— Да я не скрываю, — лепетала обескураженная его горячностью Ленка. — Вам ведь показала.
— Не все, — сухо заметил он, подивившись собственному неожиданному красноречию.
Прям декламатор. Чтец прозы, ёшкин кот!
Раньше Денису не доводилось толкать столь длинную горячую, эмоциональную речь.
Но его злость разобрала, аж до потрохов, до того, что хотелось встряхнуть хорошенько эту Невельскую! Сидит на сокровище и семечки от незнания щелкает, поплевывая.
— Давайте так, Лена, договоримся, — продолжил он деловым тоном, приказав себе остыть, — вы приедете ко мне, захватив все свои снимки, я покажу, что есть у меня, мы попробуем нескольким работам дать описание. Я — технические и специальные обозначения, а вы сложите их красиво во фразы. Тогда и решим, получится ли что-нибудь из этой идеи.
— Вы меня совершенно огорошили, Денис! — призналась Лена.
— Да я и сам… — помолчал и добавил: — Удивлен.
— Ладно, — выбиралась из темы и эмоций Лена, — у меня там ребенок обеда требовал.
Денис посмотрел на нее непонятным, нечитаемым взглядом несколько секунд и улыбнулся:
— У вас замечательный сын.
— Я тоже так считаю, — ответила она искренней улыбкой.
— Ну что, до свидания, Лена? Я позвоню вам завтра.
— Завтра? — переспросила недоверчиво.
— Завтра, завтра, — чуть ворчливо подтвердил он. — А то вы умотаете в командировку какую и идею задвинете. А я не дам.
Лена выбралась из высокого джипа, как-то неудобно, бочком и полусоскоком, захлопнула дверцу и сунулась в открытое окно:
— А вы настойчивый, господин Арбенин.
— Да, — кивнул он, — это я умею. До завтра.
— До завтра, — попрощалась она и отошла от машины.
И еще стояла некоторое время, смотрела вслед удаляющемуся большому джипу.
Чудеса-а-а-а!
А она на него наехала, с ходу, по закрепившейся привычке, все женское превосходство выказывала, а он вон какой оказался…
Настоящий, что ли?
Она улыбнулась задумчиво и вдруг переполошилась от неожиданно пришедшей мысли: «Он же не взял у меня ни одного номера телефона!»
Разочарование холодной водицей окатило от макушки до ступней ног, схлынуло, и журналистка Невельская смогла спокойно соображать, удивляясь, чего это она так реагирует-то!
«Этот Арбенин, если ему понадобится, любой телефон узнает, а хоть и президентский!»
И что удивительно, не чувствуется в нем ни напор настырный, ни нахрапистость, ни пронырливость — спокойная уверенность, несуетность, нечто такое в характере, что чувствуешь себя рядом защищенной, что ли, понимая: если он что обещал…
— Бе-бе-бе! — ворчнула на себя Ленка вслух. — Запуталась я! Такое в характере.
И, вспомнив про Ваську и Зою Львовну, ждавших ее, поплелась домой, крайне собой недовольная.
Завтра не наступало так долго!
Сначала Ленке пришлось выдержать кухонные посиделки с Васькой и любимой соседкой. Обедом называлось мероприятие, совмещенное с обсуждением субботнего события.
А начал Васька. Кто же еще?
— Что, Зоя Львовна, решили мою Лену сосватать? — в лоб шпарил он вопросами.
— Да, — покаянно вздохнула Зоя Львовна. — Анечка уверяла меня, что получится замечательно. А что, Леночка, вы поняли, что мы вас с Денисом познакомить хотим?
— Да, это даже «усу» не в меру целебному понятно было! — засмеялась Лена. — У вас с подругой напрочь отсутствует склонность к лицедейству.
— Ой! — перепугалась Зоя Львовна. — Вам неприятно? И Денис нас, наверное, тоже рассекретил.
— Да, сразу! — не успокоила развеселившаяся Ленка.
— Нехорошо вышло, — совсем опечалилась соседка, — он этого не одобряет!
— А что, имелись прецеденты? — заинтересовалась Лена.
— Имелись, — вздохнула, как в преступлении призналась, Зоя Львовна. — Понимаете, Леночка, Денис, как бы это сказать?..
— А прямо! — предложил Васька.
— Да, да, Василий Федорович, прямо лучше всего, — улыбнулась Зоя Львовна. — Денис замечательный, просто прекрасный человек, но у него такой характер с детства. То есть характер у него тоже замечательный, — поспешила она реабилитировать сына друзей, — но трудный для общения с другими людьми, особенно с девушками. Он в детстве никогда не плакал, вообще, и не жаловался родителям никогда. Придет с улицы побитый, в порванном пальтишке, Аня с Васей — что да как, а он отмалчивается, скажет «Ничего, сам разберусь».
— И что, разбирался? — увлеченно любопытствовал Васька.
— Да, вы знаете, разбирался! — гордо оповестила Зоя Львовна. — Эдакий мужичок. И в кого такой пошел?
— Ну и хороший характер! — вынес вердикт Василий Федорович.
— Хороший-то он хороший, но Денис очень закрытый человек, а людям необходимо общаться, делиться переживаниями, говорить о чувствах, выражать эмоции.
— Мне он не показался до такой уж степени закрытым, — поделилась мнением Лена.
— А вы с ним побеседовали? — оживилась Зоя Львовна.
— Так, совсем немного, — стрельнув на Ваську взглядом, ушла от прямого ответа Лена. — Мило попрощались.
Васька тихонько хмыкнул, но от комментариев воздержался.
— Вот видите! — по-своему поняла Ленин ответ Зоя Львовна. — Попрощался, и все! Ни поговорить, ни легкую беседу поддержать. Девушкам он кажется мрачным, угрюмым, слова лишнего не скажет, комплиментом не порадует, отмалчиваться предпочитает.
— А что с ними разговаривать, Зоя Львовна? — делился жизненными наблюдениями Василий Федорович. — Ты им только скажи что приятное, они себе такого нафантазируют, не расхлебаешь!
— Васенька, а ты откуда это знаешь? — искренне подивилась Зоя Львовна.
— Да читал, в популярной психологии, у Лены есть. И опыт имею.
— Ну-ка, ну-ка, что там за опыт такой? — живенько отозвалась на реплику Лена.
— Ты же знаешь, я у девочек пользуюсь популярностью.
— Ах да, Оленька Трубенцова в тебя влюблена.
— Глупости все это, «влюблена», — передразнил Васька. — Ей тринадцать лет, какая любовь?
— Тебе, смею напомнить, тоже не двадцать пять.
— Вот и я про это! Им скажешь: ты симпатичная, а через полчаса она уж уверена, что вы встречаетесь!
— С ужасом представляю, что меня ждет, когда тебе исполнится лет шестнадцать!
— Все будет хорошо, Лена, не переживай! — успокоил Васька и вернулся к начальной теме: — Так что прав ваш Денис, нечего с девушками лишние разговоры вести!
— В том-то и дело, Васенька, что он никаких не ведет! У него была девушка, они почти три года прожили вместе, но расстались. Так она иногда Анечке жаловалась, что с ним очень трудно. Он невероятно много работает, а когда они вместе, то ни поговорить, ни планами поделиться. Она что его ни спросит, он «да» или «нет», а она старалась Дениса разговорить, приучить к общению. Анечке тяжело было это слушать, тем более что девушка называла его бесчувственным.
