— Весьма рад знакомству, леди, — прохрипел неуверенно и после некоторой паузы.
Ухватил мою белокожую лапку потной рукой и причмокнул слегка, не отрывая взгляда от груди. Чертовки заставили надеть корсет!
Хм… Смущена! Ему лет сорок, и он ниже меня ростом. Но этот нездоровый интерес в глазах доставляет дискомфорт.
— Миледи, доброго вам здравия и процветания, — пропел Юджин, дождавшись своей очереди, чтобы поцеловать мою руку. — Вы преобразились, довольно… весьма, весьма. И я порядком удивлен.
Улыбаюсь обоим. Сбоку подгребает толстяк Шоберт.
— Сэр Милан! Друг мой дорогой! Леди Валерия! Как вы прекрасны! — Заверещал барон.
— Самая прекрасная женщина этого бала, — пропел Юджин, поглощая меня глазами.
Отдернула руку, не давая ее Шоберту. Вышло несколько неловко. Но граф с виконтом сделали вид, что не заметили моего недовольства. Надо было еще и Юджину отказать. Но контроль был временно потерян. Слишком красив этот урод.
— Леди, — прохрипел граф, продрав горло. — Я буду рад, если вы погостите у меня сразу после бала. Вас не обременит мое приглашение?
— Хм, — недовольно крякнул Шоберт.
— Конечно, граф, — просияла так, что у Юджина в глазах сверкнула ревность, а барон подавился собственной слюной.
Я великолепна, ослепительна и холодна. А вы все будете моими рабами.
— Вы оказались неожиданно красивы, миледи, — пропел граф более уверенно и снова поцеловал мою руку, впиваясь губами так, будто в засос целует.
— О, граф, у вас такая сильная хватка, вы излучаете мужество, — пропела в ответ. — Я ощущаю в вас некую внутреннюю силу.
Рабами…
— О, миледи, — расплылся раб, не выпуская моей руки.
— Милорд, — аккуратно вмешался Юджин. — Герцог ждет.
— О! — Воскликнул граф, выпуская мою ладонь. — Надеюсь, в скором времени мы свидимся, вы прекрасны, очаровательны и волшебно притягательны. И как не тяжело расставаться с вами, к сожалению, меня ждут безотлагательные, государственные дела.
— Уверена, герцог нуждается в вашей мудрости, милорд, — выдала, граф счастливо рассмеялся. Я бы сказала даже, искренне так, как мальчишка.
Его уже Юджин чуть ли не за руку тянет. Еле оттащил от меня.
Скользнула взглядом по Шоберту. Злится и тихо ненавидит. Юджин тоже мотнул головой, мол, я все понял…
Удалились из зала. Нет, вам моего настроения не испортить. Сияю от осознания, что я самая — самая! Все бы ничего, вот только эти танцы! Снова чувствую превосходство дам, что умеют кружиться так легко и непринужденно. А я, нагулявшись, расплескав все свое очарование и посеяв раздоры где надо и где не надо, стою в сторонке с Миланом.
Присели на диван. Повышенная утомляемость беспокоит меня в последнее время. Силы быстро уходят. Чувствую себя слабой и от того беспомощной. Не оправилась толком, что тут еще сказать? Столик с большим количеством сладкого меня особо порадовал. Кусаю по чуть — чуть и скромно, наслаждаясь изумительным вкусом крема. Как давно я не кушала сладкое!
Клавдий возник, словно гром среди ясного неба под ручку со своей бабушкой!
В этом и сомнений не осталось, когда по гостям прокатились соответствующие фразы и всеобщий трепет. Дама в красном роскошном платье, усеянном рубинами и бриллиантами, пышностью, как два моих, в преклонном возрасте со стальным брезгливым видом встретила всеобщий реверанс. Милан спасительно поднял и меня с дивана, мы тоже выразили поспешное почтение.
Они направились к нам уверенной походкой. А за ними два десятка мужчин в однообразных камзолах! А у меня в груди холодеет! А еще я увидела трех вчерашних сплетниц! Мордахи надменные, идут, будто никого не замечая. Фрейлины несчастные.
— Баронесса Валерия Балейская, — присела вновь, представляясь герцогине и уводя взгляд в сторону от такого прожигающего взора.
— Баронет Милан Релесский, здравия вам, о прекраснейшая из женщин, — произнес мой друг с выражением и поддельной искренностью.
Герцогиня даже не отреагировала на комплимент. А он потянулся целовать руку, которая состояла из один только украшений невиданной красоты. Заметила и браслет, что выбирала в ювелирке гнома с Клавдием.
— Как вам наше мероприятие? — Произнесла мягким и в тоже время властным голосом герцогиня, ее сдержанная улыбка вызывала еще больше опасений.
— Красота и величие поражают, ваше превосходительство, — пропел Милан.
Удивилась его уверенности в голосе. Герцогиня нахмурилась, от чего у меня сбилось дыхание. Поражаюсь себе. Как так можно робеть от какой — то бабульки?!
Она посмотрела на меня с приподнятой бровью.
— Все на высоте, ваше превосходительство, — выдала я жалким голоском.
Герцогиня вздернула вторую бровь. Глаза голубые прошлись сверху вниз по моей фигуре.
— Леди Валерия, — произнесла вдруг надменно. — Увидела в тебе приятную и миловидную деву. Сын настоял на том. Я желаю видеть тебя среди своих фрейлин. Отдыхай пока. А после бала представишься управляющему дворца.
Сглотнула. Слова возражения истончились, и вышел просто беспомощный выдох. Парочка развернулась, не дождавшись ответа. Я заметила победный взгляд Клавдия. Он рассчитывает заполучить меня, когда буду при его бабушке?!
Покинули зал в другом направлении вместе со всем хвостом сопровождения. Напряжение гостей тут же схлынуло.
— Это хорошая перспектива, — прокомментировал Милан, усаживаясь обратно. — Остаться при дворе. Поздравляю.
Повернулась к нему раздосадованная.
— Вы этого и добивались? — Рычу.
— Что вы! — Воскликнул Милан, снова поднимаясь. — Дело в том, что ваш потенциальный сюзерен отказал в поддержке в первый же день бала он выразил это. Граф Арлен против вас, как и его вассалы в лице виконта Юджина и барона Шоберта. И не думайте, что очаровали их и подвигли тем на благородство. Вы будете постельной игрушкой без каких — либо прав, если опрометчиво согласитесь отправиться в замок графа. Он вас не выпустит, будьте уверены. А все потому, что мы с вами пнули под зад самого графа Теодора, а он личность влиятельная при дворе. Тем не менее все вышло на много лучше. Вас представил бабушке старший сын герцога, вы замечены, у вас теперь есть покровитель.
— Постельной игрушкой я буду и здесь, — фыркаю и устремляюсь в сторону арки с лестницей.
— Миледи? — Он следом.
— Не ходите за мной! — Рыкнула, отмахиваясь. Заметила, что ближайшие мужчины уже готовы ринуться в бой, дабы защитить меня от навязчивого поклонника.
Милан не стал настаивать, встал, как столб, рассматривая меня сзади. А я, оглянувшись, поспешила на балкон, кусая губы от негодования.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
