— Все, теперь слишком поздно, — сказал Джаф. — Иди принимай свой душ, я посторожу.
— Посторожишь? Никто же не знает, что я работаю на…
Я прижалась спиной к двери. «И как меня угораздило вляпаться в это дело?» — подумала я. Могу добавить, что эта мысль приходила мне в голову еще не один раз.
— Кто-нибудь мог видеть, как ты спускалась в ад, — сказал демон. — Я сварю кофе.
Я покачала головой и направилась к лестнице.
— О боги, небесные и подземные, — пробормотала я, — за что мне все это?
— У тебя репутация честного и благородного человека, — пояснил демон. — И талантливого некроманта.
Я только махнула рукой:
— Замечательно. Слушай, ты уж постарайся не поджечь дом, ладно?
— Как пожелает моя госпожа, — произнес он.
Сказать это с большей долей иронии было невозможно.
Я поднялась на второй этаж. У меня болело все тело — даже зубы. «Работала ведь не больше часа, а уже хочется в отпуск». Ведя пальцем по стене, я рассмеялась. Меч показался мне более тяжелым, чем обычно. Под нишей, где находился алтарь, я держала бутылки с питьевой водой; одну из них я прихватила с собой. Порывшись в сумке, вынула солевую таблетку. Кожа была покрыта тонкой корочкой засохшего пота. Наверное, от меня шел запах свежей выпечки. Чудо, что я не заработала тепловой удар.
Залпом выпив бутылку воды, я бросила меч на кровать и начала раздеваться. Затем, встав перед зеркалом, принялась рассматривать свое плечо.
На нем стоял какой-то незнакомый мне знак; во всяком случае, в Девяти Канонах такого не было. Я никогда не занималась демонами, поэтому не знала, что он означает. Но когда я к нему прикоснулась, он задвигался, задергался у меня под рукой — и я зашипела от боли. Внезапно в лицо ударила горячая волна.
Я смотрела на свою кухню, словно сквозь стекло; знакомые предметы двигались, расплывались у меня перед глазами, испуская неземной свет. Он смотрел на мою духовку…
Задыхаясь, я упала на колени. «Я о таком читала, — подумала я. — Это называется смотреть на мир глазами другого существа. Дыши, Дэнни. Дыши. Вдох — выдох. Ты же делала это всю свою жизнь. Просто дыши, и все». Керамические плитки давили на мои колени, я уперлась лбом в край ванны. В воздухе плавал пар. «О боги, — подумала я. — Так вот что чувствуешь, когда… о господи. Вот ведь хрень. Все, больше не могу. С меня хватит».
Отныне я тесно связана с миром демонов. Все маги, наверное, сейчас умирают от зависти: это же их голубая мечта — заключить сделку с кем-нибудь из обитателей преисподней. Я этими вопросами никогда не интересовалась — у меня было полно других забот. Однако те, кто занимается оккультными науками, — довольно странное племя; впрочем, многие из нас любят поиграть с такими вещами, когда позволяет время. Кроме того, обычные маги помимо своих традиционных дисциплин включают в программу обучения и то, что связано с оккультизмом, — колдовство шаманов, ведьм, странников, церемониалов, скинлинов… и некромантов. В конце концов, именно маги возродили оккультные науки, когда пришло время Пробуждения и был издан Указ о парапсихологии. Выходит, я играючи получила то, над чем маги трудились годами — и что было мне совершенно не нужно. Вся эта история только усугубляла дерьмовое положение, в котором я оказалась.
Пар волнами плавал по ванной. Я подняла голову — из душа лилась вода. Я попусту трачу горячую воду.
Встряхнувшись, я сбросила с себя одежду, встала под душ и с блаженным вздохом распустила волосы. Годами мне приходилось красить их в черный цвет, чтобы соответствовать внешнему виду студентки Академии. Правда, иногда мне хотелось разнообразия, и я подумывала о том, чтобы сделать себе малиновые или еще какие-нибудь пряди. Или вообще обриться наголо. Когда я была маленькой и училась в школе, всем девочкам полагалось носить коротко остриженные волосы (правда, к секс-ведьмочкам это не относилось). Поступив в Академию, я прежде всего начала старательно отращивать волосы; думаю, этим я хотела показать, что больше не желаю подчиняться ничьим правилам, кроме правил своей профессии. Пожалуй, малиновые пряди будут мне к липу.
В школе я была серенькой блондиночкой. Постоянно красить волосы, чтобы они подходили к старомодному платью, — не лучшее занятие для девочки, но я терпела, ибо знала: я буду некроманткой, то есть членом одной узкой, но очень сплоченной группы. Считалось, что мы должны выглядеть одинаково, быть легко узнаваемыми, иметь темные волосы и вживленные в кожу изумруды, а также носить татуировку и всегда ходить с мечом, как шаманы со своим посохом.
«Когда уволюсь, перестану красить волосы и снова стану блондинкой», — подумала я, и вдруг меня пронзило страшное ощущение нереальности происходящего. Я сползла вниз, стуча зубами.
Дрожащим пальцем я вывела на полу знак «сила». На какое-то мгновение он загорелся красным — я была на грани шока. Если сейчас у меня случится шок, что сделает демон?
Вымывшись, я вытерлась полотенцем и зашлепала в спальню. Там я быстро оделась и сунула ноги в свои любимые сапоги. Знак на плече больше не болел — так, немного ныл; слабое свечение энергии проступало сквозь мое биополе, словно я была демоном, отмеченным особым видением. В моей яркой, сверкающей ауре, которая была у всех некромантов, вспыхивали маленькие черные огоньки; я четко видела знак на своем плече — темное пульсирующее пятно.
«Отлично. Это значительно облегчит работу», — подумала я и вздохнула. Хотелось есть. В животе заурчало; еще бы — там ведь не осталось ни крошки пищи. Я зевнула, потянулась, взяла меч и бросила грязную одежду в корзину с бельем.
Затем подошла к сейфу с бумагами и провела пальцем по замкам на выдвижном ящике. Замки — и электронные, и магические — сразу открылись. Я выдвинула ящик и, покопавшись, достала из него то, что искала. У меня не было времени на размышления.
Красная папка. Секунду подержав ее дрожащей рукой, я задвинула ящик. Взяла с кровати дорожную сумку и немного постояла, пытаясь унять дрожь в коленях, низко опустив голову и тяжело дыша, как загнанная скаковая лошадь.
Когда дыхание стало ровным, я спустилась по лестнице, задержавшись на мгновение, чтобы дотронуться до фигурки Анубиса, которая стояла у меня в маленьком углублении в стене. Если останусь в живых, обязательно воскурю перед ним свечу.
Я нашла демона на кухне; он молча, с ужасом созерцал кофеварку. Сейчас, с этим мрачным выражением лица, он выглядел совсем как обычный человек.
— Ты что? — спросила я.
— Ты пьешь замороженные напитки? — спросил он с таким видом, словно обнаружил, что я приношу младенцев в жертву Яхве.
