вечностью. Страшная мысль юлой вертелась у него в голове. О чем говорил школьный приятель? Ограбление квартиры? Инфаркт? Неужели бабушка умирает? Нет, она не может оставить его совсем одного!
Когда машина остановилась на нужной остановке, парень опрометью бросился домой, чуть не сбив выходившую из его квартиры Дарью Федоровну, с сочувствием посмотревшую на него:
– Крепись, Олежек. Я думаю, все будет хорошо.
– Спасибо, – механически ответил учитель и вбежал в комнату.
Школьный приятель, почти не изменившийся со времени их последней встречи – как-никак лет пять прошло – высокий, светловолосый, с румянцем на лице, сидел на диване и что-то писал на листке бумаги. Двое дюжих мужчин, вероятно, его коллеги, примостились на стульях за столом. В родной квартире было все перевернуто вверх дном, и Полозов продолжал окунаться в страшную реальность. Ограбление… Инфаркт… Бабуля в больнице.
Заметив молодого человека, сидевший на диване Колосов встал и подошел к нему:
– Привет, Олежек. Вот и свиделись. Только встреча нерадостная.
Учитель кивнул и обнял его:
– Нерадостная, Андрюша.
– Мы уже ввели тебя в курс дела, – продолжал приятель. – Да ты и сам видишь, что в вашей квартире побывали грабители. Пройди, пожалуйста, по комнатам и посмотри, что у вас пропало.
Полозов как автомат выполнял его просьбы, даже не расспросив друга о жене и дочери. Все его мысли были только о бабушке, которая после гибели родителей в авиакатастрофе стала для него самым близким человеком.
– Вроде ничего. Все в наличии.
Как она? Жива ли?
– Уверен? – Майор сверлил его стальными глазами. – Посмотри, посмотри, не торопись.
Олег еще раз перебрал валявшиеся на полу вещи:
– Нет.
– А в другой комнате?
– Ничего, – ответил учитель. – Там вообще нечего взять. Ты и сам знаешь.
– И все-таки, – напутствовал его Колосов.
Молодой человек послушно прошел в другую комнату и поднял толстую книгу – два тома «Войны и мира».
– Мы хранили здесь так называемую заначку, – он открыл том и указал на целлофановый мешочек с деньгами, прикрепленный к странице. – Вся сумма на месте. А здесь, – его руки нащупали жестяную коробку из-под леденцов на секретере, – бабулины драгоценности. Я посмотрел. Все на месте.
Майор поднял белесые брови:
– Ты знал о тайнике в швейной машинке?
Полозов хлопнул себя полбу:
– Да-да, конечно, как же я мог забыть! – Он снова бросился в маленькую комнату. – Нет, деньги на месте, хотя дверца открыта, – молодой человек принялся лихорадочно пересчитывать купюры. – Воры не взяли ни рубля. Здесь ровно двести тысяч. Именно такую сумму бабушка скопила… – Олег нервно глотнул. – Скопила…
– На похороны, – подсказал Бороховский. Полозов, весь красный от напряжения, кивнул.
– И что же у нас получается? – потирая руки, поинтересовался Андрей. В нем заговорил следователь, который во что бы то ни стало должен был напасть на след преступников.
Учитель не понял вопрос:
– Что получается?
Колосов повысил тон:
– Если ничего не пропало, получается, что никакого ограбления не было. Так ведь?
Олег растерялся:
– Я не знаю. Тебе виднее.
– Ты-то со мной согласен? – поинтересовался Андрей как-то виновато. Он понимал состояние друга, но хотел раскрыть дело по горячим следам.
– Получается, так оно и есть, – выдавил учитель.
Колосов наклонил голову:
– Тогда идем дальше. Ты прости, Олежка, что я с тобой вроде как официально. Работа у меня такая. Чем скорее я пойму, что к чему, тем скорее поймаем преступников.
Олег развел руками:
– Да брось, Андрей. Я все понимаю.
Колосов наморщил лоб:
– Итак, в квартиру проникают какие-то люди, переворачивают все вверх дном, однако не берут ни драгоценности, ни деньги, но пытаются что-то выудить у хозяйки. На какие мысли это наводит?
Полозов не ответил. Для него это казалось совершенно неважным. Какая разница, в конце концов, на какие мысли это наводит? И вообще, если говорить о мыслях, они были вовсе не о странном ограблении. Или не ограблении – какое это имеет значение, когда бабуля в больнице, а он до сих пор разговаривает с полицейским, пусть и со своим школьным приятелем, хотя давно должен быть у нее? Надо идти к ней, не идти, а бежать, а не вести пустые беседы. А все эти тайны пусть выясняет полиция. Это их работа. Андрей хороший следователь, он слышал о нем много отзывов. Олег поднялся со стула:
– И ты меня прости, Андрей. Я ничем не могу помочь, клянусь. И вообще, мне пора в больницу.
– Сядь, – властно произнес майор, и его тон подействовал на учителя: он послушно опустился на стул.
– Я выскажу
