шаг впереди по восприятию и распознаванию скрытых эмоций. Сумел рассмотреть в ней тщательно скрываемые скелеты в шкафу.
— Тебе своей мало? Какого хера от моей надо? Махнуться хочешь?
Ну, ничего лучше услышать я не ожидал. Понятно всё с этим кадром. Слился маменькин сынок довольно быстро к своим тридцати годам. А все из-за того что она его задницу постоянно прикрывала. Неужели Ева ему под стать? Обычно говорят, что муж и жена одна сатана.
— Одной мало, вторую решил приобрести. Как тебе такой вариант? — хмыкаю брезгливо.
— Обмен предложить могу. Твоя, ходят слухи тоже зачётная телка. Еще и детей рожает, вообще сказка, доступная не каждому, — плечи опустил, пнул ногой воздух, отчего стал выглядеть совсем жалко.
— Ща ебальник разобью, и жрать полгода только через трубку будешь. Мать в курсе карточных долгов?
Я уже не играю, достаточно прелюдии. Будем толковать по-взрослому.
— Побежишь рассказывать мамочке, что у меня долги? — кривит лицо и хватается за голову. — Не в курсе. Только я и Ева, и не надо лезть в это, Сагалов. Это блядь ваще не твоё дело!
— Чтобы мама сделала тебе игриво атата и простила через два часа? Карпов, у тебя два часа на то, чтобы лично решить вопрос с Немцовым, иначе я в гневе не контролирую свои поступки, и тебе лучше не знать, как я мщу врагам.
Я удивительно спокойно произнес эти слова, потому что даже презирать его лень. Это не мужик.
— Я уже всё решил. Ева отрабатывает мои долги. С ней я разберусь сам, без твоей помощи. С каких херов тебя так интересует моя жена? Глаз положил? В очередь станешь?
Мой кулак сработал быстрее, чем мозг. Эта мразь упала к моим ногам и взвыла.
— Следующий удар по почкам, остаток жизни будешь с мамашей на таблетки работать. Набрал Немцова и договорился о встрече и выкупе.
— Не буду, хоть убей. Карточный долг это карточный долг! Пусть отрабатывает.
Носок моего кроссовка впечатался ему в живот.
— Повторим? — приседаю рядом и хватаю его волосы и рявкаю, — никто даже не знает, где ты. Рискнёшь связаться с нами? Это я ещё добрый, а если подключу товарищей, куски твоей туши будут разбросаны по лесу, и волки сожрут твои кости. А ты в долгах, как в шелках, так что полицаи заебутся искать всех потенциальных киллеров на твою душу.
— Позвоню Немцову, и он меня по лесу раскидает! Какая разница, кто из вас меня убьет? Хочешь выебать Еву — стань в очередь, все, что я могу сказать, Сагалов, — выплевывает, схватившись за бок, а потом его рвет рядом с моими ногами.
— Понятно все с тобой, Карпов. Ну что же, надеюсь, ваш бизнес выдержит неожиданный штурм. Поверь, я найду людей, которые с землёй сравняют все то, что построил твой отец, а поднимала мать.
Иду к выходу. Достаточно пустых разговоров. С Немцовым буду говорить я. Эта шваль боится за свою жопу, кишка тонка решать вопросы по-мужски.
У меня в кармане раздался звонок. Ну, конечно же.
— Поезжай домой, Сага, к Стасе и детям. С Немцовым я сам разберусь.
Хуевый из меня друг. И это меня бесит.
— Этого помиловать или казнить? — бросаю взбешённый взгляд на Карпова.
Отличная груша для выхода моей злости. Давно я не чувствовал такой потребности в крови.
— Держи в клетке. С ним я позже разберусь сам, — и в этих словах звучит такая же жажда крови, как в моих.
7 глава
Гурам
Меня среди ночи будит звонок. Удивлясь, особенно увидев, кто звонит. Федор. Странно. Что-то приключилось у Сагаловых? Неужели малютка совсем сдала? Пацаны у меня, и давно спят.
— Что случилось? — спрашиваю, тут же разогнав сон.
— Едем к вам с Анастасией Викторовной, ждите.
— Еще раз, Федор, что случилось? — сон как рукой сдуло. Моментом просто.
— Все на месте. Анастасия Викторовна сама расскажет.
Остальные полчаса их пути как на иголках. Что случилось? Мирное небо над их домом царило с тех пор, как они его построили. Каждый кирпич с любовью, вместе, наконец свое собственное гнездышко с нуля. Такое, как им обоим нравится. Хотя, конечно, Сага больше прогибался под мнение Стаси, которая всегда считалась с ним. Безукоризненно вежливая.
Заглянул к пацанам. Безмятежно спят. Таир, по привычке с младенчества, на животе. Илюха развалившись, как царь, на всю кровать. Каждый раз, когда смотрю на пацанов, думаю, кто все же больше похож на Сагу. Оба копия отца. Но Илюха, более спокойный, все же, наверное, больше папкин сын. Он спокойнее, чем батя, но такой же царь по натуре своей. А Таир — боец. Как Стася. Хоть и бешенный в моего дружбана. Забавные они парниши. Себе таких хочу. И давно пора. Но... слишком много но.
Я моментально хмурюсь, когда Стася появляется в кухне с автолюлькой.
— Сага?.. — мои глаза округляются от ужаса.
— В порядке, поехал по делам. Гур, серьезный разговор. Сфокусируйся, как только ты умеешь, и выслушай меня.
Стася ставит автолюльку, в которой миролюбиво спит Аля, на стол, и поворачивает ко мне.
— Голоса только не повышай.
— Да понял, не тупой.
— Ты захочешь, — предостерегает меня, и я даже не представляю, что ждет меня в ближайшие минуты.
— Ева в беде. Ты был прав. Мы с Ильей зря не прислушались вовремя.
Далее настали минуты моего личного ада. Когда я услышал, что произошло, всё внутри похолодело. И умерло. Какого хуя я тормозил, слушал их, а не действовал, когда чувствовал, что нужно? Уебан.
— Немцов. Общались, помню, примерный образ имею. Чувак явно дамский угодник и коллекционер. Он подкатывал ко мне, пока моя беременность не стала очевидной. Только тогда переключился на другую жертву. Но, опять же, исходя из моего опыта, он не давит. Готов выжидать, пока дама сама не поплывет в его объятия. Это дает мне призрачную надежду на то, что Еву сегодня ночью не обидят.
— Мне нужно сделать пару звонков, — с трудом обретаю способность говорить.
А вот далее мозг работает очень живо. Пара звонков, и я знаю, что Ева уже легла спать, Немцов уехал догоняться к любовнице, и все относительно спокойно в данный момент там.
— Сука, — выдыхаю, опираясь локтями на стол.
— Это точно будет первым словом моей дочери, — выдыхает негромко Стася, погладив пальчики спящей Али.
— Прости.
За последние минуты я, кажется, повторил это миллион раз.
— Это ты прости. Ты говорил. И в тот момент, когда мы должны были услышать тебя, мы обратно нырнули в свои травмы. А ведь долг платежом красен.
— Это
