Камни, среди которых плавали акулы, походили на обломки колонн и статуй. Они устилали песчаное дно, и, несмотря на толстый слой покрывавших их водорослей, в их очертаниях можно было угадать рукотворное происхождение. Когда среди небольших камней стали мелькать полуразрушенные каменные постройки, над которыми белел полупрозрачный Защитный покров, Диана спросила у Аруога:
– Там внизу – это город?
– И да, и нет. Это руины Лаан Гиугин, Королевского города. Первого города Оиилэ. Теперь там живут только акулы, и мы иногда называем это место Аррэу ро гиу – Дом акул.
– Но почему он разрушен?
Аруог рассказал ей историю, которую знает любой Оиилэ во Всемории.
После раскола и отделения племён в Лаан Гиугин остались только потомки королевской семьи и несколько преданных им родов. Они основали своё племя – Лаан Ууноги. Ушедшие после раскола племена не смогли с собой ничего забрать, и в городе продолжали храниться королевские сокровища и все тридцать три трезубца королевской семьи, а также Правящий трезубец Гарранэёль, повелевающий всеми.
Не желая подчиняться Королевскому городу, ушедшие племена направили туда своих Глав и Лунных наследников. Каждый из них бросил вызов Владыке, которым в то время являлся Глава племени Лаан, владевший Правящим трезубцем. Закон Океана гласит: «Владеющий трезубцем Гарранэёль – сильнейших из Оиилу Эилин. Когда бросят ему вызов, он должен принять его. Только победив в бою, он будет достоин».
Владыка был сильным Оиилэ и с лёгкостью победил первых соперников, но с каждым новым боем на нём было всё больше ран, а в нём – всё меньше сил. Последний из Лунных наследников поверг его и унёс Правящий трезубец в Западное море, откуда сам стал царствовать и повелевать всеми Оиилу Эилин.
Когда пал Глава племени Лаан, в Королевском городе не было своего Лунного наследника, и некому было сразиться с победителем. Без Главы и без трезубца, создавшего Защитный покров, жители не могли пересекать границу города. Начался голод. В отчаянии они обратились к своим предкам и попросили пропустить их сквозь покров. Покинувшие город больше не могли вернуться назад. Так Лаан Гиугин опустел. Теперь только акулы, потомки Диких Оиилэ, могли там жить.
Когда Аруог закончил свой рассказ, они уже проплывали над центром разрушенного города. На рыночной площади лежали обломки каменной колонны, возвышавшейся когда-то в её центре. Крыши зданий обвалились, а полуразрушенные стены смотрели на них пустыми глазницами. Город кишел акулами, свободно пересекавшими покров. Одна из них выплыла из единственного здания, всё ещё имевшего крышу, и поплыла вверх в их сторону.
– А это что за здание? – спросила Диана, показывая на уцелевший купол.
– Это Усыпальница Королей. В Лаан Гиугин ещё не было Глубинного храма. Жрецы спускались в пещеру под усыпальницей и там проводили обряды. Глубоко под ней, на дне пещеры, в Чертоге прародителей спят трезубцы. Проснувшись, они поднимаются наверх и ищут того, кто оказался достоин их пробуждения.
Акула, выплывшая из усыпальницы, приблизилась к Диане. Прямо над её рукой она открыла пасть, из которой выпали два небольших предмета. Диана машинально схватила их и с интересом раскрыла ладонь. В ней лежали два пузырька, с одного бока покрытые илом. Они были закупорены, но пусты. Отдав склянки Диане, акула махнула хвостом и уплыла назад в город.
– Положи в мою сумку. Покажем Анарэну, – сказал Аруог
Спрятав пузырьки, Диана продолжила разглядывать руины. Они пробуждали страх и восхищение. Когда-то по этим улицам плавали знатные Оиилэ. Они заглядывали в лавки и рассматривали привозные товары, сплетничали и ругались, жили и умирали в этом городе. На его улицах вместо акул когда-то сновали подводные жители. Было грустно и больно смотреть на развалины некогда процветавшего города.
– Неужели нет совсем никакой надежды? – спросила Диана. – Через покров правда никто не может проплыть? Даже ты?
– Открыть покров может только владелец Правящего трезубца. Когда он снова будет в руках потомков Лаан Ууноги – Королевского племени, и Глава племени вернётся в Лаан Гиугин, только тогда этот город снова откроет свои двери.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Тогда почему до сих пор никто не вернул этот трезубец?
– Все ушедшие за ним, проиграли бой. Только сильнейший достоин.
Когда Лаан Гуигин остался позади, перед ними появилась огромная стая скумбрии. Дельфины окружили её и начали сжимать кольцо. Они хватали крупную рыбу и опускались на дно, чтобы размельчить её, ударяя о камни.
Ивин, глава стаи, подплыла к Аруогу, держа в зубах крупную рыбину. Отдав её, она снова поспешила на охоту. Аруог достал из сумки каменный нож, разделал рыбу, отделив филе от хребта, и протянул одну половину Диане.
– Наш обед, – сказал он.
Когда они доплыли до рифа, солнце уже отклонилось от зенита на запад, тяготея к горизонту. Диана впервые видела коралловый риф вживую. Он был не на экране гаджета и не в рассказах друзей, а прямо перед ней, пестрея своими причудливыми формами и красками. Полипы, формирующие риф, покрывали всё дно. Меж ними в поисках пищи и убежища сновала рыба самых неожиданных окрасок. Она ныряла носом в песок, выглядывала из-за кораллов, пряталась в водорослях. На рифе кипела жизнь.
Диана восторженно смотрела на многообразие красок и форм, касалась полипов, пыталась поймать напуганную рыбу, и резвилась, словно ребёнок.
– Рриану, – позвал Аруог, – за тем кораллом морская змея. Не трогай её – она ядовитая.
Диана кивнула и заглянула за коралл: она ни разу не видела морских змей. На её теле чередовались белые и чёрные полосы, как у зебры. Заметив незваного гостя, змея выплыла из-за коралла и устремилась прочь.
Насмотревшись на кораллы, плоские и объёмные, простые и витиеватые, порою похожие на деревья, Диана вернулась к Аруогу.
– Можем плыть назад? – спросил он.
Диана кивнула. Она утомилась и ко всему прочему опасалась плыть над полуразрушенным Лаан Гиугин после заката. Ей хотелось вернуться в Жемчужный город до захода солнца.
Когда Улиан Гиугин был уже близко, океан практически полностью погрузился во мрак. Эта ночь отличалась от всех предыдущих, потому что обычно улицы города по ночам были наполнены лунным светом.
– Почему так темно? – спросила Диана.
– В океане ночью всегда темно.
– Но в городе нет.
– Город под Защитным покровом. Он притягивает лунный свет.
Глаза Дианы быстро адаптировались к темноте, и она наблюдала, как над чёрно-белым дном сновали выплывшие на ночную охоту акулы. Они выискивали пищу в песке и за камнями, нападая молниеносно и не оставляя жертве ни единого шанса на спасение.
Когда они подплыли к Жемчужному городу, его покров еле заметно мерцал лунным светом. Аруог снова взял Диану за руку и пропустил сквозь полупрозрачную материю покрова. К этому времени жители Улиан Гиугин уже разошлись по домам, и по пустынным улочкам, залитым лунным светом, сновали уже ставшие для Дианы привычными рыбы с фонарями на голове. Пользы от них было немного, но зато они придавали городу ощущение сказочности.
Слуги в их магиу тоже улеглись спать. Диана молча последовала за Аруогом в его покои, но вспомнив, что не переоделась, остановилась.
– В моих покоях поставили для тебя ширму, – сказал Аруог, читая её мысли через Связь.
Быстро переодевшись, Диана устало опустила голову на подушку и погрузилась в неспокойный сон. Из бездны, затаившись, на неё смотрело морское чудовище. Два огромных жёлтых глаза сверлили свою жертву перед нападением. Страх сковал её движения, ноги не слушались, руки дрожали – она не могла уплыть. Когда чудовище рвануло вперёд, раскрывая наполненную зубами пасть, Диана вскочила с кровати.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Пробуждённый её резким подъёмом, Аруог приподнялся на локте и окинул её сонным взглядом.
– Плохой сон, – ответила Диана на его немой вопрос.
«Плохой сон. Это всего лишь плохой сон», – повторяла она про себя.
Ночь четырнадцатая
Это море, бурлящее жизнью,
