— Мисс Парнелл! — Иден снова протянул ей руки, стиснул ее маленькие ладошки. — Я умоляю вас передумать! Вы даже не представляете, с чем вам придется столкнуться, когда вы переступите порог своего дома. И виной всему я! Выходите за меня. Обещаю вам, я не буду суровым мужем. Я стану относиться к вам со всем уважением и любовью. Прощу вас, выходите за меня! Разрешите мне взять вас под свою защиту!
Его слова тронули Александру до глубины души.
— Спасибо, — произнесла она. — От всего сердца благодарю вас. Но я должна выйти за его сиятельство герцога Петерлея. Договоренность эта заключена меж нами давно, я тогда еще была совсем ребенком. А теперь мне пора, милорд. Отец будет сердиться, если я ослушаюсь.
Сама того не замечая, она пожала в ответ его пальцы и выскочила из комнаты, не дав ему шанса продолжить свои настоятельные просьбы. Девушка побежала наверх, в гостиную своей матери, благодаря Бога за то, что этот унизительный инцидент наконец-то исчерпан.
Лорд Эмберли сидел в покоях миссис Борден и слушал ее. Или, лучше сказать, делал вид, что слушает. Она рассказывала ему о сборнике стихов, который ее последняя протеже презентовала накануне вечером. Он улыбался, кивал головой, не сводил с нее глаз, но в то же время никак не мог сосредоточиться на ее словах.
— Как странно, что ты пришел ко мне днем, Эмберли, — неожиданно сказала она, прервав свой рассказ на полуслове.
— Что? — переспросил он. — О да, наверное. Ты против, Юнис? Я отрываю тебя от какого-нибудь важного дела?
— Вовсе нет, — заверила она его. — Я хотела почитать, но с удовольствием заменю книгу разговором с тобой. Что-то случилось?
Лорд Эмберли покачал головой и улыбнулся:
— Нет, ничего не случилось, просто мне захотелось побеседовать со здравомыслящим человеком.
Миссис Борден внимательно посмотрела на него.
— Если хочешь, мы можем перебраться в спальню. День не слишком подходящее время для подобного рода занятий, но это не имеет особого значения, если тебе это действительно нужно.
— Тебе будет неловко заниматься любовью при свете дня, Юнис? — спросил он, усердно растягивая губы в улыбке.
— Думаю, да, — откровенно призналась она. — Хотя в конце концов какая разница, когда это происходит, днем ли, в темноте ли. Глупо стесняться. Пошли, Эмберли, я вижу, тебе этого хочется.
Он поднялся на ноги и виновато взглянул на нее.
— Ты очень добра ко мне, Юнис. Читаешь меня словно открытую книгу, так ведь?
— Я прекрасно вижу: тебя что-то беспокоит, и я нужна тебе. Может, потом мы сможем обсудить это. Но если только ты захочешь. Я не собираюсь совать нос в твои дела.
Вскоре Лорд Эмберли убедился, что на деле она оказалась так же хороша, как и на словах. Если Юнис и было неловко, она ничем не выдала своего стеснения, позволив ему насладиться постельными утехами гораздо дольше обычного, а затем провалиться в благословенное небытие. Проснувшись, он увидел, что она лежит в привычной позе — на спине, ноги сомкнуты и вытянуты, руки сложены на одеяле, глаза открыты. На мгновение он ощутил укол раскаяния за то, что не мог дать ей наслаждения. Но похоже, она не искала услады, и когда однажды он попытался приласкать ее, открыто заявила, что в этом нет никакой необходимости.
Он высвободил руку и провел согнутым пальцем по ее щеке.
— Спасибо, Юнис.
— Я всегда рада доставить тебе удовольствие.
— Ты слышала о скандале?
— Нет. Я редко встречаюсь с людьми за пределами своего салона, Эмберли, и, честно говоря, не слишком интересуюсь досужими сплетнями. В любом случае по большей части это всего лишь пустая болтовня.
— Боюсь, на этот раз дело обстоит иначе, — вздохнул лорд Эмберли. — Два дня назад Доминик вбил себе в голову, что должен похитить Мадлен с бала, чтобы не дать ей тайно сбежать с любовником. Она, кстати, давно его этим дразнила. Доминик уговорил парочку своих дружков привезти ее ко мне домой, привязать к столбику кровати, чтобы она никуда не сбежала, и заткнуть рот кляпом, чтобы слуг не перебудила. План их удался на славу за исключением одной маленькой детали — этот фокус они проделали вовсе не с Мадлен.
— Обо всем остальном нетрудно догадаться, — остановила его Юнис. — Репутация девушки погибла безвозвратно, и теперь на ней надо жениться. Лорд Иден слишком молод, чтобы взвалить на себя такую ответственность, так что остаешься только ты. Ничего другого я от тебя и не ждала, Эмберли. Какие-то проблемы с девушкой?
— Она отвергла меня. И Доминика тоже.
— Значит, она плохо знает Лондон и высший свет, — сказала миссис Борден, — или очень сильна духом. Она еще не поняла, что с ней случится?
— Скоро поймет. Скандал разразился только вчера, один из моих новых лакеев проболтался.
— В таком случае тебе нужно вернуться к ней и повторить свое предложение, — твердо промолвила Юнис.
Лорд Эмберли перекатился на бок и приподнялся на локте.
— Боюсь, что так, Юнис.
— Принять решение — дело трудное, Эмберли. Но когда оно принято, становится гораздо легче. Ты сделал правильный выбор. Хочешь, чтобы я поддержала тебя? Ты ведь для этого пришел? Ты прав. Даже не сомневайся.
— О да, я и сам это знаю, Юнис. — На губах его снова появилась натянутая улыбка. — Но я хотел жениться на тебе, дорогая.
— Тебе это только кажется, Эмберли. Просто тебе уютно со мной и мы хорошие друзья. Но одной дружбы для брака недостаточно. По крайней мере для тебя. Тебе нужно намного больше. Тебе нужна страсть, а со мной ты ее не получишь. Я могу дать лишь уют и дружбу. Мы друг для друга всего-навсего эпизод, не более того. Рано или поздно наши отношения все равно исчерпали бы себя и подошли к концу. Это даже хорошо, что мы расстаемся сейчас, на пике нашей взаимной симпатии.
— Я буду скучать по тебе. Насколько я понимаю, ты считаешь, что наша связь должна завершиться, если я решу жениться на мисс Парнелл.
— Конечно, — без тени сомнения произнесла Юнис. — Я слишком хорошо знаю тебя, Эмберли, — ты не станешь изменять своей жене. И ты слишком хорошо изучил меня, чтобы уяснить — я не буду принимать у себя чужого мужа. Терзаться чувством вины по поводу сегодняшнего дня не стоит. Ты пока еще не помолвлен, да и я не знала о твоих обязательствах. Но теперь все, конец. Тебе не стоит больше сюда возвращаться.
— Не стоит. — Лорд Эмберли криво усмехнулся.
— Скажи мне кое-что… Ты сможешь создать нормальную семью, Эмберли? Найдешь ли ты в мисс Парнелл желанную страсть?
— Это вряд ли. Но семью я создать постараюсь, Юнис. Я в долгу перед этой девушкой. Ее не в чем упрекнуть. Она — невинная жертва. Придется стать ей хорошим мужем. Она собиралась замуж за Петерлея.
