– Развестись? – спросила она. – Конечно, после.
– После… суда?
– Да.
– Беда маленького городка, – произнёс он, – в том, что все знают о твоих делах, даже те, кому этого знать не следует.
– Довольно запутанная ситуация, – заметила она.
Они молча стояли, обнявшись, и Фурлоу подумал о непонятном давлении, мысленно проконтролировал своя ощущения, подобно тому, как языком пробуют больной зуб. Да, оно все ещё ощущается. Сильное беспокойство овладело им.
– Я все думаю о моей матери, – сказала Рут.
– Что?
– Она тоже любила отца.
В животе у него резко похолодело. Он хотел заговорить, но не издал ни звука, в то время, как глаза его заметили движение в оранжевом отсвете облаков прямо перед ним. Объект выплыл из облаков и остановился в воздухе в сотне ярдов от них, чуть выше уровня площадки резервуара. Фурлоу разобрал очертания объекта на фоне подсвеченных облаков – четыре мерцающих цилиндрических ноги под зелёным фосфоресцирующим куполом. Радужный световой круг выходил из основания каждой ноги.
– Энди! Ты делаешь мне больно!
Он понял, что в шоке стиснул её тело руками. Медленно, он ослабил своё объятие.
– Повернись, – прошептал он. – Скажи мне, что ты видишь там, на фоне облаков.
Она взглянула на него, нахмурив брови, и повернулась, всматриваясь в небо над городом.
– Где?
– Немного выше нас, прямо на фоне облаков.
– Ничего не вижу.
Объект поднесло ветром поближе. Фурлоу мог уже различить фигуры внутри зелёного купола. Они двигались в тусклом зеленоватом свете. Радужный отсвет под цилиндрическими ногами предмета стал ослабевать.
– Что ты там увидел? – спросила Рут. Он почувствовал, как она задрожала.
– Вон там, – сказал он, указывая на облака. – Смотри, вон там.
Она напряжённо всматривалась по направлению его руки.
– Ничего, кроме облаков.
Он снял свои очки:
– Вот. Посмотри через них.
Даже без очков Фурлоу мог различать контуры предмета. Они приближались к вершине горы – ближе-ближе.
Рут надела очки, посмотрела в указанном направлении.
– Я… какое-то тёмное пятно, – сказала она. – Похоже на… дым или облако… или… насекомых. Это стая насекомых?
Во рту у Фурлоу пересохло. Он забрал очки, посмотрел на медленно приближающийся объект. Внутри него были отчётливо различимы силуэты. Он насчитал пять фигур, огромные сверкающие глаза каждого из них смотрели на него.
– Энди! Ну а что же ты видишь?
– Ты решишь, что я псих.
– Ну, что это?
Он глубоко вздохнул и описал объект.
– Там пять человек?
– Может быть, они и люди, но очень маленького роста. Похоже, не больше трех футов.
– Энди, ты пугаешь меня. Зачем ты меня пугаешь?
– Я сам напуган.
Она плотнее прильнула к нему.
– Ты уверен, что видишь этих… этот… Я ничего не могу разглядеть.
– Я вижу их также отчётливо, как вижу тебя. Если это иллюзия, то это удивительно реальная иллюзия.
Радужное сияние под трубчатыми ногами приобрело тусклый голубей оттенок. Объект опускался ниже, ниже и наконец замер не более, чем в пятнадцати ярдах на одном уровне с ними.
– Может быть, это новый вид вертолёта, – сказала Рут. – Или… Энди, я все ещё не могу его разглядеть.
– Опиши, что ты видишь… – Он показал рукой: – Вот здесь.
– Небольшое туманное облачко. Похоже, сейчас опять пойдёт дождь.
– Они работают с какой-то квадратной машиной. У неё спереди есть что-то похожее на небольшую антенну. Эта антенна светится. Они направляют её на нас.
– Энди, мне страшно.
Её трясло.
– Я думаю, нам лучше убираться отсюда, – произнёс Фурлоу. Он приказал себе идти, но обнаружил, что не может двинуться с места.
– Я… не могу двигаться, – прошептала Рут.
Он слышал, как стучат её зубы, но и его тело застыло, словно отвердевший цемент.
– Энди, я не могу двигаться! – В её голосе слышались истерические нотки. – Оно ещё здесь?
– Они направили на нас какие-то приборы, – выговорил он, с трудом шевеля губами. Ему показалось, что его голос донёсся откуда-то издалека, что говорит кто-то другой. – Они делают что-то с нами. Ты уверена, что ничего не видишь?
– Ничего, только маленькое облачко, ничего больше.
Фурлоу вдруг понял, что она просто упрямится. Каждый смог бы разглядеть предмет перед своим носом! Растущий гнев захлестнул его. Почему она не признается, что видит их? Прямо перед ней! Он уже ненавидел её за упрямство. Отметил, что стал злиться. Глупо. Он начал анализировать свою реакцию.
“Как я мог почувствовать ненависть к Рут? Ведь я люблю её”. Эта мысль будто освободила его, он обнаружил, что может двигать ногами. Он начал пятиться, волоча за собой Рут. Она была тяжёлой, неподвижной массой. Её ноги скребли по гравию на поверхности резервуара.
Его движение вызвало переполох среди существ в зелёном куполе. Они засуетились вокруг своей квадратной машины. Фурлоу вдруг почувствовал боль в груди. Каждый вздох давался с огромным трудом, но он продолжал пятиться и тащить за собой Рут. Она повисла на его руках. Он споткнулся о ступеньку и чуть не упал. Медленно, дюйм за дюймом он поднимался по ступенькам. Рут висела у него на руках мёртвым грузом.
– Энди, – выдохнула она. – Не могу… дышать.
– Держись, – прохрипел он.
Они были уже на вершине лестницы, затем протиснулись через проем в каменной стене. Двигаться стало немного легче, хотя он все ещё видел куполообразный объект, парящий вблизи поверхности резервуара. Светящаяся антенна была по-прежнему направлена на них.
Рут начала переставлять ноги. Она повернулась, и они вместе доковыляли до аллеи. С каждым шагом идти становилось все легче. Фурлоу слышал её частое тяжёлое дыхание. Мгновенно, как будто они сбросили тяжёлую ношу, вернулась прежняя мускульная энергия.
Они обернулись.
– Все прошло, – облегчённо вздохнул Фурлоу.
Она отреагировала с яростью, которая поразила его.
– Что ты там вытворял, Энди Фурлоу? Хотел напугать меня до полусмерти?!
– Я видел то, что сказал, – ответил он. – Ты могла этого не видеть, но ты безусловно это почувствовала.
– Истерический паралич, – сказала она.
– Который поразил нас обоих в один и тот же момент и одновременно прекратился, – заметил он.
– Почему бы и нет?
– Рут, я точно видел то, что описал тебе.
– Летающее блюдце! – презрительно усмехнулась она.
– Нет… ну, может быть. Но это там было!
Он уже начинал сердиться. Если постараться рассуждать здраво: те прошедшие несколько минут – просто сумасшествие. Могло ли это быть иллюзией? Нет! Он тряхнул головой.
– Дорогая, я…
– Не смей называть меня дорогой!
Он схватил её за плечи и встряхнул несколько раз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
