подготовки 41-я и 42-я бригады 25 января пошли на решительный штурм аулов Аймаки и Гергебиль. Последний был взят под утро следующего дня. Противник упорно защищал каждую саклю и их приходилось брать с боем. Ожесточенное сопротивление оказали мятежники, засевшие в мечети.
В первых рядах атакующих находились командиры, военные комиссары, коммунисты и комсомольцы. Вспоминая эти события, А.И. Тодорский писал: «Доблесть отличала всех наших бойцов. Подвиги носили массовый характер. Впереди всегда были коммунисты и комсомольцы, за ними беззаветно шла вся масса бойцов». Они же несли и самые большие потери от огня противника. В Дагестанской группе за время боевых действий пали смертью храбрых 73 политработника [24].
27 января 124-й стрелковый полк, преодолевая сильнейшее сопротивление противника, штурмом овладел аулом Аймаки. В то же время части 40-й бригады, содействуя успеху 41-й бригады под Гергебилем, успешно продвигались в направлении Хунзаха и 28 января, сняв 52-дневную осаду крепости, освободили ее гарнизон. Освобожденные части 32-й дивизии впоследствии приняли активное участие в наступлении на мятежников.
А.И. Тодорский, имевший большой боевой опыт, всегда понимал роль артиллерии в различных видах боя. Применять ее в горах приходилось в крайне трудных условиях. Одной из главных причин, ограничивших работу артиллерии, являлось полное отсутствие удобных для нее путей передвижения и маневра. Крутые подъемы и спуски, обледенелые тропы и дороги каждый раз грозили свалить орудие в пропасть. При очень крутых подъемах и спусках артиллеристы втаскивали и спускали орудия на руках. Так, под аулом Гергебиль орудия с помощью канатов вручную тянули на протяжении 12–15 верст, при этом углы возвышения доходили до 45 градусов. Для обстрела мятежников в районе аула Аймаки четыре орудия 300 красноармейцев втаскивали в горы в течение полутора дней. Горцы, умевшие ценить мужество, отвагу и героизм противника, высоко оценивали подвиг артиллеристов: «Ни царь, ни Деникин не поставили «зеленой арбы» на гору, а большевик пришел и поставил…» [25]
Эти неимоверно трудные усилия почти всегда компенсировались: стоило показаться на горе орудию, как моральное и боевое состояние противника резко падало. Прозванные горцами «зеленой арбой», пушки всегда имели большое влияние на ход и исход боя.
После снятия осады с крепости Хунзах А.И. Тодорский побывал там. Руководители его обороны комбриг Илья Ковалев, военком Иосиф Немерзелли поведали А.И. Тодорскому и П.К. Штейгеру о трудностях 52-дневной осады. При этом присутствовал начальник всех партизанских сил Дагестана Нажмутдин Самурский. Самая большая трудность состояла в том, что продовольствия с самого начала было недостаточно и норму пришлось урезать до минимума. Горячая пища готовилась один раз в день. К концу второй недели осады продукты были на исходе. Иногда удавалось во время вылазок из крепости достать в соседних аулах некоторое количество зерна. Хлеб выпекался наполовину с соломой. Но даже при таком способе выпечки его все равно не хватало. Крупы и соли не было совсем. На мясо шли истощенные лошади. У многих бойцов от такого питания начались желудочные болезни. Вдобавок ко всему среди осажденных стал распространяться тиф, усилившийся при острой нужде в медикаментах. В день освобождения Хунзаха из всех раненых и больных три четверти составляли сыпнотифозные.
Но вместе с тем все командиры и политработники, прибывшие в крепость, единодушно отметили бодрое настроение осажденных. Это объяснялось тем, что комбриг Ковалев организовал активную оборону, которая предполагала периодические вылазки в сторону окрестных аулов с целью разведки, а также добывания продовольствия и фуража. Настроение осажденного гарнизона резко поднялось после того, как над крепостью пролетел самолет, посланный командованием группы. Он сбросил записку с сообщением о движении им навстречу частей 14-й стрелковой дивизии и приказом продержаться до их прибытия. Этот приказ гарнизон Хунзаха выполнил.
После взятия аула Гергебиль и снятия осады с крепости Хунзах части Дагестанской группы войск под командованием А.И. Тодорского продолжали и далее теснить противника. Ожесточенный бой произошел за аул Араканы. С рассветом 13 февраля 40-я и 41-я бригады одновременно перешли в наступление. В течение почти суток шел непрерывный бой с широким применением ручных гранат. Только к ночи аул Араканы был взят штурмом. С его падением была предрешена и участь аула Гимры, как главного гнезда мятежников.
Затем наступила очередь и аула Гецо, родины руководителя восстания имама Н. Гоцинского. Противник несколько раз пробовал в этом районе перейти в контратаки, но успеха не имел. Обманутые офицерами и ханами горцы все более убеждались в пагубности курса их верхушки и постепенно стали поворачивать свое оружие против классового врага, все более активно помогать красноармейцам и красным партизанам. Ярким примером тому служит резолюция съезда бедноты Гунибского округа от 8 марта 1921 г. о поддержке советской власти. В нем говорилось:
«Мы, темные жители высоких гор Дагестана и темнота наша навлекла на нас несчастья и бедствия. Мы, дети диких гор, теперь поняли и осознали, что из себя представляют эти лжешейхи, лжеимамы… Глубоко сожалеем о случившемся и раскаиваемся. Клянемся перед Советской властью никогда не изменять ей, крепко держать красный флаг в руках и защищать его от всех могущих быть бедствий, в доказательство чего выставляем на фронт партизан от 2 до 15 (человек. – Н.Ч.) из каждого аула, которые рука об руку с доблестными красными частями сумеют раз и навсегда покончить с бандами и водворить на вершинах наших высоких гор Красное Знамя…» [26]
После успешной ликвидации очагов мятежа в Дагестане А.И. Тодорский был представлен к ордену Красного Знамени. Из приказа Реввоенсовета Республики № 264 от 20 сентября 1921 г.: «Награждается орденом Красного Знамени… начальник 32-й стр(елковой) дивизии тов. Тодорский Александр Иванович за то, что, руководя всеми операциями по подавлению Дагестанского мятежа, он в январе 1921 г. сумел в кратчайший срок и с исключительной энергией подготовить решительный удар на Гергебиль, после чего на плечах отступающего противника прорвался к осажденным гарнизонам Хунзаха и Гуниба, где освободил их, завершив разгром противника по всему фронту».
В марте 1921 г. все войска, действовавшие в Дагестане, были включены в состав Терско-Дагестанской группы под командованием М.К. Левандовского. В приказе по войскам этой группы от 15 марта 1921 г. говорилось:
«Героическими усилиями доблестных частей Терско-Дагестанской группы контрреволюционное восстание в Чечне и Дагестане раздавлено и ликвидировано. Кровавые виновники восстания, идейные его руководители и организаторы, не прощенные дагестанской и чеченской беднотой, скрылись в глухих дебрях Дагестана, избегнув, таким образом, заслуженного наказания за бесчисленные преступления и несчастья.
Ценой бесчисленных жертв Красной Армии, обильных потоков крови скромных и незаметных героев-красноармейцев, темные дагестанские и чеченские массы избавлены от кабалы белогвардейского офицерства и обманно-лживых тунеядцев – шейхов и мулл.
Тяжелые лишения перенесли героические части Красной Армии, участвовавшие
