в Уезде появлялся очень редко, и любое мероприятие в резиденции превращалось в настоящее событие, где можно было не только заявить о себе, но и заключить выгодные сделки. Или, опозориться. Каждое уважающее себя семейство хотело избежать последнего, и выйти за ворота резиденции господина с максимальной выгодой. В этот раз и у меня тоже была схожая цель.
Мэй подала чай. Тонкий аромат и терпкий вкус напитка действовали на меня успокаивающе.
— Госпожа, — тихо произнесла служанка, — вам тоже следует позаботиться о подарках и подношении. Боюсь, что старая госпожа будет делать все, чтобы выставить вас в невыгодном свете.
— Не волнуйся.
Мэй мои слова не успокоили. Впрочем, это было не удивительно. С тех пор как мы прибыли в дом маркиза, она во всем видела подвох. Всегда старалась предупредить, предостеречь. Сейчас мне было неловко признавать, что служанка была права.
— У меня есть подарок, который князь обязательно оценит.
Мэй недоверчиво улыбнулась. Она хотела спросить, что это за подарок, но не решалась. А я вспомнила белое лицо князя. Казалось, что в нем не было ни капли крови и многие находили Хань-Шэна похожим на призрака. Но, мне князь напоминал суровые, но справедливые земли севера.
Отец всегда восхищался третьим господином. Рассказывал, что император всячески старался удержать сына благородной супруги при себе и отпускал его из столицы только в очень редких случаях. Император благоволил князю так, как не одному из детей императрицы. Кажется, несколько лет назад даже был скандал, который вынудил благородную супругу поклясться императрице в родовом храме, что уговорит императора не отдавать трон Хань-Шэну. И, судя по тому, что наследным принцем был назначен Хань-Дэ, обещание мать Хань-Шэна выполнила. Интересно, что сам князь думал о назначении брата наследным принцем?
Закончить мысль не успела. Двери комнаты приоткрылись, и внутрь проворной мышью проскользнула рабыня, служившая в павильоне Сюэ-Жэнь.
— Госпожа, — рабыня опустилась передо мной на колени и сделала земной поклон. — Рабыня приветствует маркизу.
— Говори.
— Старая госпожа приказала закрыть вас в павильоне. От имени маркизата дары будет подносить Сюэ-Жэнь.
— И как они собираются это князю объяснить?
— Старая госпожа говорит, что объяснит это болезнью маркизы.
Я кивнула. Это был интересный ход. Интересно, что такого сделала Сюэ-Жэнь, что старая карга о ней так печется?
— Хорошо. Что-то еще?
— Наложница Сюэ приказала личной служанке достать благовония из павильона “Цветущей вишни”.
— Афродизиак? — ахнула Мэй.
Рабыня, стоявшая передо мной на коленях, залилась румянцем.
— Хорошо, — я достала тканевый кошелек. Неприметный, без вышивки. Такой, носили простолюдины. — Это тебе за хлопоты.
— Благодарю госпожу.
— А это, — достала второй, шелковый кошель с цветами сакуры, — передай няне Инь. Скажи, что она должна потратить эти деньги на уголь и еду для прислуги. Маркиза не хочет, чтобы в поместье начались похороны.
— Благодарю! Благодарю госпожу! Благодарю!
Кажется, этому кошельку девушка обрадовалась больше, чем собственному гонорару.
— Мэй, проводи ее. И проследи, чтобы никто не заметил.
Мэй ушла. Ее место тут же заняла Юй.
— Госпожа! — девушка упала на колени. — Госпожа, зачем вы тратите деньги на павильон этой дряни?! Она же… Она же вас погубить хочет!
— Не переживай. Они будут служить тому, кто кормит.
Юй задумалась. Она была сообразительной девушкой.
— А что если няня Инь не расскажет, от кого деньги. Или…
— Не расскажет. Вы же позаботитесь о том, чтобы слуги Сюэ узнали о кошельке?
Юй хитро улыбнулась, подхватила юбки и быстро протараторила:
— Сегодня холодно. Я пойду, попрошу Джао-Джао помочь с согревающим отваром!
Я кивнула, будучи уверенной, что уже к утру, каждый раб в павильоне Сюэ будет знать, кому он обязан рисом в своей тарелке.
Глава 12
Резиденция князя
Осенний ветер в это утро стих, будто сама природа благоволила дому князя Хань. Солнце, которого почти не бывает в это время года, сегодня озарило внутренний двор резиденции. Гости прибывали в строго назначенное время, по порядку, словно боялись создать неразбериху у ворот господина. Как только одну повозку уводили и ее пассажиры скрывались за стенами резиденции, тут же появлялась следующая.
Управляющий, который внимательно наблюдал за порядком, лучезарно улыбнулся. Он не первый десяток лет служил в этом доме и организовывал приемы, но сегодня был второй раз, когда чувствовал, что место ждут светлые перемены. Даже позволил себе предположить, что в резиденции появится хозяйка.
— Доложи князю, что можно облачаться. Почти все прибыли, — приказал управляющий худощавому мальчишке. Это был сын конюха, который только год назад поступил на службу во внутренний двор.
* * *
Фэн-Жун
— Не волнуйся, сынок. Мама все продумала.
Старая госпожа похлопала по руке сына. Наложница, сидящая напротив маркиза, застенчиво улыбнулась.
— Мама, разве это не опасно? Сама Благородная Супруга приказала Мин-Сю быть на церемонии! Как мы оправдаемся перед его светлостью?
— Не переживай. Мин-Сю сама откажется ехать. У нее нет ничего для подношения. Я позаботилась об этом. Она труслива. Скажется больной, и никто ничего не узнает. Мы должны дать Сюэ шанс заслужить благосклонность благородных дам. Иначе, как она сможет в дальнейшем стать твоей женой.
— Матушка, — выдохнул Фэн, — мы все равно должны были взять Мин-Сю с собой. Тем более, она сейчас так жалко выглядит. Разве она могла бы сравниться с Сюэ?
Мать ничего не ответила. Фэн видел, что она была согласна с его доводами, но изменить уже ничего не могла.
Сюэ-Жэнь тоже выглядела немного растерянной. На вечернем пиру она собиралась обвинить Мин-Сю в прелюбодеянии с посторонним мужчиной. Но, свекровь испортила ей планы. Но женщина быстро взяла себя в руки и адаптировалась.
— Дорогой, — обратилась она к мужу, — не переживай. Благородной супруги не будет на празднике. Императрица не отпустила ее навестить сына. А князь будет занят гостями и не обратит внимание на отсутствие какой-то маркизы.
Фэн посмотрел в преданные глаза наложницы. Ее слова успокоили тревогу, и, к тому моменту, как повозка остановилась у княжеских ворот, маркиз уже думал о том, с какими чиновниками следует завести беседу, кого пригласить на обед, кому преподнести подарки.
* * *
Сюэ-Жэнь
Они прибыли почти самыми последними. Сердце Сюэ колотилось от волнения. Она впервые прибыла на ритуал жертвоприношения и мысленно повторяла про себя вежливые фразы, жесты, приветствия. Сейчас главной целью наложницы было произвести правильное впечатление на местную знать и
