Мин-Сю
На улице было прохладно. Или мне просто казалось, что ледяной ветер обжигает шею и щеки, после близости с посторонним мужчиной. Я пыталась не думать о том, что произошло несколько минут назад. Держала спину ровно, стараясь сосредоточиться на настоящем и вычеркнуть прошлое.
Мне было страшно думать о том, что случиться, если кто-то узнает об этом происшествии. Еще страшнее было думать о том, что случилось бы с мужчиной, если бы меня не оказалось рядом. Мэй держала меня под локоть, словно боялась, что я вот-вот лишусь сил и потеряю сознание. Она не знала, что сейчас мой ум был гораздо яснее, чем всю предыдущую жизнь. Или мне просто так казалось.
— Мэй, — обратилась к служанке, когда мы подошли достаточно быстро к одной из закрытых комнат. — Что происходило, пока меня не было?
Мы остановились возле дерева, чтобы не появиться раньше времени, и дать Сюэ и свекрови войти в помещение.
— Мы все сделали, как вы приказали, госпожа. Цин переоделась в темный ханьфу и заманила маркиза в павильон для отдыха. Хозяин, как в и предполагали, не сопротивлялся, а когда понял, зачем служанка его позвала, обрадовался. Вот уж не думала, что маркиз такой бесстыдник!
От ее слов мои щеки запылали. После того, что сегодня произошло, винить мужа в распутстве я уже не имела права. Но, несмотря на стыд, чувства вины перед маркизом и его домом у меня не было. Хоть я и плохо знала князя Хань, но отдать ему свою девственность было гораздо приятней, и не так унизительно, как выпрашивать консумацию брака у собственного супруга, а потом умереть вместе с собственным ребенком. Нет. Этого зверя в свою постель я больше никогда не пущу. Лишу его жизни, но не дам к себе прикоснуться.
— Как вы и предполагали, — продолжила говорить служанка, — наложница не догадалась о том, что мы подкупили ее слуг. Она уверена, что вас опоили и закрыли в павильоне с насильником. Одна из служанок усадьбы сообщила старой госпоже, что видела, как вы зашли в павильон для отдыха, а теперь оттуда раздаются неприличные звуки.
Дальше рассказывать было не нужно. Я хорошо видела, как пять женщин подошли к павильону. Кроме свекрови и Сюэ-Жэнь запечатлеть сцену моего падения, пришла маркиза Шу-Янь, первая госпожа дома Фу, и младшая госпожа фамилии Лю.
Тут же подбежал слуга, который попробовал не пустить посторонних в покои. Но, он плохо знал мою свекровь. Старая госпожа чуяла кровь не хуже хищника, а Сюэ, потеряв всякую осторожность, только подталкивала свекровь к решительным действиям.
— Госпожа, — доносился до меня ее писклявый голос, — мы не можем на это закрыть глаза! Прямо в резиденции князя Хань! Это немыслимо! Горе! Горе нашему дому!
— Лицемерная дрянь! — прошипела Мэй.
Я похлопала ее по руке, как делала мама, когда хотела меня успокоить.
— Не злись. Это только спектакль.
* * *
Сюэ-Жэнь
Наложница уже почувствовала вкус победы на губах. Дело оставалось за малым, уличить маркизу за изменой. План был прост: опоить соперницу, затащить в комнату, окуренную афродизиаками, чтобы она не могла заявить, что ее опоили, и запереть вместе со слугой.
— Это невозможно! — воскликнула госпожа Лю, но стоны, вырывающиеся из комнаты, говорили об обратном.
— Матушка, — Сюэ мягко подтолкнула свекровь к двери.
Слуга, преградивший им дорогу, растерялся. С одной стороны, подобное поведение в княжеской резиденции было недопустимо. Но с другой, он не мог допустить скандала перед банкетом.
Пока он сомневался, старая госпожа, с несвойственной для пожилых женщин силой, оттолкнула его в сторону. Сюэ тут же сориентировалась, распахнула двери комнаты. Дамы вошли внутрь. В нос ударил запах афродизиака, свечей, и плотских утех.
Слуга, опомнившись, тут же распахнул ближайшее к нему окно, чтобы аромат дурмана выветрился и не повредил знатным гостям.
А вот любовники, так были увлечены друг другом, что вторжения не заметили. Откуда-то появился пожилой евнух.
— Распутница! — закричала старая госпожа, увидев разбросанную одежду и два сплетенных друг с другом тела.
Сюэ, опьяненная триумфом, даже не заметила, что разбросанная на полу одежда, принадлежала далеко не конюху. И, что именно в таком халате Фэн-Жун покидал резиденцию сегодня утром.
— Мин-Сю! Да как ты смеешь изменять маркизу!
Сюэ закричала так громко, чтобы слышали все присутствующие. И в этот момент произошло сразу два события. Сначала она услышала голос маркизы:
— Кому я изменяю, сестра?
Вот только голос прозвучал сзади. Сюэ обернулась. Стоны в комнате стихли. Мин-Сю, в сопровождении личной служанки, стояла между маркизой Шу-Янь и евнухом. Наложница повернула голову в другую сторону и остолбенела от ужаса. На неё смотрел Фэн-Жун. Служанка по имени Цин, схватила первую попавшуюся в руки тряпку и бросилась на пол, к ногам маркизы:
— Простите! Простите, госпожа моя! Ваша служанка ничтожна! Ваша служанка ошиблась! Сохраните жизнь служанке!
Госпожа Лю с жалостью посмотрела на маркизу. У мужа госпожи Лю было четыре наложницы. И каждый раз у нее сердце разрывалось от боли, когда в дом входила новая женщина. Но даже ее супруг привел первую наложницу через два года после брачного обряда. Когда она родила наследника и укрепила положение госпожи в доме. А маркиз… Маркиз не только взял наложницу сразу после свадьбы, но и изменял жене с ее же служанкой.
Даже евнух, видевший на своем веку немало интриг, не мог понять, кто в чью ловушку сегодня попал. Старая госпожа ловила воздух ртом, словно рыба, которую выбросили на берег. Наложница маркиза побледнела словно призрак, сам маркиз не знал, что сказать. Служанка рыдала у ног госпожи.
— Это дело… — осторожно начал евнух, обращаясь к Мин-Сю, — боюсь, что замять не получится. И… я должен доложить князю. Он назначит наказание.
Слово “наказание” подействовало на маркиза и его мать мгновенно.
— Евнух Ли, прошу вас! — старая госпожа схватила представителя дома Хань за рукав.
А вот маркиз посмотрел на Мин-Сю глазами, полными безнадежной ненависти и страха. Сюэ-Жэнь просто не знала, что делать. Рухнули не только ее планы, но и хрупкая вера в то, что она останется единственной женщиной Фэн-Жуна.
— Евнух, — наконец-то произнесла Мин-Сю, — не нужно ничего докладывать князю. У него сегодня и так много хлопот.
— Госпожа, — кашлянул евнух, — вы уверены?
— Барышня Цин должна войти в дом маркиза второй наложницей, — твердо сказала Мин-Сю и пол под ногами Сюэ-Жэнь качнулся. —
