дров в костер. Потом ненавязчиво сдвинул сидящего товарища вдоль по стволу дерева, служившего им скамейкой, ближе к непересекаемой границе, мотивировав это тем, что будет «накрывать на стол». Пошарив в рюкзаке, выудил и вскрыл банку тушенки. Затем нарезал хлеб и привычно забулькал «Казаками»:
- Давай, Жос, примем "микстуру". Все равно проблему нахрапом не решить.
От костра шло тепло, от выпитого тепло пошло изнутри. Можа опять удивил, вытащив из своих запасов пару сморщенных зубчиков ароматного чеснока. Они натерли им хлеб и кусая, смаковали полузабытый вкус. Товарищ частил со стопками, а Жосу стало почему-то все равно. Сиделось как-то очень хорошо и уютно. Они вели неторопливый разговор не о чем, со вкусом выпивали и шарили ложками в банке, выискивая кусочек мяса в разогретой жиже тушенки. Когда Жос уже порядком захмелел, Можа спросил:
- Как у тебя продвигаются поиски брата?
- Да никак…
- Не отчаивайся, думаю, рано или поздно что-нибудь проясниться.
- Ой, что-то не уверен я.
- Старший, брат-то?
- Старший.
- Видать, хорошие у вас были отношения, раз ты за ним в Зону притопал.
- Отличные! Такого брата еще поискать!
Жос сам не заметил, как, отвечая на вопросы товарища, погружался в воспоминания о своем детстве все глубже и глубже. Вот их дом на берегу реки, с трех сторон окруженный цветущим садом. С обратной его стороны обширный луг и пыльная дорога сквозь него. А дальше лес - высокий и могучий сосновый бор. Вот они возвращаются из него домой с полными корзинами белых грибов. Вот они с братом, закатав штаны, ловят рыбу в темном омуте реки, в клевом месте известном только им двоим. Потом, сидя на крутом берегу, мечтают о том, как станут моряками когда вырастут и побывают в далёких удивительных странах. Ради этого они даже неплохо изучили азбуку Морзе и потом оставляли друг другу записки в секретном месте. Всем же известно, что настоящий моряк должен её знать. Вот они до крови дерутся плечом к плечу с соседскими мальчишками из-за какой-то ерунды. А вот скачут по лугу без седла на молодом жеребце и маленький мальчик крепко держится за спину своего старшего брата чтобы не упасть.
Пищащей назойливостью из вне, настойчиво лез сигнал с КПК. Продолжая оставаться в плену своих видений, Жос машинально взял его в руку и бросил взгляд на экран:
ДОЛГ:
"Жос, срочно прибыть на базу. Нашелся твой брат."
Волна искренней радости разом захлестнула сталкера. Такого он не испытывал, наверное, со времен беззаботного детства. Брат! Неужели нашелся?! Неужели живой! Он сам не заметил, как схватив автомат за ствол и при этом оставаясь внутри своих переживаний, вприпрыжку зашагал в обратном направлении. Сделав с десяток шагов и придя в себя, Жос вдруг резко остановился. Стоя посреди леса, со светящимся КПК в одной руке и автоматом в другой, он осознал, что находится за границей аномалии. Он вышел? Черт побери, ОН ВЫШЕЛ!!! Как так получилось?! Да ведь это все устроил Можа! Вот ведь хитрый бродяга: посадил его с краю, напоил как следует, чесноком задобрил, вывел его расспросами на разговор о брате и постепенно погрузил в детские воспоминания. Затем осталось только отправить сообщение, как спусковой триггер. Жос поднес КПК к глазам. Ну конечно, сообщение было не от Долга. Название группировки было вставлено большими буквами перед основным текстом. Какой тонкий расчет, оказывается Можу весьма недооценивали в среде бродяг. Хотя могло и не сработать, но он попробовал и у него получилось.
Жос обернулся: его напарник сидел у костра, повернувшись к нему спиной, сгорбившись и понурив голову. Во всей его позе читалась предельная безысходность. Как же ему сейчас хреново! Не задумываясь, сталкер развернулся и смело зашагал обратно на поляну. Тихо подойдя к Може, он остановился рядом. Под ногой хрустнула ветка, приготовленная для костра. Тот рывком поднял голову, увидел спасенного и вскочив на ноги, заорал:
- Ты дурак?! Нет, Жос, ты совсем дурак что ли?! Тебе билет выписали на свободу - иди куда хочешь! А ты обратно вернулся? Нахрена?!
Жос стоял и улыбался, слушая как ругается его друг. Да, друг. Сейчас он ясно осознал, что теперь Можа его настоящий, если хотите закадычный, друг на все времена. Так же он видел, что не смотря на гнев, в глазах Можи читается искренняя благодарность товарищу за то, что он его не бросил. Оно и понятно, кому хочется медленно умирать в одиночестве от голода.
- Тише, ты, тише. Не пыли. Принципиально, я думаю, ничего не поменялось. – спокойно осадил товарища Жос – Один из нас всегда сможет выбраться из аномалии.
- Это, как это? – перестав кричать, удивленно спросил Можа.
- Если твоя задумка сработала, то и моя должна сработать. Один другому всегда может просто мякнуть как следует прикладом по затылку, потом выкинуть бесчувственное тело за барьер. Все!
- Ты это… Только без предупреждения не надо. – Можа опасливо шагнул в сторону.
- Нет, конечно. У нас с тобой другая задача, необходимо выбраться вместе.
Они сели обратно к костру, подкинули веток и махнули еще по одной.
- Ну что, Можа, появились у тебя новые мысли?
- Ну если отталкиваться от обморока, то на ум приходит только сон. Правда хрен его знает, чем во сне занимается подсознание.
- Да, да, именно сон. Я тоже про него подумал. Идея тупая, конечно, такая тупая, что может и сработать. Мы сейчас спокойно сидим до утра, не торопясь расправляемся со всеми оставшимися «Казаками». Доводим себя до состояния, так сказать, мгновенной отключки. Как в армии, когда в карауле на посту стоя спал. Было такое? Вот! Потом идем к той сосне, по которой ты вверх лезть собирался. Ветви у нее как раз над границей аномалии нависают. Необходимо расположить свое тело под углом в сорок пять градусов у самого ее края. Нет, даже частично за ее пределами. Тут нам как раз поможет твои наблюдения о пятидесяти процентах массы, пересекающих черту. Перекинув заранее подготовленный ремень через ветку и обмотав его концы вокруг себя, не завязывая, крепко его держать. Получается, что ноги упираются в землю, а тело висит наклонно над землей, удерживаемое страховкой и быстро слабеющей рукой. В какой-то момент измученное сознание
