дарил мне огромное наслаждение и ощущение целостности, которое не хотелось терять.
Выбросив это из головы, я встряхнулся и почувствовал… ясность. Энергетическая система, еще недавно ноющая от перегрузок после боя и успокоения Мико, сияла чистотой и мощью. Хотелось вскочить и рваться в бой, тело казалось отдохнувшим и готовым к любым подвигам. А еще казалось, что энергия получила какую-то фундаментальность и густоту…
Ощущение было таким, будто я прошел половину пути до укрепления ядра (4.3) за одну ночь! Ядро пульсировало с невиданной плотностью и глубиной, его границы стали ощущаться четче и прочнее. Оно неоспоримо вступило на путь укрепления, пусть до полного перехода могло оставаться еще время и усилия. Родословные — это мощь, конечно…
Я осторожно повернул голову. Мико тоже открыла глаза. На щеках горел яркий румянец. Дыхание ее было частым. Она посмотрела на меня… и быстро отвела взгляд, смущенно пряча глаза.
— Керо… — тихо сказала она, — Это… это было… Что это было?
Я осмотрел ее энергосистему внутренним взором — я видел все ясно, как никогда прежде. Куда там чай, он и на пятую часть не так эффективно работал… Ядро Феникса горело чистым, ровным золотым пламенем. С такими же прожилками, как у меня, — но теперь белыми. Ян дракона дал спокойствие её пламени, и оно больше не казалось буйным.
— Кажется, парная культивация… — сказал я, — Но… Она началась сама собой. Я всего лишь хотел успокоить тебя, начался выброс силы, как на площади…
Вдруг я вспомнил мимолетный образ из далекого прошлого — гобелен во дворце Каледа, огненный Феникс и ледяной Дракон, инь и ян. Но моя сила не была ледяной. Однако баланс… Баланс был тот же. Инь Порядка и Ян Свободы.
Она кивнула, не поднимая глаз. Рука ее, лежавшая на песке рядом с моей, слегка дрожала. От избытка энергии? Или от чего-то еще?
— Эта культивация, она меня… — она запнулась, касаясь пальцами груди, где горело ядро. — Успокоила. Пламя слушается… как никогда. Но… — Ее глаза растерянно встретились с моими. — Внутри… горит по-новому. Тихо, но… очень сильно. И это… это странно.
В её словах совершенно точно не было подтекста, и говорила она про энергию. Но, черт, эти ощущения неги после культивации… Я невольно понял, что смотрю на ее губы. На капельку пота, скатившуюся по шее.
С силой одернув себя, я перевел взгляд на крота, лежавшего у её ног. Тот, словно почувствовал мое внимание, издал что-то вроде чиха, и от него повалил бело-золотисто-алый пар. Зацепило его культивацией, что ли?
— А чой-та вы тут делаете? — издалека раздался голос Хаггарда, — Пламя на полнеба полыхает! Людям спать не даете!
Мико резко встала.
— Мне… мне нужно воды, — пробормотала она, не глядя на меня, и почти побежала прочь.
Я остался сидеть, глядя ей вслед, ощущая странное послевкусие от водоворота энергий и еще более странное тепло, разливающееся по телу. В голове крутились обрывки: треск разрушающейся Гробницы из сна… ниточка энергии… золото и белое сияние… и ее смущенный взгляд. Снова гробница, ключ, разрушение… Стоп.
Хаггард подошел ближе, открыл рот, чтобы что-то сказать, судя по лицу, явно насмешливое. Мой взгляд зацепился за амулет — ключ от его пространственного браслета.
В голове с хрустом кусочки пазла вставали на место. Всю негу сдуло, а я схватился руками за голову — ну как можно быть таким кретином?..
Глава 84
Как можно столько времени не обращать внимание на то, что было прямо под носом? Амулет Хаггарда, сделанный моими руками для его же браслета, — это тот же самый ключ, как и клинок для гробницы. Тут шесть рун — там сорок четыре, и что? Разница лишь в размере, но не в принципе. И ирония в том, что мой браслет совсем не требовал ключа — он открывался по желанию моей воли. Потренировавшись, я и гробницу без ключа открою, блин…
Как-то неудобно стало и перед Хельдой, и перед кротом, который весь свой жирок растерял.
Однако, забив на смущение, разум продолжал работать. После первого осознания, второе не заставило долго ждать. Я подошел к Хаггарду и снял с него, онемевшего от моей наглости, амулет и браслет. Открыл. Закрыл. Снова открыл. Закрыл. Механизм был до смешного простым. Элегантным. Ключ размыкает контур, создавая микроскопическую брешь в защите. В этот миг браслет открывается. Закрываешь — ключ замыкает контур обратно, но уже через себя, как через временную заглушку. Энергетические затраты минимальны, потому что в браслете нет избыточного давления, нет океана силы, жаждущей вырваться наружу.
А гробница… Гробница была как чудовищно раздутый воздушный шар из сверхпрочной внутри, но уязвимой снаружи материи. Микросекунда разрыва контура под напором такого чудовищного давления — и бабах! Не гробница откроется, а ее разнесет вдребезги, как и предупреждал мой сон. Ключ был создан для другого времени — когда давление внутри было в норме, сотни лет назад, когда гробница должна была открыться впервые. Безымянный не мог предвидеть, что она прослужит так долго и накопит столько силы. Либо… просчитался.
Какая ирония… Получалось, что нападение Ли и последовавшая за ним кровавая баня, как ни цинично это звучало, спасли нас от катастрофы. А внезапно проснувшееся благоразумие Хельды, отложившей открытие гробницы ради зачистки угрозы… О, боги. Как ей теперь сказать, что открытие снова откладывается? Что ее главная цель, ради которой она терпела мои задержки и эксперименты, все еще недостижима? Что нужно искать способ стравить излишки энергии этого титанического артефакта, прежде чем даже думать о том, чтобы вставить ключ? Или… рискнуть замкнуть контур гробницы напрямую на себя? Открыть его без ключа? Мысль о том, чтобы попытаться стать живым шлюзом для этого энергетического цунами, заставила меня поежиться. Крайний случай. Очень, очень крайний.
— Керо, ты в порядке? — ворвался в мои мысли Хаггард, тревожно переводивший взгляд с меня на браслет с амулетом, которые я с него снял. — Не заболел? Я не специально вас прервал, действительно полыхало. Испугался, как бы вы лес не спалили. И… это…Не надо ничего уничтожать, там внутри много моих… вложений, — странно замялся на последних словах бородач, словно что-то скрывал.
Я продолжал буравить взглядом Хаггарда, но на самом деле смотрел сквозь него. Мысль настойчиво поглощала меня, заставляя её думать. Разогнанный мозг лихорадочно искал аналогии, решения, тупики.
— Нет, парень, серьезно, это всего лишь пробник, — засуетился Хаггард, видя мою неадекватную
