слушателей, придя туда уже с готовым своим исследованием «Красная Армия в горах. Действия в Дагестане», изданным в 1924 г. Предисловие к книге согласился написать главком всеми Вооруженными силами Республики С.С. Каменев. Видимо, это согласие было получено А.И. Тодорским во время приезда С.С. Каменева в Фергану для инспектирования подчиненных ему войск. Предисловие небольшое по объему и поэтому приведем его без сокращений, ибо эту оценку дает советский полководец, один из организаторов побед Красной Армии на фронтах Гражданской войны.
«Труд тов. Тодорского интересен правдивостью изложения отдельного периода нашей гражданской войны. С этой стороны книга просто ценная. Читатель не найдет здесь гимнов героизму; тут нет даже и тени исторического хвастовства. Изложение борьбы ведется в том хронологическом порядке, как это было на самом деле. Читатель, а тем более историк, найдет здесь действительную обстановку, в которой Красная Армия проделала в Дагестане возложенную на нее задачу. Это правдивый материал для следующей работы историка. Для нас, современников, – это материал, на котором мы можем сейчас изучать свой опыт. Вот с этой последней точки зрения я и рекомендую ознакомиться с настоящим трудом красным командирам, в особенности старшим. Хорош этот труд и как пример для товарищей, которые могут по имеющимся у них материалам обрисовать работу частей Красной Армии, проделанную под их руководством.
Автор не делает из своего повествования ни выводов, ни обобщений, ни поучений, но от этого труд его не потерял своего интереса и значения. Если читатель внимательно разберет каждую схему и проштудирует карту – а иначе такие книжки не следует читать, – перед ним неминуемо вскроется картина своеобразных условий дагестанской обстановки, специфические условия военных действий в горах, трудности горной войны, промахи Красной Армии, пройденная ею школа, результаты этой школы и, наконец, героизм нашего красноармейца, командира, политработника и местного партизана.
Коснувшись вопроса о выводах, хочется подчеркнуть одну из сторон, которая, на мой взгляд, является характерной для Красной Армии. Военная теория давно уже исследовала условия борьбы в горах. Теория авторитетно заявила, что горная война требует соответствующей организации войсковых частей, соответствующей материальной части, такой же соответствующей связи, организации тыла, обоза и пр. и пр. Словом, вопрос теоретически разрешен и разработан до мельчайших подробностей. В основу этих работ положены своеобразные свойства горной обстановки. Здесь именно Красная Армия и попадает в какое-то хроническое противоречие с теорией. Теоретики с вытаращенными глазами должны теперь смотреть на Красную Армию, как на людей особой породы, испытывающих на своей собственной шкуре все прелести нецелесообразной организации вооружения и пр., проделывающих все опыты, которые давным-давно осуждены наукой. Чего ради эти чудаки лезут в горы с тяжелыми пушками вместо горных орудий, которые только там и хороши? Неудивительно, что пришлось при стрельбе держать орудия на веревках. Чего в горы загнали неповоротливую дивизионную организацию, да еще босую, вместо того, чтобы одеть ее в специальную обувь? Где организация тыла с соответствующим обозом? Чего лазали по тропам, не производя разработку таковых в пути? Зачем лазали батальонами по скалам, по которым и одиночек можно было бы спускать лишь по веревкам, и т. д. и т. п. Словом, если рядом с этим трудом тов. Тодорского раскрыть теорию горной войны, то, пожалуй, правильно будет сделать вывод: он делал все нарочно и вопреки теории. Он безграмотный, и кто его знает, почему ему удалось довести дело до конца. Повезло. А между тем, если всмотреться в историю Красной Армии, она сплошь и рядом была такой, мягко выражаясь, чудаковатой, и все же побеждала, как довела дело до конца и в данном случае.
Так вот, как же тут подойти к выводам? Не сказать ли прямо, что существующая теория нелепа, и немедленно внести соответствующие поправки в существующую теорию горной войны как вывод из данного опыта?
Думается, что осторожнее будет сделать два вывода. Один – с точки зрения того, что же надо, чтобы облегчить условия горной войны. И другой – как придется воевать, когда части просто не приспособлены к этой войне.
Вот при таком подходе предлагаемый труд тов. Тодорского приобретает еще большую ценность, так как он дает достаточно материала для суждения по обоим вариантам.
Действительно, при ближайшем ознакомлении с историей и условиями борьбы в Дагестане сразу же бросается в глаза, как Красная Армия была не приспособлена к горной войне, и тут существующая теория может только найти ряд ценнейших данных для подтверждения своих выводов.
Чтобы убедиться, что это так, я предлагаю хоть на мгновение представить себе, в каких еще более трудных условиях оказалась бы Красная Армия, если бы против нее действовал противник, снабженный и подготовленный с ног до головы для горной войны. Как бы тогда сказалась вся громоздкость организации, вооружение и несоответствие снаряжения Красной Армии. Каких бы трудов потребовалось тогда для парирования только одной гибкости и соответствующей горам техники такого противника.
Само собой разумеется, что в подобном случае Красная Армия испытала бы просто непреодолимые трудности, из которых вывод был бы один – возможно скорее перестроиться под условия горной войны, получившие отражение в существующей теории. Но противник тут был иной, и вот в условиях борьбы с бывшим в действительности противником и с окружающей действительностью вообще то, что было сделано, является прекрасным опытом для вывода, что и как делалось в условиях нашей гражданской борьбы.
В этой части тов. Тодорский дает нам много материала для суждения, как Красная Армия выходила из положения и побеждала.
Многое мы проделывали по нужде и, вынужденные к этому, открывали «возможности», которые раньше нам представлялись невозможными. Вот к этим «возможностям» следует отнестись особенно внимательно, дополнив ими прежнее понимание условий горной войны.
Эти выводы являются особенно ценными. Ведь весь опыт Красной Армии, которая во многих и многих случаях принуждена была вести борьбу при очень и очень относительных «возможностях», дал именно материал для переоценки этих «возможностей» и «невозможностей», почему и учет этого опыта особенно интересен. Труд же тов. Тодорского и является одним из тех материалов, который дает для этого достаточно много данных» [36].
Эту рецензию (предисловие к книге) написал профессиональный военный, имевший большой опыт руководства войсками на различных театрах военных действий (он командовал полком, фронтом, всеми вооруженными силами страны). Однако интересно будет послушать мнение и другого человека – сугубо гражданского по профессии, но не безразличного к судьбе А.И. Тодорского. Речь идет о том самом Л.С. Сосновском, который в свое время познакомил В.И. Ленина с книгой «Год – с винтовкой и плугом». Сразу отметим, что Сосновский обращает свое внимание больше всего не на военные
