новой жизни, но мне это плохо давалось, поэтому, иногда приступы плача всё равно происходили.
Первые изменения со мной начали происходить, когда я смог встать на четвереньки и начал ползать. Так я теперь могу обследовать дом, пока меня кто-то не ловит и не тащит обратно в комнату. На то чтобы начать ползать, мне понадобилось три с половиной месяца. Не знаю, быстро это или нет, но взрослые были в восторге. Но после появления этого навыка, за мной начали следить тщательнее.
Помимо няньки и служанок, со мной начали оставлять старших детей. Близнецы снова отправились в свою дворянскую академию, так что мной занимались по очереди Алекс, Элла и Сара. Гейл наотрез отказался. (Да блин, что не так с этим засранцем? Ну ничего, подожди ещё немного, и я лично у тебя это спрошу. Правда пока получается только издавать какие-то бессвязные звуки.) В основном, пока дети сидели со мной, они читали мне детские книжки. Судя по картинкам, они были сделаны вручную, а судя по состоянию переплёта и обложки, возможно эти книги читали ещё кому-то из моих родителей в детстве.
Элеонора к своим тестам добавила детскую физкультуру. Начала упражнения для укрепления рук и ног, в виде поднятий, разведения и прижимания к телу. Потом переворачивала и продолжала манипуляции с моими конечностями. После нескольких минут гимнастики, она начинала медленно вводить в меня свою ману, а я, используя свою, подхватывал энергию, что она мне дала и перемещал её по всему телу. Как я понял, это является простейшим упражнением для развития магических каналов. Но она никому не говорила про наши занятия, по крайней мере при мне. И каждый раз задумчиво записывала что-то на бумаге и добавляла эти записи в увесистую кожаную папку.
Следующие изменения произошли через год после моего рождения. Я уже уверенно ходил и мог говорить простыми фразами из пары-тройки слов (Мог бы и больше, но голосовым связкам тяжело было и если пытался, то горло начинало болеть). И в это время у нас в семье произошло радостное событие — очередное пополнение, на этот раз у меня появился младший брат. Его матерью была Серена. У них с отцом получился мальчуган с голубыми глазами и светлыми, почти белыми волосами. Назвали его Хьюго или Хью, если сокращённо. Как ни странно, но к нему Гейл относится лучше, чем ко мне.
И вообще, как я понял, принадлежность детей такая, от старшей жены к младшей: Серена — мать близнецов, Гейла и Хьюго; Элеонора — Алекса и Сары; Лаура — Эллы, Мари и моя. Это если я всё правильно понял. Потом спрошу точнее, но пока пусть будет так. И отношение Гейла к малышу могу объяснить только тем, что у них одна мать.
На празднике в честь рождения Хьюго всё повторилось, как и на моём. К нашему созвездию добавился ещё один кристалл жёлтого цвета, но окружён он несколькими красиво сверкающими ледяными камушками, пояском из воды и одним земляным кусочком.
В отличии от меня брат оказался обычным, шумным младенцем. Меня к нему подпускали только в сопровождении кого-то из старших. Ну и я с ним часто виделся в кабинете у Элеоноры, которая теперь занималась развитием двух детей, вместо одного.
После того, как мне исполнился год и два месяца, она потихоньку начала учить меня магии. При этом, после каждого успешного заклинания, Элеонора несколько раз проверяла мои основные показатели. А убедившись, что физически всё в порядке, вводила в меня свою ману для проверки целостности магических каналов (До сих пор не понимаю, это орган или просто такое выражение.).
Отец часто отсутствовал по различным дворянским делам. Однажды он отсутствовал целых два месяца из-за того, что на наших соседей напала большая куча каких-то монстров из пустошей, которые являются естественным буфером между нашими соседями и соседней страной. Когда отец вернулся у него было несколько уже заживающих ран и рука на перевязи. Он сразу по прибытии пришёл к Элеоноре, чтобы та его подлатала, ибо жрецы были заняты ранеными, а его раны не глубоки, и он отказался от лечения в пользу нуждающихся. В тот момент, когда он появился на пороге её лаборатории, она как раз заканчивала с Хьюго, а я сидел и внимательно наблюдал за её работой, потому что свои занятия уже закончил.
— Леон, почему ты в таком состоянии? Ты опять себя совсем не бережёшь. — не дав ему даже открыть рта недовольно проворчала Элеонора, не отвлекаясь от Хью.
— Я тоже рад тебя видеть, милая, ты как всегда вся в делах, как я погляжу. Мне подождать? — нежно и с улыбкой спросил отец.
— Нет, проходи, мы почти закончили. Только сначала хотя бы дорожную пыль с себя убери, тут всё же дети. — недовольным тоном упрекнула она его.
— Хорошо. — и он одним взмахом здоровой руки избавился от пыли на одежде и кровавых пятен на повязке второй руки. — Теперь я готов.
Закончив с очисткой, отец подошёл ко мне, схватил здоровой рукой и аккуратно обнял.
— Как же я рад вас всех видеть. Скорее бы добраться и до остальных. — почти прошептал отец.
— Пап, больно? — спросил я, показывая на перевязь.
— Не переживай, мама Эль быстро всё исправит. — ответил он и с улыбкой взъерошил волосы на моей голове.
— А я уже тоже могу! — нагло заявил я и применил к нему заклинание, которое мы назвали «целительный поток». Я тренировался. Да и Элеонора сама тайно меня учила магии.
— Ну вот, маленький негодник, взял и сюрприз испортил. — с улыбкой сказала Элеонора.
— Не испортил. Смотри! — и я, самодовольно ухмыляясь, показал на ошарашенного отца, раны которого стремительно затягивались.
— Ха, ну конечно, ты же мой маленький гений! — теперь и она погладила меня.
— Ты его учила пользоваться магией?! Но ведь ему только полтора года! Говорят, что, если это сделать слишком рано, можно повредить магические каналы и ребёнок вообще не сможет пользоваться магией! — то ли испугался, то ли возмутился отец.
— Нельзя? — я состроил грустную мину и повернулся к Элеоноре — Он говорит нельзя.
Элеонора в этот момент закончила пеленать Хьюго и положила его в стоящую неподалёку кроватку.
— Послушай, Леон, я, по-твоему, вообще ни в чём не разбираюсь? Я с года начала проверять и развивать его каналы магии. Я так делала со всем нашими детьми. Сейчас его каналы даже лучше, чем у Мари или Сары. Так что твой сын может очень многому научиться уже сейчас. Отпусти его на пол. Анти, покажи, чему мы научились. — и с
