— В таком случае ей очень повезло, — усмехнулась миссис Борден. — Петерлей — лишенный чувства юмора эгоист. Ни одна женщина не может стать счастливой рядом с ним. Я бы сказала, что этот скандал разразился очень кстати.
— Спасибо тебе, Юнис. — Лорд Эмберли искренне улыбнулся. — Мне пора одеваться и уходить. Нужно найти мисс Парнелл сегодня же вечером. Если у нее хватит духу или глупости выйти в свет, она скорее всего отправится к леди Шарп или на раут к Хиггинсам. Если же она прислушается к голосу разума, то непременно останется дома, и тогда я навещу ее завтра.
Лорд Эмберли наклонился над Юнис и поцеловал ее в щеку, не в силах понять, расстроена ли она его уходом или, наоборот, вздохнула с облегчением, поскольку теперь ей не нужно будет оказывать ему услугу, которой она сама не способна насладиться.
Леди Мадлен Рейн от всей души развлекалась на званом ужине у леди Шарп. Она с удивлением обнаружила, что быть двадцати двух лет от роду и при этом не помолвленной и не замужем — просто здорово. Она боялась, что в этом году ее сочтут слишком старой и ей не удастся ни обзавестись подружками, ни привлечь к себе воздыхателей, в которых у нее никогда не было недостатка. Девушка всерьез опасалась, как бы к ней не прилип ярлык старой девы.
Но опасалась напрасно. Молоденькие девчонки постоянно вертелись вокруг нее и копировали ее наряды, а джентльмены находили ее не менее привлекательной, несмотря на годы. Даже больше, они непрестанно соперничали друг с другом из-за нее. Вот и теперь трое молодых людей вертелись вокруг нее и леди Памелы Пейсли.
Один из них — сэр Дерек Пейнтон, шикарный блондин огромного роста, с которым, как ни странно, Мадлен раньше никогда не встречалась, хотя он был примерно одного возраста с Эдмундом. В настоящий момент Дерек безраздельно владел сердцем Мадлен. Она дважды танцевала с ним на балу у леди Истон, а вчера днем позволила вывезти себя на прогулку в парк. Нынешним утром она повстречала его на Бонд-стрит, он дотронулся рукой до шляпы и поклонился ей, и она соизволила кивнуть ему в ответ и одарила счастливчика своей неподражаемой улыбкой.
Девушка надеялась, что к ней наконец-то пришла настоящая любовь. Поэтому-то она и решила совсем неплохо провести пять сезонов кряду, не будучи связанной никакими обязательствами, в то время как девушки, с которыми она начинала выезжать в свет, превратились в матрон, а некоторые из них уже успели обзавестись детьми. И все же ее снедала извечная тоска женщины по сильному мужскому плечу. Ей хотелось замуж.
Проблема состояла в том, что она также мечтала о большой и светлой любви. Но она постоянно влюблялась не в тех мужчин, а когда начинала было верить, что ее посетила пламенная страсть, тут же разочаровывалась в своем избраннике. В начале сезона она была влюблена в сэра Хедли Фэрхейвена, а теперь сама не понимала, как такое вообще могло случиться. Человек этот явно принадлежал к разряду охотников за богатыми невестами. Наверное, она выдумала эту любовь, лишь бы отстоять свою независимость в глазах Доминика, который хмурился всякий раз, стоило ей пойти потанцевать с сэром Хедли.
Слава Богу, у Эдмунда хватало ума не вмешиваться в ее дела, по крайней мере открыто. Он давно уже заявил, что она сама вольна выбирать себе мужа, если, конечно, выбор будет достойным. Эта оговорка на деле оказалась гораздо важнее, чем представлялось на первый взгляд. Мадлен обвинила брата в том, что он пошел на попятную в своих обещаниях, когда тот обнаружил записку от лейтенанта Харриса с подробными разъяснениями плана их предстоящего побега, и заявил, что у нее ничего не выйдет и он ни за что на свете не допустит этого брака, даже если ему придется запереть ее на год в спальне.
Но Мадлен уже давным-давно поняла, что в тот раз брат оказался прав. Вряд ли она была бы счастлива, всю жизнь таскаясь за барабаном, да и вечная любовь к известному игроку в карты с сомнительной репутацией человека, который может перепить любого из своих товарищей, вскоре наверняка растаяла бы словно дым. Ее привлекала в нем лишь военная форма да еще бесшабашная храбрость.
Но назвать сэра Дерека неподходящей партией не смогли бы ни Эдмунд, ни Доминик, которому вообще трудно угодить в том, что касается ее кавалеров. Сэр Дерек элегантен, богат, очарователен и до безумия хорош собой. Ей ужасно хотелось полюбить его. Она всей душой желала выйти замуж и устроить свою жизнь, а заполучить такого мужа, как он, — предел мечтаний.
Мадлен пробежала глазами по лицам собравшихся, довольная тем, как складывается этот вечер. Она болтала со всеми подряд, улыбалась своим собеседникам и в то же время обменивалась особыми взглядами с сэром Дереком — девушка была убеждена, что он тоже неравнодушен к ней.
И еще ее не покидала одна мысль: интересно, здесь ли мисс Парнелл, а если нет, то собирается ли она появиться? Трудно отыскать в толпе человека, которого ни разу не видела. И спросить о ней она тоже никого не могла. Любой сразу же догадается о причине ее любопытства. Скорее всего мисс Парнелл не появится. Даже если она и собиралась на этот вечер, разразившийся скандал наверняка изменит ее планы.
Но отчего-то Мадлен не переставала надеяться на то, что мисс Парнелл приедет и ей удастся выделить девушку из толпы. И надежды ее были не такими уж иллюзорными. Если девушка отважится появиться в свете, она узнает ее по реакции окружающих. Мадлен ужасно хотелось посмотреть на нее и убедиться своими собственными глазами, какой участи чудом избежали ее братья Доминик и Эдмунд.
Мадлен до сих пор не могла поверить, что мисс Парнелл отказала обоим. В сложившихся обстоятельствах ей не оставалось ничего, кроме как выбрать одного из них. И вообще — сказать «нет» обоим ее братьям!.. Самым элегантным и привлекательным мужчинам столицы! Поначалу Мадлен была благодарна мисс Парнелл за то, что та освободила их от обязательств, девушка даже начинала ей нравиться. И только позже она вдруг поняла, что братьям ее дали от ворот поворот, и обиделась: ведь они поступили благородно и были готовы пожертвовать собственным счастьем ради того, чтобы спасти доброе имя мисс Парнелл.
Мадлен стояла все в том же кругу, но переместилась поближе к сэру Дереку Пейнтону и вела с ним приватный разговор, когда к ним присоединилась Мейзи Бейнз.
— Добрый вечер, леди Мадлен, леди Памела, — поздоровалась она и помахала веером в сторону мужчин. — Вот уж не подумала бы, что у нее хватит наглости!
Мистер Шелдон заглянул через плечо Мадлен и поднес к глазам монокль.
— Никто не думал, что у нее достанет храбрости, — сказал он таким тоном, что щеки мисс Бейнз тут же вспыхнули.
