нужно наказывать, чтобы другие не зарывались.
Ладонь толкнула Ибрагима назад, минуя мозговые сигналы. Он попятился, не понимая, что происходит. Послеэффект Прикосновения до сих пор заставлял его ошарашенно трясти головой.
— Отпустить решил, мразь? Поздно назад сдавать. Тебе конец так и так. Из-под земли найдём и всю семью вырежем, — одурманено протянул Гюрза.
Кисть, сжимавшая Лазаря, метнулась атакующей коброй. Чувствуя, как дрожат мускулы от гиперусилий, я наносил удары снова и снова. За две секунды успел сделать тринадцать режущих взмахов. Ибрагим, обратившийся каменной статуей, застыл с раскрытом ртом. С рычанием я пнул эту тварь, что хуже любого демона, сабатоном в грудь, заставляя его тело взорваться кровавой взвесью и ошмётками мяса. Гюрзу разметало на куски столько мелкие, что понадобился бы чемпион по пазлам, чтобы собрать его обратно в подобие человека.
Коридор позади бандита окрасило широкой волной алого. Запах бойни витал в здании, въевшись в стены, которые уже не забудут эту резню.
Даже после этой разрядки меня всё равно потряхивало от злобы и ощущения, что мне нужны дополнительные руки, если я хочу остановить эту раковую опухоль на корню.
«Если хочешь решить огромную задачу, кажущуюся невыполнимой, раздели её на блоки. А их на ещё меньшие блоки».
Да, учитель. Я помню.
Первым делом сестра! Леси в воспоминаниях Ибрагима не нашлось. Он давно перестал запоминать женские лица, поэтому мне предстояло обыскать комнаты, и, возможно, две другие локации. Учитывая скорый дедлайн — улетающий самолёт, фитиль под бомбой уже дымился вовсю.
[1] АКСУ (АКС-74У) — Автомат Калашникова Складной Укороченный.
Глава 7
Прежде, чем выпустить девушек, я прошёлся по этажам, стаскивая в кучу оружие и боеприпасы. На третьем этаже отыскал два цинка с патронами: один калибра 5.45мм, второй — 9мм. Срезав дверь сейфа, обнаружил толстые пачки денег. Считать было некогда, поэтому просто отправил в Карман к боеприпасам. Туда же — кипу документов и какую-то визитку с номером. В последнюю очередь — лакированный деревянный кейс с каким-то навороченным пистолетом. В оббитом бархатом углублении лежал сам пистолет, глушитель и две какие-то приблуды. Позже разберусь.
Из оружия людей Ибрагима подобрал себе две вещицы вместе с запасными магазинами — Стечкина и АКСУ, который выглядел чуть более ухоженным, чем остальные экземпляры.
Ульфрик надёжно вдолбил мне в голову необходимость подготовки, присмотра за мелочами и накапливании ресурсов для непредвиденных ситуаций. Притча про «Гвоздь и подкову» в исполнении его мерного глухого голоса крепко въелась мне в память.
«Не было гвоздя —
Подкова
Пропала.
Не было подковы —
Лошадь
Захромала.
Лошадь захромала —
Командир
Убит.
Конница разбита —
Армия
Бежит.
Враг вступает в город,
Пленных не щадя,
Оттого, что в кузнице
Не было гвоздя».
Хоть внутренне мне хотелось бежать и судорожно метаться, я усилием сдерживал себя. «Поспешай медленно», — очередной завет Идакалиса. Не было совпадением, что оба ментора постоянно пытались обуздать мою эмоциональную и порывистую натуру. Именно благодаря их усилиям, я действительно сильно изменился.
За прошедшие дни я трижды накачивал кулон маной, увеличивая его возможности. Каждый цикл, занимавший больше часа, добавлял где-то 5% к его характеристикам. Поэтому сейчас Карман позволял переносить приблизительно 579 кг.
Закончив со сбором трофеев, я начал по одной выпускать девушек. Большинство из них выглядели откровенно паршиво. С точки зрения самочувствия, а не эстетики. Запавшие глаза, желтушная немытая кожа, тики и спазмы. Их мучила ломка, видимо, я нарушил график, и дамы недополучили положенную дозу.
Каждую касался Покаянием, и пока они отключались от реальности, проходился Исцелением, снимая трещины, гематомы и зависимость. К сожалению, только физиологическую. С психической им придётся бороться самостоятельно. Хотелось верить, что все несчастные справятся с ней, но червь сомнений подтачивал мою уверенность.
К концу, после двенадцатого раза, меня шатало. Я более, чем втрое, перевыполнил свой прежний рекорд, поставленный в Ниаттисе. И если бы не фон Земли, вряд ли бы добился такого результата.
Исцеление сильно ударяло по организму, творящему волшбу. После сражения я даже не запыхался, а вот сейчас пот лил градом с меня, а конечности тряслись. Хорошо, за шлемом не видно было, как осунулось моё лицо. И вдвойне хорошо, что врагов поблизости больше не осталось. Сейчас я мало что смог бы им противопоставить.
Однако высокая стоимость Исцеления компенсировалась потрясающей эффективностью. Заклинание не просто повышало регенерацию цели в десятки или сотни раз. Оно содержало в себе поисковый компонент, который находил причину болезни или ранения и устранял её. Я видел, как лучшие лекари, а обычно это были эльфы, с помощью Исцеления побеждали даже онкологию или «внутреннюю гниль», как они её называли.
Этими размышлениями я пытался отвлечься от видений, охвативших мою голову.
