которого они стали, и размышлял о сложившейся ситуации. В том, что именно дерево удерживает их, раз за разом возвращая к себе, у него уже не было никаких сомнений. Он отдалялся от него в разные стороны и каждый раз это происходило на одинаковом расстоянии от центра. Он даже пробовал подходить к этой незримой границе с закрытыми глазами, пробовал полностью останавливать поток мыслей. Пробовал даже идти задом наперёд. Итог был всегда один и тот же — рябь в глазах и моментальное возвращение к гостеприимному хозяину этого бескрайнего поля.
И теперь он молча наблюдал, как то же самое пытается проделывать Анима.
Каждый раз, при возвращении к дереву, она шарахалась от Зука в сторону, округлив глаза и снова устремлялась к границе этой импровизированной тюрьмы. Вскоре она, видимо, поняла безуспешность этих попыток и легла в траве, на безопасном расстоянии от него. Искося, она поглядывала на оранжевые грозди, красующиеся на ниспадающих до земли ветвях, и пыталась подавить громкое урчание в животе.
— Я не сдвинусь с места, Анима, — громко сказал Зук, глядя на неё. — Чтобы подойти к ягодам тебе придётся перебороть себя, нравится тебе моя компания или нет. Или можешь, конечно, дождаться, пока я усну. Однако это тоже мало тебе поможет, потому что спать я намерен прямо здесь, в тени дерева.
Затем добавил едва слышно, себе под нос:
— Ночей тут похоже вовсе нет.
Анима делала вид будто не слушала его, и всё же он заметил, как её тело сжалось в пружину.
— Ну, как хочешь, — пожал он плечами и взглянул на ближайшую россыпь, сверкающих под лучами солнца, ягод.
* * *
Он видел смеющихся детёнышей этих странных существ, бегающих на двух лапах. Они бегали друг за другом в тумане, играя в какую-то игру. Он видел существо, сидящее на камне и зажимающее в передних лапах непонятный предмет, издающий мелодичные звуки. Эти звуки резонировали с ним и наполняли спокойствием, разлетаясь по всей округе.
Туман окутывал его со всех сторон. Туман пытался говорить с ним, с помощью этих силуэтов. Пытался что-то показать. Но он не понимал, хоть и очень этого хотел. Он чувствовал, что это что-то очень важное для него. Что-то… такое знакомое… такое родное. Но едва он улавливал, едва задевал край этого понимания, оно постоянно ускользало и растворялось в сознании.
Туман будто почувствовал это и досадно вздохнул.
Затем начал всхлипывать и стонать.
Зук ощутил, как его тело разлетается тысячами листьев, шелестя на ветру и наконец открыл глаза.
Анима, глядя на него широко распахнутыми глазами, пятилась и тащила за собой большую ветку, щедро увешанную оранжевыми гроздьями. Земля под её лапами уже привычно вздыхала и всхлипывала, и глядя на это Зуку вдруг пришла в голову одна идея. Он даже удивился, как она не пришла к ему раньше.
— Ловко, — одобрительно кивнул он. — Желудок на некоторое время спасён. Однако от палящего солнца эта ветка спасёт тебя едва ли.
Впрочем, он уже переключился на свою новую идею и Анима, с её нелепыми страхами, пожирающими изнутри её утомившийся рассудок, перестала его интересовать. Он взглянул вверх и выбрал глазами более-менее толстую ветку. Достаточно толстую, для его эксперимента, и при этом достаточно тонкую, чтобы он мог отделить её от дерева. Взобравшись на подходящую ветвь, он отошёл к её краю и начал раскачиваться на ней.
Жадно поглощая сочные ягоды, Анима не сводила с него глаз, с настороженностью наблюдая за этой картиной, готовая в любой момент сорваться с места.
Наконец ветка захрустела и повисла вдоль ствола. Крепко ухватившись лапами, Зук ещё некоторое время висел на ней, пока она окончательно не оторвалась, и они вместе не устремились вниз. Извернувшись, он приземлился на лапы и фыркнул, мотнув головой. Оценивающе оглядев отделённую ветвь, Зук ухватился зубами за подходящее место и потащил её от дерева. На середине пути, между деревом и невидимой границей, он бросил ветку и не спеша двинулся дальше, оглядываясь и поглядывая на неё. В определённый момент в глазах снова зарябило и он, с досадой и разочарованием, обнаружил себя в тени всё того же, знакомого дерева.
Зук рассчитывал, что эта неведомая сила перенесёт его к ближайшему источнику притяжения, к отломанной ветви, а не к основному стволу дерева. В случае успеха можно было бы попробовать вытолкнуть её за пределы невидимой границы и последовать за ней. Что делать в случае неуспеха, он ещё не придумал, поэтому вновь погрузился в свои мысли.
— Есть какие-нибудь мысли по этому поводу? — крикнул он через некоторое время в сторону Анимы.
Она лежала в густой траве, кое-как спрятавшись от солнца под веткой, оставленной после неудачного эксперимента Зука, и не подавала признаков заинтересованности в разговоре, лишь встревоженно навострив уши при звуке его голоса.
«Дерево издало те же звуки, которые раздаются при касании земли», — размышлял Зук. — «Это видимо его корневая система! Конечно! Корневая система, в радиусе которой мы и обречены возвращаться к стволу, пытаясь выйти за её пределы».
Он задумчиво посмотрел на горизонт.
«Правда это не объясняет всего остального. Впрочем, это пока и не важно. Совершенно. Не. Важно».
— Эй, Анима! — внезапно крикнул он, глядя на ягоды.
Она дёрнулась от неожиданности и тихо чертыхнулась.
— Как думаешь, от этих ягод мы быстро наберём вес? Наше мясо, должно быть, будет очень сладкое, — в голос рассмеялся Зук.
Анима поёжилась и впилась в него воспалёнными глазами.
— Ты знаешь, — продолжал он, — думаю это вряд ли роса на траве. Ведь тут нет никакого утра и нет никаких перепадов температур. Ты ведь уже пробовала её на вкус, правда? Вовсе не похоже на воду, да? И горло щиплет как чёрт знает что.
Она невольно сглотнула, услышав о воде. Сочные, кисловатые ягоды, конечно, давали организму жидкость, однако её не покидало усиливающееся чувство жажды.
Анима была уже на грани срыва, поэтому эмоции взяли верх:
— По-твоему это всё очень весело, да? Любишь издеваться над своими жертвами? Да пошёл ты к чёрту!
— Отделять голову Неназываемого зубами от тела, тоже очень весело, да? — громко сказал он в ответ. — Очень весело, преследовать одинокую жертву, в большой компании друзей. Правда, Анима?
— Убийца сородичей получает то, что заслуживает, — Анима приподнялась на лапах. — Видимо для тебя Боги приготовили особенное наказание.
— О да, без оглядки на своих Богов вы не способны и шагу ступить. Кстати, на озёрных тропах они вам очень помогли, — усмехнулся Зук.
Анима вдруг почувствовала нарастающую ярость, подымающуюся из глубин её сознания, отталкивая страх:
— Похоже тебе и
