конкретно место будешь бить! А лучше подкатись и покажи пальцем. Чего скромничаешь?
В общем в таком ритме мы откатались все положенное время. И на разминке, и с вратарем, и во время игры пятёрками.
Когда пришло время покинуть лед, Сергей Николаевич сообщил еще одну немаловажную новость.
— На следующей неделе первая игра в рамках областного этапа «Золотой шайбы». Региональный нами пройден успешно. С чем всех и поздравляю. Но глядя на вас, думаю, не было ли это случайностью?
— Зачем нам областной этап? — Засмеялся Мордвинцев. — Мы итак лучшие. Давайте сразу на союзный.
— Правда? Что-то об игре с «Металлургом» я бы так не сказал. А это был матч, гораздо менее значимый. — Сергей Николаевич сказал это таким тоном, что Владик тут же осекся и заткнулся, подавившись своим смехом.
В итоге, еще минут десять мы слушали наставления о важности дальнейших встреч с соперниками. А потом тренер отпустил нас в раздевалку.
— Эх… Жаль ты не сможешь играть с нами в турнире. Тебя уже тут не будет. — Порядьев переодел форму, убрал коньки, и теперь сидел на скамейке, ожидая всех нас.
Областной этап. Возможно, одну, две игры я застану в составе «Бурана». А потом, все. Привет, Москва. Честно говоря, с одной стороны хотелось этого быстрее. С другой, присутствовало ощущение грусти. За свое недолгое время пребывания в роли Славика, я успел проникнуться той дружбой, которая связывала брата с этими пацанами. Да и, опять же, беспокоил вопрос с отцом. Сильно беспокоил.
— Хватит причитать. — Симонов поднялся со скамейки и направился к выходу из раздевалки. — Шустрее давайте. Жрать охота, между прочим.
Лёха уже переоделся вслед за Порядьевым и теперь подгонял остальных. Я, натягивая одежду, их почти не слушал. Вспоминал свой разговор с тренером.
Пришел чуть раньше, как и договаривались с Сергеем Николаевичем. Но по сути, весь наш разговор свелся к тому, что он велел мне сосредоточиться и думать о хоккее. Сказал, ситуацию с отцом решит сам. Я, конечно, попытался озвучить свое ценное мнение. Однако, Сергей Николаевич был решительно настроен.
— Белов, ты занимайся своим делом. Ясно? Оно у тебя предельно понятное. Играть. С твоей личной ситуацией я помогу. А ты не лезь в это. И тем более, не провоцируй Мордвинцева. Пока что непонятно, имеет ли он действительно отношение ко всей истории. Так что давай, двигай в раздевалку. Не допусти того, чтоб поступок твоего отца улетел в трубу.
— Кроме него, некому. — Насупился я.
— Возможно. Но я тебе так скажу, Белов. Мне далеко уже не двадцать лет. Повидал достаточно. Иногда, в случившемся оказывается виноват тот, на кого ты в жизни никогда не подумаешь. Вообще никогда. Ни при каких условиях. И чаще всего, это происходит даже не иногда, а в большинстве случаев. Предполагать можно что угодно. Но реальность…
Тренер немного помолчал.
— Обещаю, что помогу с отцом. Сказал же. Но ты мне не мешай своими слишком активными действиями. Понял? И Мордвинцевых тоже не провоцируй. Ты, Славик, еще молодой. Многого не понимаешь. Твоя задача сейчас, повторяю, — играть. Готовиться. Решай для себя, что хочешь. Либо дворовый хоккей, для которого ты уже достаточно хорош и никаких усилий предпринимать не нужно, либо «молодежка», к которой, как мне казалось, ты стремился… А вот тут как раз, надо много работать. Вот и работай.
Сергей Николаевич кивнул мне на дверь, намекая, чтоб я топал в раздевалку.
И вот сейчас этот разговор я и прокручивал в голове. С одной стороны, он прав. То, что в Москве мной остались довольны, это пока еще только самое начало. Надо будет и там себя показать. А рядом не окажется ни друзей, ни знакомого тренера. Поддержки тоже можно ни от кого не ждать. Поэтому, сейчас надо брать все, что только можно.
С другой стороны, тренер считает, я молод, неопытен и горяч. Он ведь не знает, сколько лет мне на самом деле. Но я не буду бежать впереди паровоза, чтоб не навредить ни себе, ни отцу.
— Славик, идешь? — Позвал меня Симонов.
Я встал, взял сумку, клюшку и вышел из раздевалки.
Глава 7
Я, конечно, Сергею Николаевичу верил. Он пока еще ни разу не подвёл ни меня в настоящем, ни Славика в прошлом. Вполне допускал, тренер действительно хочет помочь. По крайней мере, выглядело его желание очень искренним. На показуху точно не похоже. Да и сам Сергей Николаевич точно не понторез. Если говорит, то обязательно делает.
Благодаря тому, что в последнее время мы достаточно много находились рядом, а несколько дней вообще жили бок о бок, пожалуй, могу точно сказать, мужик он неплохой. Есть в нем и порядочность, и честность. Но вот это, как раз, не плюс в данном случае, а минус. Он ведь будет действовать, как положено. По закону. Подлость, хитрость, злой умысел — ему это чуждо.
А я нет. Я не честный и порядочный. Мне вообще глубоко плевать на все, кроме конечной цели. Она у меня следующая: вытащить отца и отчалить отсюда в Москву. На начальном этапе, само собой. Дальше — молодежка и сборная.
Поэтому, хочет тренер помочь, отлично. Пусть помогает. Я понимаю причину такой заботы. Славик — это, своего рода, показатель его тренерской работы. Конечно, ему хочется, чтоб все прошло хорошо. Нет, тут не только чистая выгода. Это я тоже понимаю. Он искренне выказал желание помочь с отцом. И будь мне в реальности четырнадцать, я бы сделал, как велено. Занимался бы хоккеем, готовился к поездке, ждал итогов помощи тренера. Это нормально для подростка, который попал в такую ситуацию, в которой сецчас нахожусь я.
Но! Жизнь очень хорошо научила, надеяться можно только на себя. Получится у Сергея Николаевича подтолкнуть эту историю к хэппи-энду? Отлично. Однако, сидеть, сложа руки, тоже не буду. Бездействие может слишком дорого стоить. Я вполне понимаю, что действовать нужно аккуратно. Без спешки, без суеты и без риска. Но все равно, как говорится, под лежачий камень вода не течет.
Другой вопрос, одному мне не справиться. Это точно. Нужна помощь со стороны. Причём, помощь именно в определённых действиях. Понимаю это очень ясно. Значит… Значит придётся переступить свои детские комплексы и поговорить с пацанами.
Вот так я рассуждал, пока мы шли от «Юбилейного» в сторону остановки. Поэтому решил не затягивать с этим и обсудить сложившуюся ситуацию прямо сейчас.
— Стойте!
Парни остановились, уставившись на меня.
— Ты чего, Славик? — Порядьев в этот момент как раз пытался прокатиться по небольшому отрезку
