кончилось, понимаешь?! — пояснил тот громко, для единственного зрителя, коим был Серый. — А я всего три по ноль пять выпил, только во вкус вошел, больше рыбы съел, чем выпил. А цены у нее, у этой девочки на пиво знаешь какие? Я уж лучше в палатку на остановке. Проверил, же! Стоим, двадцать минут, написано! Ну и пошел, поторапливаясь конечно, но пошел.
— Так поезд с опозданием пришел, — вставил Серега с опаской поглядывая в проход, не идет ли проводница проверять пропажу.
— Ага, уже сказали, мне, ладно запрыгнул хоть в какой-то вагон! А то смотрю уже кричат отправляемся. Я думаю, как отправляемся?! Думал послышалось! А смотрю действительно складывают лестницы. Ну я бегом! — вдохновенно рассказывал мужик.
— Ой, мужчина, а можно по тише? — высунулось лицо из соседнего плацкарта, как оказалось зрителей у концерта было больше, чем один. — Совершенно не интересно слушать никому как вы за пивом ходили!
— Вот-вот и так пил весь вечер, рыбой все провонял своей, теперь орет еще! — присоединилась мгновенно какая-то бабка с еще более дальнего плацкартного купе.
— Ладно-ладно — примирительно убавил тон мужик и уже шепотом для Сереги — Вот разорались воблы старые, — и захихикал сдавленно.
— Алкашня! — донеслось откуда-то приглушенное.
Кто-то прокашлялся, где-то кто-то простонал, что-то заскрипело, упало, звякнула ложка в стакане с подстаканником, кто-то включил десятую громкость храпа, вагон был полон звуков. И конечно размеренно стучали колеса.
— Пиво в чепке на вокзале понятно то же не дешевое, но все равно дешевле чем в поезде, — все же продолжил мужик рассказывать столь удачно подвернувшемуся слушателю. — К тому же вот, — вытащил он из сетчатой сумки бутылку водки, звякнув ее об другие бутылки — Пиво без водки, как говориться. Ты как вообще, употребляешь?
— Ну только если, — показал Серега небольшое расстояние между большим и указательным пальцем.
— Хе, ну это ты силен, я предпочитаю поменьше наливать, — быстренько тот извлек парочку пластиковых стаканчиков. — Как знал, что понадобятся, — шепнул тот явно радостно предвкушая скорый прием рюмки.
Плеснул по чуть-чуть и чокнувшись выпил, занюхав буквально собственными пальцами. Серега выдохнул и то же принял внутрь «рюмку». В конце концов, поможет успокоится, решил он. Зарекался же бросить пить и курить, и вот опять. Ладно, сегодня, можно, сегодня стресс, отмазал он сам себя.
— Кхе-кхе — неожиданно закашлялся, слишком уж резкий был вкус.
— Мда, думаю паленая. — озвучил его мысли мужик.
— Кстати, Анатолий. — протянул он руку.
— Сергей. — пожал тот руку в ответ.
— Ну за знакомство тогда! — мгновенно снова налил по чуть-чуть Анатолий.
— Да, но я же…
— Ну за знакомство же?
Отказываться было неудобно, в конце концов порции были и впрямь маленькие. Серега выпил и за знакомство.
— Я предпочитаю маленькие порции, — продолжал попутчик — но наливаю я их чаще.
Сергей было отнекивался, но мужик уговорил, достав пиво в качестве запивона. Пить паленую водку мелкими порциями, запивая пивом, такое сложно выдержать и опытному алкоголику. Серега конечно был алкоголиком, вот только его новое тело не было готово принять в себя столько водки. Впрочем, они еще успели выпить и перекурить, и снова выпить, прежде чем Серега побежал в туалет чистить организм.
Далее уже ему было на все наплевать, было плохо, штормило и мутило. Он просто лег на верхнюю полку хотя бы немного передохнуть, расслабляться было нельзя, все же по пути еще много станций, проводница же не дура вспомнит что в последнем у нее только один пассажир. С тем Серега незаметно и уснул. Причем уснул очень крепко, организм просто отключил пользователя, который за один день вызвал столько стресса, сколько до этого не вызывал и за целый год.
Он уже не видел, как на следующей станции в вагон загрузились трое дембелей и что их места были как раз тут. Не слышал, как они обсуждали кто же, лежит на их месте. Не чувствовал, как его трясли что б разбудить. К счастью дембеля очень быстро нашли общий язык с Анатолием и решили немного отложить вопрос куда перенести тело с верхней полки. Дембеля выяснив где, когда и кем служил Анатолий, охотно присоединили к его половине бутылки свою и начали знакомство.
В два часа ночи по жалобам соседей проводница пыталась утихомирить последнее плацкартное купе вверенного ей вагона. В три часа устав уговаривать, устав от бесконечных жалоб и непрекращающейся пьянки, а еще более разозлившись от попытки ее потискать, вызвала сопровождающий наряд милиции. Прибывший наряд, состоящий из двух милиционеров получил решительный отпор от дембелей. Ситуацию могла бы переломить серьезная узловая станция, где реально было получить подкрепление и ссадить дебоширов с поезда. Но ближайшая такая была более чем через час.
Трезво оценив свои силы сотрудники милиции перешли к тактике убеждения отказа пассажиров от противоправных действий. Сотрудники всегда вспоминают что насилие не выход, как только им дают отпор. Дембеля выяснив что менты то же служили срочную службу, немного успокоились, вняли убеждениям быть тише и дать гражданским поспать. К тому же спиртное закончилось и все уже устали. В четыре часа утра, буйный вагон, наконец, заснул весь. Один из дембелей расположился на боковом верхнем месте. Менты сочли работу выполненной и не стали ссаживать никого на узловой станции. Считать пассажиров и разбираться кто именно и где спит уже никто не стал как минимум в этом вагоне. Проснувшийся утром Серега с удивлением понял, что он проспал почти до самой Москвы.
Никто из пьянствовавших ночью естественно не проснулся на предложения посетить туалет до санитарной зоны, а начиналась она часа за два если не за три до прибытия. Так что вся компания хотела в туалет и просила проводницу войти в положение.
— Ага, как шуметь ночью и руки распускать, так герои, а как в туалет утром так пожалуйста? — мстительно улыбнулась та.
К ней присоединился гул недовольных пассажиров, кто из-за этой компании полночи не спал. Все, кто вчера боялся ляпнуть и попасть под раздачу, теперь чувствовали, что можно высказываться безопасно.
— Ты это с какого места вообще? — спросили Сергея хмурые дембеля попутчики.
— Так с бокового, — соврал Серега.
— Ну мы так и подумали, ты вчера уснул все веселье пропустил. Не стали тебя ребята перекладывать, а
