выгоды человека, то мое, ибо я человек».
Карамзин начал думать о написании истории России с 1790 года. Более определенную форму приняли его мысли в 1793 году. Заявляя публике о прекращении в этом году издававшегося им «Московского журнала», Карамзин писал: «В тишине уединения я стану разбирать архивы древних литератур… буду учиться, буду пользоваться сокровищами древности, чтобы после приняться за такой труд, который бы мог остаться памятником души и сердца моего, если не для потомства (о чем и думать не смею), то, по крайней мере, для малочисленных моих друзей и приятелей». По первоначальному замыслу Карамзина, труд его жизни «История России» должен был носить литературный и патриотический характер.
«Тацит, Юм, Робертсон – вот образцы, – писал Карамзин в 1790 году еще в Париже. – Говорят, что наша история сама по себе менее других занимательна. Не думаю, нужен только ум, вкус, талант. Можно выбрать, одушевить, раскрасить, и читатель удивится, как из Нестора, Никона и проч. могло выйти нечто привлекательное, сильное, достойное внимания не только русских, но и чужестранцев. Родословная князей, их ссоры, междоусобия, набеги половцев не очень любопытны, соглашаюсь; но зачем наполнять ими целые томы? Что не важно, то сократить, но все черты, которые означают свойство народа русского, характер наших древних героев, отменных людей, происшествия действительно любопытные описать живо, разительно. У нас был свой Карл Великий – Владимир, свой Людовик XI – царь Иоанн, свой Кромвель – Годунов и еще такой государь, которому нигде не было подобного, – Петр Великий. Время их правления составляет важнейшие эпохи в нашей истории и даже в истории человечества».
В 1797 году Карамзин уже много занимался русской историей. Он первый оповестил европейский ученый мир о находке «Слова о полку Игореве». Его сообщение об этом было напечатано в гамбургском журнале Spectateur du Nord (октябрь 1797 года). В этом же году Карамзин женился на Елизавете Ивановне Протасьевой. Она умерла в 1802 году. Через два года Карамзин женился вторым браком на Екатерине Андреевне Колывановой из давно ему близкой семьи Вяземских. Она была одной из выдающихся женщин тогдашнего петербургского общества, была хорошо образованна, интересовалась вопросами литературы и истории, помогала мужу править корректуры его «Истории». В 1803 году Карамзин через посредство товарища министра народного просвещения Михаила Никитича Муравьева обратился к Александру I с просьбой о назначении его историографом с соответствующим жалованьем и правом на получение необходимых исторических источников. Просьба была удовлетворена. (Жалованье было назначено в размере двух тысяч рублей в год.)
С этих пор Карамзин погрузился в неустанную напряженную работу писания «Истории государства Российского». Он умер в разгаре работы, написав двенадцать томов и доведя изложение до 1610 года. Уже ко времени начала этой работы Карамзин увидел, что его первоначальный план труда – как литературно-патриотического – недостаточен, что ему необходимо дать научное основание его «Истории», то есть нужно изучить первоисточники. Он к этому и обратился, причем по мере хода работы он в нее втянулся и у него обнаружилось незаурядное критическое чутье.
Теперь Карамзин был поставлен перед дилеммой: как сочетать его два плана – литературный и документальный. Он вышел из этого затруднения, решив построить свою книгу, так сказать, в два яруса. Текст книги был им написан в литературном плане, а примечания выделены в отдельную серию томов, параллельную тексту. Таким образом, рядовой читатель мог читать текст книги, не заглядывая (или только изредка заглядывая) в примечания. Читатель же специалист по истории или серьезно интересующийся историей мог удобно пользоваться и примечаниями.
«Примечания» Карамзина представляют собой отдельный и чрезвычайно ценный труд, не потерявший своего значения для нашего времени, так как с тех пор некоторые из источников, использованных Карамзиным, были так или иначе утрачены или не разысканы.
Много материалов Карамзин нашел в Синодальной библиотеке.
До гибели собрания Мусина-Пушкина в московском пожаре Карамзин получил много ценнейших источников от него. (Троицкую летопись Карамзин вернул Мусину по использовании, как оказалось, на погибель.)
Документы, хранившиеся в Московском архиве министерства, подыскивал для Карамзина директор архива Малиновский.
Основная идея, руководившая Карамзиным в сочинении «Истории государства Российского», – монархическая. Единство России, возглавленной монархом, которого поддерживает дворянство. Вся древняя русская история до Ивана III была, по Карамзину, длительным подготовительным процессом. С Ивана III начинается история единодержавия в России. В порядке своего изложения Ка рамзин шел по стопам «Истории Российской» князя Щербатова (1733–1790). Но, не говоря о том, что в литературном отношении труд Карамзина гораздо талантливей, чем труд Щербатова, Карамзин использовал гораздо большее количество источников, чем Щербатов, притом с гораздо более тонким пониманием и чутьем. Выход в свет «Истории государства Российского» явился событием в умственной жизни русского общества. Из восторженных откликов на труд Карамзина вспомним впечатления трех поэтов – Пушкина, князя Вяземского и Жуковского.
Пушкин в это время лежал в постели, оправляясь от гнилой горячки. «Это было в феврале 1818 года, – записал Пушкин, – первые восемь томов Русской истории Карамзина вышли в свет. Я прочел их в своей постели с жадностью и со вниманием. Появление сей книги (как и быть надлежало) наделало много шуму и произвело сильное впечатление. 3000 экземпляров разошлось в один месяц – пример единственный в нашей земле. Все, даже светские женщины, бросились читать историю своего отечества, дотоле им неизвестную. Древняя Россия казалась найдена Карамзиным, как Америка Колумбом».
Вяземский выразил свои чувства так: «Карамзин – наш Кутузов 1812 года. Он спас Россию от нашествия забвения, воззвал ее к жизни, показал нам, что у нас отечество есть, как многие узнали о том в 12-м году».
Отклик Жуковского: «Историю Карамзина можно назвать воскрешением прошедших веков нашего народа. По сию пору они были для нас только мертвыми мумиями… Теперь они все оживятся, подымутся, получат величественный привлекательный вид».
II
А. С. Пушкин (1799–1837)
Пушкин ценил труд Карамзина и как воскрешение прошлого русского народа, и за литературный стиль, и за ученость автора. Пушкин был многогранный гений. У него был живой интерес к истории и проникновенное историческое чутье. Более того – он не только много занимался историей, но выступил и как автор двух примечательных исторических трудов – «История Пугачевского бунта» и «История Петра Великого». «История Пугачевского бунта» вышла в свет в 1834 году. Это – первый по времени научный труд, посвященный пугачевщине. «В нем собрано, – пишет Пушкин в предисловии, – все, что было обнародовано правительством касательно Пугачева, и то, что мне показалось достоверным в иностранных писателях, говоривших о нем. Также имел я случай пользоваться некоторыми
