творится какая-то каша. Одна часть меня говорит, что нужно отодвинуться на другой конец дивана и желательно прикрыться пледом, а другая, более испорченная, твердит, что стоит расстегнуть рубашку как минимум еще на одну пуговицу и в разговоре с Антоном тренировать соблазнительный взгляд Анджелины.
— Ты ничего интересного не пропустил, — весело сообщаю я, когда он возвращается в гостиную.
Антон застывает перед диваном на несколько секунд, и потом, глубоко вздохнув, словно принял какое-то сложное решение, садится рядом. Его бедро прижимается с моему, рука уверенно обнимает плечи.
Сердце срывается вскачь, позвоночник деревенеет.
— Перешел в наступление? — бормочу я в попытке скрыть волнение за шуткой.
— Вроде того, — шепотом отвечает он и давлением ладони поворачивает мою голову к себе. Его губы соединяются с моими. Нежно, но настойчиво.
Я закрываю глаза, отдаваясь во власть этого поцелуя. Будь, что будет, — мелькает в голове. Слава богу, с чужим языком во рту думать получается гораздо меньше.
17
Я понимаю, что поцелуй становится чем-то большим, лишь когда голова касается подушки. Прямых намеков на секс от Антона до этого момента не было. Он не пытался лапать грудь или хватать меня за бедра как это обычно делают особо резвые типы на первых свиданиях — ему словно достаточно одного поцелуя. И такое отсутствие настойчивости снова имеет противоположный эффект. Если еще недавно я отрицала возможность секса между нами, то теперь мне упрямо его хочется. А когда мне чего-то хочется — я могу быть очень деятельной.
— Хочешь меня? — провокационным шепотом спрашиваю я, подставляя шею для поцелуя.
— Очень, — тихо отвечает Антон и, коснувшись ее губами, добавляет. — Хочу с первого дня как тебя увидел.
Улыбнувшись такому признанию, я зажмуриваюсь, чтобы поймать нужный настрой. После расставания с Арсеном мне казалось, что я никогда не смогу заняться с кем-то сексом. Потому что у нового партнера не будет родного мне запаха, не будет такого до мелочей знакомого тела, и главное — между нами не будет доверия, наработанного годами. А в сексе это важно.
Но каким-то чудесным образом, не потребовались годы, чтобы проникнуться к Антону доверием. Я доверяю ему прямо здесь и сейчас, просто так, авансом. Потому что он так трепетно относится ко мне и смотрит с таким неподдельным восторгом.
И запах мне его тоже нравится. Он не такой как у Арсена, но тоже приятный. Возбуждающий. А что касается тела…
— Вот это у тебя пресс… — мои руки застывают под его задранной футболкой, глаза удивленно распахиваются.
Тут действительно есть чему удивиться. У Антона на животе кубики! Спросите, когда я в последний раз я трогала кубики? В садике, будучи ребенком! Правда они были пластмассовыми. А эти, твердые, горячие, рельефные, находятся прямо под моими пальцами. Живя с крупногабаритным Арсеном, я была уверена, что такие можно встретить только на европейских пляжах и в мужских журналах.
— Приму это за комплимент. Правда я думал, что ты немного раньше впечатлилась. Когда ворвалась ко мне в кабинет без стука.
— Во-первых, я постучала! — с шутливым возмущение возражаю я. — Во-вторых, я специально не смотрела, чтобы не портить о тебе впечатление. Боялась увидеть торчащий белый живот.
Антон смеется.
— Рад тебя не разочаровать.
Это короткий разговор немного отвлекает от основного занятия, поэтому целоваться приходится с новым рвением. Рука Антона нежно скользит по моему животу вверх и впервые касается груди. Он осторожно ее гладит, надавливает на сосок. В ответ я обвиваю ногами его бедра. С ним мне все непривычно, но по-крайней мере не страшно.
Осмелев, я запускаю кончики пальцев под пояс его джинсов, слегка царапаю кожу, нащупываю ширинку. Лоб Антона на мгновение прижимается к моему виску, он глухо стонет. Между ног бьет разрядом напряжения от открытого признания в том, насколько сильно он возбужден.
Время в комнате ускоряется: поцелуй становится глубже и интенсивнее, сдвоенное дыхание более шумным и тяжелым, а прикосновения — смелее и откровеннее. Антон торопливо стягивает с меня джинсы, я избавляю его от футболки.
Тело у него красивое — охренеть. Выше всяких похвал и ожиданий. Твердое, рельефное, мускулистое. Не знаю, каким будет секс, но раздеться стоило хотя бы ради того, чтобы на это взглянуть.
— У тебя такая грудь красивая, — шепчет Антон, глядя на меня сверху.
У тебя тоже, — хочется ответить мне, но я вовремя сдерживаюсь. Сейчас это лишнее.
Кажется, прошли десятки лет с тех пор, как мужской рот касался моего тела. Секс с Арсеном давно перестал включать себя прелюдии и ласки. И уж тем более — оральные.
— Сильнее, — требую я и беззвучно охаю. Губы Антона смыкаются на моем соске сильнее, сдавливают, посасывают, заставляя меня извиваться.
В полубреду от накатившего возбуждения я скольжу рукой вниз по его животу и с после небольшой трусливой паузы, обхватываю член. Он другой, не такой, к которому я привыкла за десятилетие. К счастью, хорошего размера и очень твердый.
— Трахни меня, — требую я, медленно водя пальцами от основания до вершины.
Не сказать, чтобы в сексе я была разговорчивой, но сейчас молчать почему-то сложно.
— Трахну конечно, — хрипло обещает Антон, направляя головку мне между ног.
Толчок, влажный звук, запрокинутая голова, мой всхлип… Привет, мой третий половой партнер.
— Все в порядке? — тяжело дыша, Антон разглядывает мое лицо.
Такая забота кажется мне трогательной, поэтому я улыбаюсь.
— Да, не останавливайся.
Он толкается в меня снова, уже сильнее и увереннее. Потом еще и еще, быстро наращивая темп. Уютная тишина гостиной оглашается чередой пошлых звонких шлепков и моими вскриками. Отпустив себя, я царапаю его плечи, задницу, спину. Трогать Антона приятно. Его тело идеально твердое, кожа гладкая. Даже моя не такая, при том как каждое утро я щедро удобряю ее кремами.
— Сможешь кончить?
Не успев подумать, я киваю. Вообще, кончаю я обычно наедине с собой, а в сексе мне удается это делать крайне редко. От силы, пару раз за всю жизнь.
Закусив губу, я смачивая пальцы слюной и проталкиваю между нами. Взгляд Антона как по команде перемещается ниже и застывает. Зажмурившись, я ласкаю клитор, пока его член ходит внутри меня.
— Нравится смотреть? — хриплю, не открывая глаз.
— Да, — также хрипло звучит в ответ.
— А трахать меня нравится?
— Очень. Я очень давно об этом мечтал.
На этом диалог приходится прервать. Знакомое ощущение, поднимающееся из недр тела, усиливается с каждым мгновением, нагнетая между ног сладкую ноющую тяжесть. В голове яркими буквами вспыхивает: «Я, что, смогу кончить? Вот так просто? С малознакомым человеком? В наш первый раз?»
