заключен договор с Императором. Она должна была стать боковой наложницей наследника. И, ходили слухи, что наследник испытывал к ней глубокие чувства и умолял отца о браке. Так ли это было на самом деле, я не знала. Но из прошлой жизни помнила, что их брачному союзу не суждено было состояться. Подробностей происшествия мне никто не рассказывал. В прошлой жизни Жуэ повесилась в собственных покоях через месяц, после осеннего пира. Ее мать не пережила траура. Через год от горя ушел и сам гогун. Дом перешел в руки старшего наследника.
Вдруг стало тоскливо оттого, что невозможно предотвратить беду и спасти эту прекрасную семью. Все, что оставалось делать, — выказать почтение и попросить у предков немного удачи.
Свекровь с Сюэ шли рядом. Они молчали. Дамы впереди тихонько переговаривались.
— Привести наложницу! Это такое неуважение к жене. О чем маркиз только думал?
— Это правда, что маркиза — дочь семьи Вэй?
— Генерал ни за что не простит такое отношение к дочери.
Я слышала осторожный шепот, но не останавливала ручеек сплетен, который уже через несколько дней превратиться в бурную реку.
* * *
Фэн-Жун
Мин-Сю маркиз увидел только у родового храма, когда гости заняли свои места перед началом ритуала. Мужчина почувствовал, как дыхание перехватило, а желудок сжался. Скандал. Это был настоящий скандал.
Он сглотнул ком и посмотрел на мать. Руки старой госпожи мелко дрожали, но она пыталась сохранить на лице маску спокойствия. Сделать это было сложно. Старая госпожа, как никто, понимала последствия этого праздника. И сейчас думала, как выйти из положения.
Буквально через секунду Фэн понял, что рядом со свекровью стояла не только маркиза, но и Сюэ-Жэнь. Мир Фэна качнулся, и у него самого затряслись руки. Как она допустила, чтобы наложница пришла к родовому храму, когда рядом законная жена? Ему стало страшно.
— Маркиз, с вами все в порядке? — учтивый голос евнуха прозвучал как голос судьи, готового вынести смертный приговор.
— Все в порядке, уважаемый, — выдавил из себя Фэн, пытаясь придумать, как предотвратить катастрофу.
Он не понимал, что все уже увидели, как дом маркиза относится к законной жене, ставя ее на один уровень с наложницей. Голос распорядителя, объявившего начало ритуала, заставил маркиза дернутся. Ритмичная музыка, казалось, полилась прямо с небес.
* * *
Хань-Шэн
Цепкие глаза князя сразу увидели Мин-Сю. Благородное лицо, ровная спина, прямой взгляд, делали ее недоступной, словно она была не женщиной, а богиней, которую ему посчастливилось увидеть. Остальные гости растворились, превратились в декорации, призванные создавать настроение госпоже.
Хань напомнил себе, что эта женщина принадлежит чужому мужчине, чужому дому, чужому роду. Он не имел права хотеть ее. Но воображение будто взбунтовалось. Он представил ее на месте хозяйки резиденции. Ее, и их маленькую дочь. Князь тут же одернул себя, но лицо маленькой девочки, с глазами маркизы уже отпечаталось в сознании князя.
Слуги подносили к алтарю вино, мясо, фрукты. Он отрепетированным жестом касался чаш, наливал вино в кубки, кланялся духам предков. Звук барабанов разносился по окрестностям. Присутствующие благодарили духов за хороший урожай, просили предков о благополучии и удаче. Князь Хань старался быть достойным потомком императорской крови. Но все внутри клокотало и требовало не изобилия для народа и полных амбаров, а ту, которая принадлежала другому.
Женщины по очереди начали подходить к алтарю, оставляя свои подношения. Князь внимательно смотрел, как благородные дамы склоняются перед табличками предков, но не видел, что они оставляли, не слышал слов, которые говорили. Четкой была только одна фигура в угольно-синем ханьфу.
* * *
Мин-Сю
Церемония длилась больше часа. Но усталости никто не почувствовал. В этот солнечный день, казалось, даже стоять неподвижно было легче. А когда евнух проводил нас отдохнуть в сад, перед началом вечернего пира, женщины и вовсе выглядели бодрее и оживленней, чем с утра.
Свекровь старалась не обращать на меня внимания. Это было странно и глупо. Такое открытое пренебрежение невесткой только усугубляло ее положение.
— Погода прекрасная, — голос маркизы Шу-Янь прозвучал в двух шагах от меня.
— Необычно для этого времени, — вежливо поддержала разговор.
С маркизой мы ни разу не встречались до этого дня, и никаких интересных сплетен до меня не доходило. Кто она, и чего стоило ожидать от этой женщины, я не знала. В уезде Шу-Янь поселилась после замужества. Ее свадьба состоялась примерно в то же время, что и моя. Но, судя по тому, с каким трепетом на женщину смотрел супруг, в браке она была благополучней меня.
— Вы дочь генерала Вэй? — она доверчиво улыбнулась. — Мне много рассказывали о великом хранителе границ. Второй брат мечтает лично познакомиться с вашим отцом и братьями.
Слова женщины звучали вполне искренно. Я улыбнулась и сделала к ней шаг, чтобы сделать дистанцию более дружественной.
— Если Небо позволит, желание вашего брата сбудется.
Собеседница кивнула.
— Не думала, что барышня, выросшая на Северных границах, может быть такой благородной и утонченной. Ваша матушка наверняка потратила много сил, чтобы вырастить такой прекрасный цветок.
— Вы слишком добры, маркиза. Ваша матушка потратила не меньше сил.
— Всем известно, какая выдающаяся госпожа ваша матушка. О ней в былые времена слагали легенды. Говорят, что даже покойный император переживал, когда ваша мать отправилась в свадебном паланкине на северные границы вместо старой госпожи.
Она бросила быстрый взгляд на мою свекровь, которая в это время, вместе с Сюэ, беседовала с евнухом.
— Мать Фэн-Жуна должна была стать госпожой Вэй?
— А вы не знали?
— Матушка никогда не делилась.
— Старая госпожа устроила страшный скандал, когда ей сообщили о брачном договоре с домом Вэй. Тогда ваш батюшка еще не был генералом, а резиденция переживала тяжелые времена. Говорят, они с трудом выплачивали жалование слугам. Не знаю как, но покойная матушка старой госпожи сумела устроить так, чтобы дом Вэй согласился поменять невест. Ведь ваша матушка была из купеческой семьи? Верно? — я кивнула. — Старая госпожа вышла замуж за покойного маркиза, а вашу матушку забрали в северный край.
Шу-Янь закусила губу, оценивая мою реакцию. Я знала, что когда-то дом отца переживал тяжелые времена. И знала, что матушка очень боялась ехать в резиденцию Вэй. Но, видимо, дедушка решил, что деньгами он дочь обеспечит, а вот дать ей по-настоящему крепкое положение в обществе и титул, не в его власти. Поэтому согласился на брак дочери.
Отец тоже не мог рассчитывать на
