проблему. Я не игрок, Яна. Это случайность. И такого больше не повторится. Обещаю тебе.
– Ты использовал меня!
– Конечно, нет! Что за глупости! Я встретил тебя и полюбил с первого взгляда. Да, по глупости с парнями влез в это все. Мне нужно был сразу признаться во всем отцу, но я до последнего думал, что сам решу эти проблемы.
– Я могла потерять ребенка, Саша…
– С вами все будет хорошо. Я тебе обещаю! Вам больше ничего не угрожает. Мы поживем какое-то время у отца. Я виноват, Яна, но я не хочу тебя потерять, – он взял мою руку, смотрел в глаза с такой надеждой. Когда ты позвонила мне, и они сказали, что ты у них, я думал, мое сердце остановится… – я всхлипнула. – Я люблю тебя, малыш. Прости меня… Клянусь, это было в первый и последний раз. Ты родишь мне малыша, и мы будем настоящей семьей. Я куплю нам новую квартиру. Потом мы поженимся. Ты мне веришь?
– На деньги отца? Или будешь снова ввязываться в авантюры? – я почти не видела его лица из-за слез, которые катились по моим щекам.
– Больше никаких авантюр. Отец предложил мне начать свое дело. Дал денег. Теперь у нас все будет хорошо.
– Я… Я не знаю, Саш… Я не уверена, что так быстро отойду от этого всего. Мне… Мне нужно время.
– В любом случае одну тебя я не оставлю. Какое-то время мы поживем отца, так будет лучше, – кивнул Саша и тяжело вздохнул. – Понимаю, обратно вернуть доверие будет непросто, но я буду стараться.
Возвращаться в свою квартиру я не хотела, а на поиски новой требовалось время. Верить Саше тоже было очень тяжело. Оставалось принять его помощь и попытаться поговорить с Кириллом начистоту.
18
Яна
Сердиться на Сашу было сложно, потому что он каждый день навещал меня в больнице, заваливал цветами и разными вкусностями и каждую минуту вымаливал прощение за свою ошибку. Рассказывал, как сожалеет, как сходит с ума при мысли, что со мной или с ребенком могло что-то случиться.
Постепенно ужас пережитого отступал, и я приходила в норму. Страх за ребёнка тоже проходил, к тому же врачи говорили, что все в порядке и волноваться не о чем. Главное, беречься и не нервничать. Но как мне сохранять спокойствие, если после выписки предстоит поселиться в одном доме с Кириллом?
К моему большому облегчению, отец Саши не появлялся в больнице. Первое время я вздрагивала каждый раз, когда медсестры сообщали, что ко мне посетитель. Позже осознала, что ожидать того, что Кирилл навестит меня, было полным идиотизмом. Между мной и Сашиным отцом все предельно ясно. Наша встреча с ним – огромная ошибка. Я должна забыть, что между нами было, и жить дальше, не оглядываясь на прошлое. Иначе можно сойти с ума.
И все-таки у меня никак не получалось выкинуть из головы выражение лица Кирилла, когда узнал, что я беременна. Мысли о том, что я лгу ему об отцовстве, возможные последствия этого сводили меня с ума. Иногда мне казалось, что лучше всего бросить Сашу, уехать куда-нибудь подальше и никогда не видеть обоих мужчин.
Но на такой решительный поступок не хватало смелости. Я старалась реально смотреть на вещи: у меня не было никаких сбережений, семья меня вряд ли поддержит, а одна я не справлюсь. Мама растила меня без отца, и я помню, как тяжело ей приходилось: она бралась за любую работу, чтобы нас прокормить, а я часто оставалась одна. Но дело заключалось не только в этом, а в том, что я не могла так сильно ранить маму. Больше всего на свете она боялась, что я повторю ее судьбу. Сейчас она наконец устроила свое женское счастье. Поехала в отпуск, познакомилась с мужчиной и очень счастлива. Мне хотелось, чтобы мама думала, что у меня все отлично.
* * *
В день выписки я ходила взад-вперед по палате, ожидая Сашу, который должен был меня забрать и отвезти домой к Кириллу. То, что он опаздывал, добавляло мне нервозности, я была как на иголках. Все эти дни он появлялся ровно в то время, которое обещал, и вот сегодня, когда я хотела поскорее покинуть эти больничные стены, смыть себя въевшийся запах медикаментов, Саша заставляет меня переживать. Вдруг опять что-то произошло? Наверное, теперь каждый раз, когда Саша будет опаздывать или не брать трубку, я буду думать о чем-то жутком!
К моему удивлению, в палату вошел Кирилл. Окинул меня внимательным взглядом, от которого захотелось съежиться. Я невольно отступила на шаг назад и опустила голову. Неизменная реакция на этого мужчину. Полное смятение, ступор. Всегда излучающий силу, уверенность, всегда безукоризненно одетый и невероятно красивый. И я… В спортивных штанах и толстовке, с пучком на голове и без макияжа.
– Здравствуй, Яна. Извини, что заставил ждать. Саша не приехал за тобой по моей вине. Сегодня на работе важное совещание, сыну нужно на нём присутствовать. К сожалению, это совпало с твоей выпиской. Все претензии адресуй мне, – уголок его рта дернулся вверх, серые глаза потеплели.
– Спасибо, что вы приехали, – я попыталась улыбнуться. Сердце колотилось так, что Кирилл мог услышать. И напоминания о том, что мне нельзя волноваться не помогали.
– Это все твои вещи? – Кирилл подхватил сумку, стоящую на кровати. – Хорошо, пойдём. Я припарковался прямо у входа.
По пути к главному выходу я ловила заинтересованные взгляды персонала. Медсестры едва ли не облизывались, оглядывая Стоцкого. На меня же бросали завистливые взгляды. Кирилл притягивал всех как магнит.
Кирилл галантно открыл дверь своей машины, помог мне сесть. Рядом с ним у меня всегда было ощущение, что я всё делаю не так. Недостаточно правильно, недостаточно грациозно. Почему мне так неуютно в его присутствии? Эта реакция меня пугала. Если я действительно неравнодушна к этому мужчине, разве можно в этом случае оставаться с Сашей?
Первое время мы ехали в молчании.
– Никак не могу привыкнуть, что ты беременна, – неожиданно произнес Кирилл и, сощурившись, посмотрел на меня.
– Понимаю, – я с трудом сглотнула ком в горле. Снова повисла пауза. Я не знала что сказать.
– Я порой бываю чересчур категоричным – издержки ведения бизнеса. Не принимай на свой счет. Лезть в личную жизнь сына я не планирую.
Его твердый голос немного утихомирил бурю внутри меня. От Кирилла исходила невероятная энергетика. Невозможно было противиться ей. Я тихо выдохнула и снова уставилась в окно.
Молчание
