— Значит, ты мне ничего не расскажешь, — произнесла я. — Ты просто будешь перевозить меня с места на место, ничего не объясняя.
Никакой реакции. Не лицо, а каменная маска. Сидит как изваяние.
«Последний раз я пыталась быть любезной с демоном», — подумала я и сказала вслух:
— Последний раз я любезничаю с демоном.
Повернувшись на каблуках, я подхватила коробку и вышла из комнаты. «Долбаные демоны, — думала я, — лезут ко мне в дом, отрывают от дел, не дают посмотреть «мыло». А потом я должна охотиться за одним из них, в то время как еще один сидит у меня на диване, а Дорин…»
Я машинально сложила коробку пополам. Затем выбросила ее в мусорное ведро, закрыла крышку и нажала черную кнопку.
— Долбаные демоны, — бормотала я. — Таскают меня по всему городу, ничего не объясняют. Ищите вы сами своих воров, а потом убирайтесь в свой ад…
«Данте». Что-то слегка задело меня по щеке.
Я резко обернулась.
Мир качался, как пламя свечи. Я взглянула на свои руки: пальцы длинные и тонкие, красный лак на ногтях, в нем отражается яркий свет ламп полного спектра. Некроманты не любят свет, состоящий из одного спектра.
Я могла поклясться, что слышала голос Дорин, чувствовала ее прикосновение.
Мой дом хорошо защищен; чтобы в него проникнуть, сгустку психоэнергии потребовалась бы мощность термоядерного взрыва.
«Это мог сделать демон», — подумала я.
Меч находился в другой комнате. Я оставила его рядом с демоном.
Чуть не грохнувшись на скользком полу, я со всех ног бросилась в гостиную. Меч лежал там, где я его оставила. Демон все так же сидел на диване, полуприкрыв глаза и сложив руки на коленях. В его руке я увидела листок бумаги.
Я схватила меч и выдернула его из ножен. Сверкнули зеленые искры — кольца начали реагировать на заряженный воздух. Я внимательно оглядела комнату.
Ничего. Все чисто.
«Я же слышала. Это был голос Дорин».
В наступившей тишине послышался слабый звон меча. Клинок был освящен и покрыт рунами; я потратила несколько месяцев, пропитывая его энергией и превращая в оружие не только против людей, но и против призраков; на ночь я укладывала его рядом с собой, я не расставалась с ним ни на минуту, пока в конце концов он не стал словно частью моей руки. И теперь он заговорил — он пел о крови и страхе и пытался преодолеть силовую защиту моего дома — вот почему линии слегка изогнулись.
Резко заболело левое плечо. Я взглянула на демона.
— Ты собралась сражаться? — спросил он.
По спине потек пот. Я шарила глазами по комнате. «Я слышала. Я же это слышала».
Убрав меч в ножны, я подошла к алтарю, взяла свою дорожную сумку и перекинула ее через плечо. За ножами мне придется подняться наверх.
— Я иду на второй этаж, — сказала я. — Кто-то затевает со мной игру, и мне это не нравится. Я этого терпеть не могу.
— Я не играю с тобой, — сказал демон, снова превращаясь в робота.
— Если бы ты со мной играл, то все равно ничего бы мне не сказал, — бросила я и вышла из комнаты.
«Кажется, мне придется удрать от него прямо сейчас, — подумала я. — Боже, я уйду, а демон останется в моем доме. Вот хрень!»
Быстро поднявшись наверх, я взяла кинжалы. Затем подошла к окну. Рядом с моим домом рос огромный каштан, одна ветка которого находилась прямо у окна.
Я уже перебросила ногу через подоконник, когда внезапно почувствовала на своей шее крепкую руку Джафа.
— Ты куда-то собралась? — прошептал он мне в самое ухо. Его пальцы были цепкими и очень горячими.
«О нет», — подумала я.
Глава 10
Я хотела повидаться с Гейб. Демон не возражал, поэтому мы вышли на улицу. Дождь перестал, блестел мокрый тротуар. Хорошо хоть у меня не было месячных — тогда дело вообще было бы дрянь. Терпеть не могу это состояние, оно меня ужасно раздражает, даже когда я принимаю таблетки «Эспо», чтобы остановить месячные, — я всегда так делаю, когда выхожу на задание или занята каким-то важным делом.
Мы шли по Тривизидиро-стрит; я то и дело поглядывала на демона. Гейб жила в районе бедноты, однако ее дом окружала высокая каменная стена, которую построил еще какой-то ее прапрапра… в общем, какой-то предок. Однако подлинной защитой этому дому служили биополе самой Гейб и скверный характер Эдди. Ни один, даже самый отпетый, наркоман не осмелился бы проникнуть в дом, где жили скинлин и некромант. Скинлины в основном занимаются выращиванием растений; можно сказать, они — современный вариант садовников и кухарок. Многие скинлины работают в биотехнологических фирмах, где выращивают лекарственные растения или занимаются перестроением их ДНК с помощью магии или научных методов. Скинлины встречаются так же редко, как и седайин, но все же чаще, чем некроманты; большинство же парапсихологов — шаманы. По этому поводу между церемониалами, маги и учеными-генетиками постоянно идут жаркие споры на тему: почему некроманты и седайин столь редки?
У скинлинов есть только один недостаток: в драке они совершенно теряют голову. Скинлин в гневе — это то же самое, что обезумевший наркоман: остановить его невозможно, даже если он будет ранен. А Эдди к тому же обладал великолепной реакцией и ловкостью.
Демон молча шагал возле меня. Идти рядом с ним было все равно что идти рядом с крупным диким животным.
Честно говоря, крупных диких животных я не видела, но тем не менее.
Когда мы дошли до пересечения Тривизидиро и Пятнадцатой, я не выдержала.
— Слушай, — сказала я, — хватит дуться. Я имею право быть осторожной. Ты здесь только для того, чтобы водить меня на цепочке, пока я не найду Яйцо. Потом ты вернешься к Люциферу, а я останусь один на один с Сантино. Я должна быть осторожной!
Он не ответил. Под прямыми бровями блестели зеленые глаза. Его смуглые щеки были совершенно гладкими — демонам не надо бриться. Или они бреются? Никто этого не знает. Ибо никто их об этом не спрашивал.
— Эй! — сказала я и щелкнула пальцами перед его лицом. — Ты меня слышишь?
Он молчал.
Я вздохнула и стала смотреть себе под ноги. Мы стояли у светофора — Тривизидиро была запружена воздушными автобусами и такси.
— Ладно, — наконец сказала я, пока мы дожидались сигнала светофора. — Извини. Теперь доволен?
— Ты слишком много болтаешь, — сказал он.
— Да пошел ты! — мгновенно разозлилась я.
Загорелся зеленый, и я ступила на проезжую часть, думая о том, как удеру от него после разговора с Гейб.
Внезапно левое плечо зашлось от боли. Джаф схватил меня за руку и рванул на себя, и тут же нас обдало струей горячего воздуха. Бешено засигналили машины, и мимо нас, словно серебристая стрела, явно превысив разрешенную скорость, пронесся небольшой автомобиль. От воя полицейских сирен у меня заложило уши.
