– Оттащим подальше да завалим хламом, а на обратном пути заберем. Им тут и без наших ребят пир на весь мир. – Максимыч взвалил рюкзак себе на плечи. – Пошли, тут недалеко, в конце аллеи, ровная площадка, с каким-то навесом, наверное, старая трамвайная остановка, там отдохнем и перевяжемся.
Глава 5
Помощи нет
– Ты куда нас привел, Сусанин? – Данила перенес вес с раненой ноги на здоровую и огляделся. От самого Кривича остались только стены – перекрытия торгового центра сложились, открыв ветрам и дождям все до подвала. Заботливо расчищенная от строительного хлама лестница привела их к тяжелой взрывостойкой двери, которая… была раскрыта нараспашку.
Бойцы напряженно всматривались в темноту проема. Оттуда с завыванием вырывался зловещий ветер.
Максимыч тревожно оглянулся и коротко распорядился:
– Двое наверх. И внимательней там.
Пара бойцов опустила на пол раненого караванщика с перевязанной промокшими от крови бинтами головой и, стуча ботинками, побежала к выходу с лестницы.
– Пошли, посмотрим, – Максимыч закинул неудобный в тесных помещениях автомат за спину и достал из поясной кобуры пистолет.
Данила вынул из ножен мачете и, припадая на раненую ногу, двинулся за командиром. Внутренняя дверь шлюза валялась на полу, прямо посреди пятна высохшей крови. Пустота и тишина в помещениях пугала. Ни мебели, ни тел – глазу не за что было зацепиться.
– Да вот, гости пришли, а хозяева на даче… Заходи кто хочешь, бери что хочешь… увезли всех… и, похоже, насильно. Тут всегда приветствовали минимализм?
– Да нет. Я далеко не заходил, но мебель была, и людей десятка с три проживало – хруст отколотого со стен кафеля под ногами аккомпанементом сопровождал весь осмотр. Комната за комнатой, коридор за коридором. В дальнем зале, в котором стоял массивный «мертвый» электрогенератор, обнаружилось еще несколько бурых пятен и множество следов от пуль в покрытой белой штукатуркой стене.
– Последний форпост, – Максимыч посветил фонариком в комнату, после чего, брезгливо переступив через кровь, наклонился, приподнял дверь и что-то из-под нее достал. – Во, смотри, визитку оставили, – с этими словами протянул Даниле обломок дротика.
Данила повертел короткий черенок с наконечником из кости и аккуратно вложил его в ножны мачете, к первому, вынутому из собственной ноги.
– Да, знакомые наши. С плохим парфюмом и вызывающе ярким макияжем на роже. Я смотрю, довольно хорошо они тут прибрались, а эту свою вещицу просмотрели. Теперь понятно, откуда они про наш караван знали, – кривичевские сказали.
Максимыч кивнул, соглашаясь, и указал на засохшую лужу крови:
– Убедили рассказать. Пошли, надо что-то теперь делать. Не дойдем мы с грузом и двумя ранеными, да и ты, вон, хромаешь все больше, – с этими словами он направился к выходу.
Увидев сталкеров, выходящих из подземелья, все бойцы каравана встали. Даже один из раненых приподнялся на локте, пытаясь сесть.
Максимыч посмотрел на группу и произнес.
– Ребятки, ночь близится. До дома мы засветло не дойдем. Надо укрытие искать. Ночь переждем, а поутру тогда двинем.
В вечернем сумраке город натягивал на себя одеяло тумана. Словно живое существо, он ворочался и кряхтел на своем ложе, укладываясь спать. Звуки всегда жили в разрушенном городе, но вечерами они приобретали какую-то странную сюрреалистическую окраску.
– Может, тут переночуем? – молодой сталкер указал на приветливо распахнутые гермодвери. – Идти больно никуда не хочется.
– Нет, – Максимыч резанул отказом. – Это место дикарям известно. И если нас будут искать, то прежде всего тут. Я знаю тут недалеко неплохо сохранившийся подвал под магазином. Там переждем. Все, хватит рассиживаться. Надо еще туда засветло дотопать.
Наползающая темнота и туман бережно укрыли поредевший караван. Черная громадина здания магазина появилась совершенно неожиданно. Торчавшие голые металлические ребра панорамного окна без каких-либо признаков стекол были, пожалуй, единственными разрушениями. Максимыч пробежал по короткой лестнице крыльца и распахнул противно заскрежетавшую дверь.
– Вниз по лестнице, – дождавшись, пока пронесут раненых, он зашел следом и прикрыл створку. Запирать ее не было смысла. Зверь этим путем не пойдет, а человек предпочтет привычный вход, и скрежет двери послужит лишним сигналом. Он профессиональным взглядом осмотрел пустынный разоренный зал продовольственного отдела и устремился вниз за растворившимися в темноте спинами товарищей.
Цокольный этаж был когда-то хозяйственным. Кругом валялись ржавые кастрюли и хрустело под ногами битое стекло посуды. Зайдя последним, сталкер задвинул решетку, полностью перекрывающую выход на лестницу.
– Ну, вот мы и на месте. Располагайтесь.
– А что это за место? – молодой сталкер водил лучом фонарика по сторонам, выхватывая им перевернутые стеллажи и гору сопревших тряпок.
– Это хозтовары, тут относительно безопасно. Стены крепкие. Два выхода. Единственное, огонь нельзя разводить. Но ночь переживем…
– Я пороюсь… – с этими словами парень медленно побрел по хрустящему полу, освещая фонариком пространство впереди себя.
– Поройся… правда, все ценное давно отсюда вынесли.
Раненых уложили на тряпки, рядом уселся Данила и, срезав ножом бинты, стал стягивать с себя штаны комбинезона.
– Как ты этот подвальчик нашел? Фонарик подержи… – он оценил масштабы бедствия и констатировал: – Жить буду, – после чего засыпал в рану порошок антибиотика и довольно проворно замотал ногу свежим бинтом.
Наблюдая за манипуляциями друга, Максимыч ответил:
– Да ящер меня сюда загнал, когда первый раз в «Кривич» ходил, тогда еще и приметил подвальчик. Пойду остальных посмотрю.
Двое других раненых были в худшем состоянии: у первого дротик застрял в плече, и помышлять о том, чтобы вырезать наконечник в этих условиях… Парень бредил и «горел». Присоединилась инфекция или наконечник был отравлен. У второго, на первый взгляд, было не лучше. Лезвие тесака снесло ему левое ухо и воткнулось в основание шеи, почти перерубив мышцу. Но боец был в сознании, хотя и мучился от боли. Пусть скажет спасибо, что мышцы перекачаны, а то и ключицу разрубило бы. Осмотрев раненых, Максимыч вернулся к другу.
– Как там? – Данила уже натянул штаны и заматывал дырки дефицитным скотчем, который ценился сталкерами наравне с боеприпасами.
– Плохо. Боюсь, одного не донесем. Пойдем завтра коротким путем, через пятно. А товар тут оставим. Чтобы налегке быть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
