им с мисс Робертс не по пути. Оставалось придумать, как разорвать такое знакомство. Он никогда не говорил с Мэгги о возможном союзе, но все же чувствовал себя обязанным хотя бы объясниться с девушкой.
Не пришлось: при следующей встрече, которая произошла уже случайно, Маргарет с улыбкой поинтересовалась здоровьем миссис Смит, но не более.
Девушка была умна и прекрасно поняла, что не пара баронету. Не только из-за происхождения: иметь отношения с семьей, где во главу угла ставят родословную, а не личные качества человека, ей самой вовсе не хотелось. Маргарет решила так и сказать Джону, мол, думаю, твоя семья мне не очень подходит.
Говорить не пришлось.
А в тот вечер она шла по улочкам Оксфорда, с досадой покусывая губу. Было обидно. Когда ее с первой попытки не приняли в Оксфорд, Маргарет винила себя - не добрала баллов, когда не сразу приняли в свой круг консерваторы, тоже понимала. Но теперь ее не принимали аристократы только потому, что ее дед был сапожником, а отец бакалейщиком. Отвергли не из-за личных качеств, а из-за отсутствия должной родословной!
- Они еще пожалеют... Стану. нобелевским лауреатом по химии.
Нет, пожалуй, не станет, для этого химию надо не просто зубрить, но любить.
- Стану. членом парламента! Да, вот стану членом парламента, тогда пожалеют!
О чем должны пожалеть Смиты, она не думала, а вот решение всерьез заняться политикой созрело. Эту фразу «Буду членом парламента!» она повторила вскоре на дне рождения своей школьной подруги Маргарет Гудрич, которая тоже училась в колледже Оксфорда. На вопрос миссис Гудрич, кем она мечтает стать, Маргарет так и ответила:
- Членом парламента.
Хорошо, что графиня этого не слышала. И едва ли пожалела, что воспротивилась дальнейшему знакомству сына со странной девушкой, все же ставшей не только членом парламента, но и премьер-министром. Но тогда до этого было еще очень-очень далеко.
Сама Тэтчер в рассказах о принятом решении то и дело меняла обстановку, в которой это решение было озвучено, и даже людей, которым сказала. Простим Железной леди ее забывчивость, не столь важно, кому именно впервые она сообщила о своем блестящем будущем, главное, что оно состоялось.
Были еще претенденты на руку и сердце симпатичной студентки, но эти не подходили ей самой.
Уилли Каллен был надежным. Не как каменная стена, но достаточно, чтобы создать с ним крепкую семью, нарожать детишек и всю жизнь тяжело работать на его ферме в Эссексе. Ухаживал он тоже основательно, сразу дав понять, что в мисс Робертс его интересует не миловидная внешность и не образование, а хорошее строгое воспитание и трудолюбие. Да, Уильяму была нужна старательная, не ленивая хозяйка его свиноводческой фермы. А Оксфорд? Пусть будет, образование, даже научное, не помешает, хотя и совершенно бесполезно. Маргарет была трудоголиком в высшей степени, воспитана крайне строго и внешность имела миловидную, но похоронить себя в Эссексе, пестуя поросят?! Ну уж нет! Миссис Каллен ей не бывать, даже если никого другого не найдется.
К счастью, нашелся - и какой! Но о Дэнисе Тэтчере разговор впереди.
А Уилли Каллен все же женился на мисс Робертс, только на Мюриел, обретя старшую сестру, словно утешительный приз, при расставании с младшей. Этот брак устроил всех, Уилли получил симпатичную строго воспитанную и трудолюбивую мисс Робертс, Мюриел свой дом и семью, а Маргарет свободу и твердую уверенность, что ее стезя иная. В качестве «компенсации» еще старенький автомобиль Мюриел, протянувший, впрочем, недолго.
Маргарет ждала политика.
В этом смысле ей повезло родиться вовремя, на четверть века раньше девушка из семьи, подобной Робертс, и помыслить не могла бы о политической карьере, в лучшем случае ей грозило стать суфражисткой, порвав со своей семьей. Но к началу 50-х Альфред Робертс уже понял, что его собственный политический век подходит к концу, и вовсе не был против, чтобы дело продолжила младшая дочь. А если и был против, то это мало что меняло, Маргарет давно решала все сама.
«Когда политика у тебя в крови, каждое обстоятельство, кажется, подталкивает тебя к ней»
Вообще-то, никакие обстоятельства, кроме собственных амбиций, Маргарет Хильду Робертс к политике не подталкивали.
Дочь небогатого бакалейщика из маленького Грантема, попавшая в Оксфорде в среду отпрысков куда более состоятельных семей, должна бы оказаться в числе либералов, если не социалистов. Но вот поди ж ты! Маргарет Робертс была исключительно твердолобой консерваторшей, удивлявшей своим настроем даже куда более взрослых товарищей.
Что сыграло роль в выборе партийной принадлежности Маргарет? Сама она утверждает, что отдала свое сердце консерваторам раз и навсегда еще в десятилетнем возрасте. Маргарет вообще все в жизни делала раз и навсегда, политики утверждали, что с ней невыносимо трудно и одновременно очень легко работать из-за этой твердолобой непоколебимости, мол, утвердившись единожды в чем-то, Тэтчер не отказывалась от убеждения, а потому была легко предсказуема. Для политика это плохо, не меняются со временем только глупцы, но прямолинейность и твердолобость Тэтчер пришлась ко времени, тонущей в проблемах Британии была нужна именно такая Железная леди.
Но это получилось много позже, а тогда, сразу после окончания тяжелейшей для Европы войны, Маргарет Робертс ждало сильнейшее потрясение, наверняка сыгравшее свою роль в выборе дальнейшего жизненного пути.
22 мая 1945 года Маргарет, давно предпочитавшая тратить небольшие сэкономленные деньги на ежедневную «Таймс», с изумлением прочитала, что лейбористы разрывают соглашение с правительством.
- Ну и что? - пожала бы плечами почти любая другая английская девушка на ее месте, но только не Робертс!
- Это новые выборы, - воодушевилась Маргарет. - Черчилль им покажет!
Казалось, после столь тяжелой победы в войне, все время которой Уинстон Черчилль был безусловным национальным лидером, одного его авторитета хватит, чтобы избиратели дружно отдали свои голоса партии тори.
Черчилль, уверенный в том же, не сделал практически ни единого движения, чтобы привести партию к победе, и... проиграл! Не он сам, выборы проиграла Консервативная партия, и ее лидер Уинстон Черчилль был вынужден подать прошение об отставке с поста премьер-министра. Король отставку национального героя принял (что при этом думал король - неизвестно).
В крошечной комнатке холодного оксфордского дома рыдала студентка-химик:
- Как они могли?! Как могли англичане так поступить с Уинстоном Черчиллем?!
Она не знала, что через несколько лет будет рыдать, когда ее отца после очередных выборов в Грантеме не изберут олдерменом, а потом после стольких лет титанических усилий по возрождению партии консерваторов однопартийцы усомнятся и в ее праве эту партию
