лес вокруг. — Так что со временем проблем не должно было возникнуть. Другой вопрос: как маньяк доставил сюда жертву, факелы, камни и прочее для проведения ритуала и остался незамеченным? Пока дам девяносто процентов, что это акудзин, но остальные десять надо проверить.
Глава 5
Библиотека акудзин — место для них практически сакральное. Место, где хранятся не только письменные реликвии их вида, но находится ресторан для своих, куда акудзины приходят насладиться атмосферой старины и обсудить дела, не боясь быть услышанными простыми людьми.
Людей в Библиотеку не пускали. Входные двери всегда были заперты и открывались лишь для избранных. Акудзинам, правда, двери в этом случае были не нужны. Они перемещались сразу в холл, где их встречали кованые люстры, витражные стрельчатые окна, панели темного дерева на стенах и паркет, переживший революцию и войну.
Библиотека занимала часть первого этажа и весь второй этаж старинного здания. На первом находился читальный зал с массивными столами и удобными кожаными креслами. На стенах здесь висели картины и гравюры, витражи скрывали посетителей зала от любопытных глаз прохожих, которых, впрочем, было немного — Библиотека затерялась в темных переулках центрального района города.
Марк прыгнул в холл Библиотеки из своего кабинета в Седьмом отделе и зажмурился от удовольствия. Рассеянное солнце проникало сквозь цветные витражи, бликуя на деревянных поверхностях, зеркалах и рамах картин. Редкие пылинки кружились вихревыми потоками на свету, и лишь негромкие разговоры в ресторане нарушали таинственный покой этого места.
За стойкой администратора стояла улыбчивая женщина лет пятидесяти. Инге Бруновне Томан на самом деле было много больше. Она никогда не была красоткой, но в ней была та стать и изящество, присущая сейчас не многим представительницам прекрасной половины человечества.
Ростом она была с Марка, а он вышел под метр девяносто, полнотелая, с горделивой осанкой, алебастровой кожей, черными большими глазами и носом с горбинкой. Пухлые губы всегда в красной помаде. Черные волосы подстрижены по моде тридцатых. Массивное ожерелье на шее, кольца на пальцах, сверкающие браслеты на запястьях. Фиолетовое платье с кокетливой брошкой.
Марк улыбнулся ей и подошел ближе.
— Марк Юрьевич! Рада тебя видеть! Давненько ты нас не посещал! — широко улыбнулась женщина, протягивая ему руку для поцелуя.
Марк послушно едва коснулся губами ее кожи, исполняя ритуал, на который были обречены все мужчины, сталкивающиеся с этой эффектной женщиной.
— Дела, заботы, все такое, — улыбнулся он в ответ.
— Охотно верю, — кокетливо повела плечами Инга Бруновна. — Мы все гадаем, когда вы вернетесь к науке. Наука ведь интереснее, чем ловля мелких хулиганов.
— Вы правы, только скажу по секрету, — Марк наклонился ней и заговорщицки прошептал. — Пока мне попадаются одни маньяки.
Томан открыла было рот от удивления, но спохватилась — неприлично даме открывать широко рот перед молодым мужчиной. Так что она приложила к губам руку и замерла на пару мгновений, выражая высшую степень испуга. Маньяки среди акудзин — какие нахалы!
— А вы что тут делаете? — решил вернуть женщину в обычное состояние Марк, зная, что спектакль может затянуться. — Куда делась Татьяна?
Инга Бруновна тут же расслабилась и слегка улыбнулась, глянув на Марка так, словно готова рассказать главную сплетню столетия:
— А Танечка ушла в декрет.
— О боги! — картинно закатил глаза Марк. — И кто этот негодяй?
— Ну не то, чтобы негодяй, — Томан наклонила голову, посмотрев на Марка исподлобья. — Но очень обеспеченный акудзин-девятка.
— Заинтриговали, — усмехнулся Марк, хотя ему было абсолютно плевать, куда делась девочка администратор.
— Данилов его фамилия. Вам должна быть знакома.
— Это бывший директор Седьмого отдела? — реально удивился Марк.
— Он самый, — шепотом подтвердила Инга Бруновна и добавила уже бодрее. — Замену Танечке ищем уже давно, да пока никто не идет. Вот и приходится нам по очереди стоять за стойкой.
— Сочувствую, — безразлично бросил Марк. — С вашего позволения пойду поработаю. Мне ведь можно самому брать экземпляры?
— Конечно! Тебе, Марк Юрьевич, можно все! — разрешила Инга Бруновна и кивнула в сторону двойных дверей, за которыми скрывался читальный зал.
Марк благодарно кивнул и направился к ним. Створки распахнулись без скрипа, и он очутился в святая святых каждого ученого-акудзина. Сейчас здесь никого не было, что не могло не радовать.
Три ряда больших столов с лампами, ноутбуками и канцелярскими принадлежностями стояли на ближней ко входу половине помещения. За ними начинались ряды стеллажей, а на второй этаж вела широкая резная лестница с двумя «крыльями» балюстрады.
Марк прошел к своему излюбленному месту возле стены. Над ним висела картина, которую художник прозвал «Рождение сущности». Все знали, что сущность проявляется еще у детей. Но здесь искусный мастер изобразил обнаженного молодого мужчину. Он словно летел в облаках, смотря прямо. Глаза его пылали красным демоническим огнем, а под сердцем сверкал серебристый шар сущности, что давала им способности.
Марк включил ноутбук и сразу отправился на второй этаж. Он нырнул в узкий коридор между стеллажами и неспешно побрел по лабиринту книжного царства.
Голицын вдыхал аромат бумаги, запах пыли, водил кончиками пальцев по потрепанным корешкам. Если бы за этим занятием его застукал директор Библиотеки Евгений Михайлович Таланов, то Марк точно получил бы нагоняй. Но удержаться было решительно невозможно.
Он любил это место. Оно было
