— Вот это дело! — похвалил их дядя Фёдор, подойдя к трактору. — Вы куда? На пасеку? Мне по дороге. Поехали!
Трактор затарахтел и пошёл, пошёл, покачиваясь на выбоинах. В кабине было тесно и жарко, но Саша не замечал этого. Эх, видели бы ребята — вот позавидовали бы!
Антона Ивановича они нашли в шалаше. Он сидел за столом и погружал в банку с водой венчики цветов.
— Ага, пришли-таки! — повернул он к ребятам обрадованное лицо. — Садитесь, будете мне помогать!
— А мы хотели ваших дрессированных пчёл посмотреть! — разочарованно сказал Саша. Ему вовсе не улыбалось заниматься какой-то чепухой.
— Ещё посмотрите! — пообещал Антон Иванович и стал объяснять, что он готовит для пчёл подкормку. В банке у него не вода, а сахарный сироп. Этот сироп настаивается на цветах гречихи, клевера или любого другого растения, на которое хотят направить пчёл. Пчёлы отведают сиропа и полетят на этот запах.
— Сейчас цветёт гречиха, — продолжал Антон Иванович, пододвигая ребятам банку, — но, как гласит пословица, сколько бы ни было на гречихе цвету, без пчёл урожая нету!
— Пчёлы помогают выращивать урожай? — удивился Саша.
— Ещё бы! Растения, которые опылили пчёлы, дают урожай в два-три раза больше. Да и само зерно становится крупнее, полновеснее, — пояснил Антон Иванович.
Когда сироп был готов, Антон Иванович повёл ребят на пасеку.
— Вообще-то, я разливаю сироп в кормушки рано утром, — сказал он. — Сейчас мы туда просто добавим понемножку свежего.
Плоские кормушки с гречишным сиропом густо облепили жёлтые мохнатые пчёлы.
— Эти на гречиху летят? — спросил Саша.
— Эти, — кивнул Антон Иванович. — А вон те, чёрные, на клевер.
— Значит так, Юзик! Я побегу за этими, а ты — за теми. Встретимся здесь, на пасеке. Хорошо?
— Хорошо, — ответил Юзик, и Саша помчался вслед за пчёлами.
Он бежал и падал, попадая в колдобины — сложная это штука, бежать с задранной вверх головой! Пчёлам что — летят себе, машут крылышками — ни кустарника перед ними, ни луж, ни крутого косогора… А ему каково, крыльев-то нету… Да и поди узнай, те ли это пчёлы, за которыми ты побежал, или какие-нибудь другие…
Пробежав, может, с километр, разорвав на локте рубашку и набив шишку на лбу, Саша без сил опустился на траву возле гречишного поля. Долговязый пурпурно-розовый иван-чай медленно раскачивался у него над головой. Было тихо. Пчёлы гудели над гречихой, ползали по цветкам, и все они были жёлтыми, мохнатыми. Сколько Саша ни вглядывался, он так и не увидел ни одной чёрной пчелы.
Где-то рядом хрустнула ветка. Саша поднял голову и замер: из кустов вышел тот самый таинственный незнакомец, что жил у тётки Фрузы…
Теперь Саша мог его хорошо рассмотреть. Незнакомец был высокий, худой и сутулый, в сером полотняном костюме. Длинное злое лицо, запавшие щёки… В левой руке он держал какую-то штуковину, похожую на треножник, в правой — плоский чемоданчик. На вид незнакомцу было лет шестьдесят.
«Смешно, — подумал Саша, — разве может такой старик быть шпионом?»
По книгам Саша представлял себе шпионов ловкими и сильными людьми: они бегали со скоростью антилоп прыгали с четвёртого этажа и стреляли без единого промаха, а этот…
Незнакомец огляделся и быстро зашагал через поле. Забыв о пчёлах, Саша, прячась за кустами, пошёл за ним.
Поле кончилось, потянулся луг. Саша залёг — идти по открытой местности нельзя — незнакомец заметит. Он уже быстро поднимался на холм. И только тут Саша понял: замок! Конечно, он идёт в замок.
Саша ящерицей пересек луг и замер за сосной. «Зачем он в замок ходит, что ему там нужно?» — подумал он стараясь не терять из вида мелькавший среди зарослей серый пиджак.
Осторожно перебираясь от дерева к дереву, Саша взобрался на холм. Но незнакомец исчез. Словно сквозь землю провалился. Может быть, он спрятался там, за разрушенными стенами?
Саша замер, чутко прислушиваясь. Ни звука, ни шороха не доносилось из развалин. Лишь одинокий шмель обрадовавшись его приходу, гудел над головой.
Осмелев, Саша полез на стену, вернее, на то, что от неё осталось. Лезть по огромным оплавленным глыбам было нелегко, но он всё же забрался наверх. Перед ним грудились серо-пепельные развалины, поросшие молодыми берёзками и колючим шиповником. Саша подумал, что, если бы фашисты не взорвали замок, он мог бы простоять ещё много-много лет, и как интересно было бы побродить по его залам, полазить по высоким башням…
Поболтав в воздухе ногами и помедлив ещё несколько минут, Саша решительно спрыгнул вниз, туда, откуда тянулась к солнцу тонкая стройная берёзка.
Едва коснувшись ногами земли, Саша ощутил, как под ним что-то дрогнуло, заскрипело, и, глухо вскрикнув от испуга, он полетел в подземелье.
В подземелье
От толчка повернулась каменная плита пола. Рухни она вниз, Сашу наверняка задавило бы — огромная плита весила, наверно, с центнер, если не больше. Но она удержалась. Саша больно стукнулся о земляной пол и откатился в сторону; сверху всё ещё сыпались камешки, песок. Полежав немного, он осторожно пошевелил руками, ногами и с облегчением вздохнул — всё, вроде, цело. Правда, сильно саднило бок, но это не страшно, пройдет…
Саша приподнялся и опасливо огляделся. В подвале было тихо и сумеречно. Только наверху, в провале, синел кусочек высокого летнего неба, косо перечёркнутый наклонившейся плитой.
«Как я попал сюда? Случайно? — наморщил лоб Саша. — Или всё это подстроил тот незнакомец? Глупость, конечно, он ведь не столкнул меня со стены, я сам спрыгнул. Как же он мог это подстроить? Не зря тётя Глаша не разрешала мне сюда ходить, ой не зря…»
Потирая ушибленный бок, мальчик принялся осторожно расхаживать по подвалу, прикидывая, как отсюда выбраться. Стены были гладкие. Сколько Саша ни вглядывался, он не увидел ни одного выступа. Но в дальнем углу он заметил что-то тёмное.
Это была груда полусгнивших пустых ящиков. «Если поставить их друг на друга, можно запросто вылезти наверх!» — радостно подумал Саша и принялся за дело.
Пирамида удалась на славу: внизу широкая и устойчивая» целых шесть ящиков! — она, постепенно сужаясь кверху, заканчивалась одним-единственным ящиком. С него уже можно было попробовать дотянуться до края провала.
С удовольствием осмотрев свою работу, Саша осторожно полез наверх. Ящики, подозрительно поскрипывавшие, пока он их складывал, теперь угрожающе затрещали. Саша замер — и треск затих. Выждав минуту-другую, он полез дальше. И тут проклятая пирамида стала разваливаться!
Он успел спрыгнуть на землю, когда ящики рухнули. Огорчённый, Саша глянул вверх и чуть не вскрикнул: над провалом склонился незнакомец!
Саша так и замер от страха.
«Сейчас закроет плиту и — пропал я! — подумал он. — Ой, мамочка-мама, совсем пропал!»
— Есть тут кто? — донёсся сверху усиленный эхом глуховатый голос.
— Я тут есть! Я сюда провалился! — задрав голову, жалобно закричал Саша. — Помогите, дяденька!
«Дяденька» то ли осуждающе, то ли удивлённо покачал головой.
— Погоди! Сейчас что-нибудь придумаем! — услышал Саша, и незнакомец исчез из проёма.
Саша сел на ящик и с отчаянием уставился вверх. Отверстие не закрывалось, но и незнакомец не появлялся.
Не было его долго. Наконец наверху что-то зашуршало, в проём посыпалась земля, а затем стала медленно опускаться жердь.
— Осторожнее! — услышал Саша. — Смотри, чтобы не ударил.
Мальчик обрадованно отбежал в угол.
Жердь была коротковата.
— Много не хватает? — наклонившись, крикнул незнакомец.
— Порядочно, — чуть не заплакал от огорчения Саша.
— Может, подпрыгнешь, ухватишься?
— Попробую.
Саша подпрыгнул раз, другой… Только кончики пальцев скользнули по гладкому дереву…
— Нет, не достану!
— Вот незадача… Что ж теперь делать? — вслух подумал незнакомец. — Если бы топор…
Он потянул бесполезную жердь наверх, оступился и, нелепо взмахнув руками, рухнул в подвал.
Незнакомец лежал на полу и беззлобно ругался.
— Ах, старый дурень! Нет, чтобы в село за помощью сходить, сам полез! Вот и долазился… Помоги встать, герой, чего уставился? Ты-то как сюда угодил?
— Да почти так же, как и вы, — ответил Саша, помогая незнакомцу подняться. — Спрыгнул со стены, а плита под ногами ка-ак повернётся…
Незнакомец принялся шарить в карманах. Саша на всякий случай отошёл в сторону. А если и вправду какой-нибудь шпион? Хоть бы доску от ящика подобрать — какое-никакое, а всё-таки оружие…
В руках незнакомца что-то блеснуло, и Саша съёжился от ужаса. Закричать, позвать на помощь? Не позовёшь — горло перехватило. Да и кто тебя услышит?..
А незнакомец водрузил на нос обыкновенные очки в железной оправе и принялся внимательно оглядываться. У Саши ноги стали словно ватные, и он обессиленно опустился на землю, облизывая пересохшие губы.
