— А почему не барон? — тупо спросил Слава — потому что должен был хоть что-то сказать на все восторги своей девушки.
Лиза ошеломленно откинулась назад, словно он вдруг толкнул ее или изрыгнул величайшую непристойность. Даже поморгала, будто отгоняя какое-то видение.
— Потому что бароном был мой муж…брат к тому времени уже стал одним из нас…
— Ты была замужем?.. — теперь была очередь Славы опешить.
Елизавета внезапно стала розовой, подобно лотосу в лучах луны. Для белой кожи вампира этот цвет означал кумачово-красный. Тонкие пальцы с такой силой сжали подвеску качели, что та покорно изогнулась, будто пластилин…
Хрупкая девушка…
…и до крайности смущенная.
— Д-да… — запнувшись, прошептала она. — Это…неприятная история…
Слава заботливо положил свою руку поверх ее судорожно сжатых пальцев.
— Ты так ненавидела мужа?
Баронесса покраснела еще больше, хотя для вампиров такой цвет казался невозможным.
— Нет… — выдавила она. — Я его…любила! Слава, я даже сейчас об этом говорю, потому что…нечестно предавать память тех, кто был нам дорог! Ты не ревнуешь?
— Нет… — юноша покачал головой. — Вовсе нет. Я тебя понимаю. Прости. Но что же тогда неприятного?.. Он не стал одним из вас?..
Лиза усмехнулась.
— Если бы я могла забрать его с собой!.. Но…Карл был резко против. Карл…его можно понять. Он ненавидел Констана…
— Почему?..
Девушка судорожно вздохнула.
— Из-за титула? — предположил парень. — Он злился, что умер, и потому его замок наследовал твой муж?..
— Нет, — слабо улыбнулась вампирка. — Мой муж наследовал…меня. Карл не мог простить ему именно это. Честно скажу: если бы мы с Чарльзом родились хотя бы двоюродными, кто мог бы встать между нами?.. Именно поэтому мнение Чарли значит для меня больше, чем чувства к какому бы то ни было мужчине. И мое для него — больше, чем его привязанность к любой из женщин…
Слава невольно распахнул рот. А Лиза, будто не замечая, пожала плечами:
— «Инцест» — нехорошее слово. Ни один из нас не опорочил бы так свой род. И речи быть не может! Но что мешает нам чувствовать то, что мы чувствуем?.. — нежность зажгла тихий, мягкий свет в ее глазах.
Слава ощущал, что чего-то не понимает.
— Разве можно любить одновременно двух?..
— Да! По-разному…
— А я?.. Кто для тебя важнее?..
— Брат, — жестко и холодно отрезала Елизавета. Слава опустил голову.
— Прости…
— Ты мог и не спрашивать.
— А…если сравнивать с Констаном?..
— Слава! Зачем обязательно сравнивать?.. — изумилась баронесса. — Констан давно мертв! Не знаю… Я любила его. И я люблю тебя…
— Чем же нехороша тебе история твоего замужества?..
Лиза стиснула зубы.
— Хорошо… — почти прошипела она. — Нравы твоего времени, мой рыцарь, до крайности распущенны, поэтому ты вряд ли поймешь мой стыд…весь ужас ситуации, в которой оказалась я, наивная девчонка, наследница старинного, богатого рода, завидная невеста для любого! Как я обязана была беречь свою честь!.. А я… Представь себе прекрасного, блестящего офицера, рыцаря, победителя турнира… XIV век! Констан бывал в Святой Земле, много путешествовал… В нем было столько шарма! Я не могла устоять… — баронесса закусила губы, а в глазах лунными бликами блеснули слезы. — Мой брат был в отъезде, отец болел и не покидал своей комнаты… Я сама вела все хозяйство… До сих пор я оправдывала доверие к себе и любовь своих близких… А увидев Констана…позабыла обо всем!
Потом…потом отец счел за счастье, что Констан посватался ко мне. Констан был человеком чести и он воистину любил меня! А могло бы быть совсем иначе…я всегда буду благодарна ему…за его честность и великодушие. За его любовь…
Конечно, это была вовсе не та партия, что планировал мой отец, но другого выхода глупая девчонка ему не оставила! По крайней мере, для меня то был брак по любви…
Мы обожали друг друга. У нас родились двойняшки: мальчик и девочка. Мы были даже счастливы…
— А потом?
— А потом вернулся мой брат, Карл, — пожала плечами девушка. — Сам понимаешь, как он отнесся к моему мужу. Тогда ни я, ни Констан и помыслить не могли, кем стал баронет, наследник замка! И не могли мы также помыслить, что вернулся он не один, а с Фрэнки… Фрэнсис, его друг-англичанин, один из старейших вампиров… Ты с ним тоже познакомишься… Именно он сделал Карла одним из нас!
— И?..
— И Чарли первым делом позаботился обо мне… Констан на похоронах рыдал, как безумец… Говорят, его никто не мог утешить.
— А дети?..
— Дочь благополучно вышла замуж, — пожала Елизавета плечами. — Сын женился. Он выполнил свой долг, продолжив наш род… Ведь после той истории выяснилось, кем стал баронет. Титул барона унаследовал Констан…и наш сын. Я долго еще наблюдала за своими потомками, хотя Карла это всегда злило… — Лиза смешливо фыркнула. — Но ничего не поделаешь, дети — это святое! Это единственное, что могло по-настоящему встать между нами…к счастью, Чарльз вовремя это понял — и примирился с моей заботой о правнуках. Сколько моих портретов разных веков висит в стенах нашего замка!.. Жаль, все кончилось глупо!
— Как?..
— Ну… — Лиза внезапно недовольно и весьма резко поморщилась. Видимо, история действительно была неприятной. И, видимо, баронесса не желала сказать всю правду. Слава уже выучил все мельчайшие оттенки выражений ее лица, все сопутствующие им изменения ее настроения… — Представь, какой-то деревенщина, сельский учитель…вроде вашего великолепного мистера Фоулна, взял на себя труд…непонятно, с чего…просмотреть все замковые и церковные архивы…увидел портреты… и меня…словом…Чарльз сумел вовремя скрыться, а я… Меня загнали в склеп на два с половиной века…
Лиз медленно разжала сжатую ладонь и плавно провела ею по шелку юбки. А потом внимательно, изучающе, поглядела на почти незримые штрихи линий на белой ладони…
— Нет, Фоулн и Влад не похожи, но… — и она умолкла. — Венгрия?.. Как странно… Совпадение?.. Веришь в реинкарнацию?..
Это не был требующий ответа вопрос, и Слава промолчал…
Однако кое-что прояснялось. Возможно, в понимании Лизы жестокость к тренеру была вызвана малопонятным для человека сведением счетов: бедняга имел несчастье напомнить ей давно умершего Влада, сельского учителя и охотника на вампиров. Что связывало их тогда, два века назад? Вячеслав готов был поклясться, что баронесса не рассказала и десятой доли правды!
— Ты встречалась со своим мужем…потом? — решил перевести разговор парень.
— Потом?.. — нахмурилась она, не сразу поняв. Но тут же сообразила, что имел в виду собеседник. — Нет. Зачем было его тревожить?.. Констану и без того досталось. Он безумно переживал…узнай он, что я «не упокоилась», кто знает, что могло бы произойти?.. Я бы не хотела, чтобы между нами началась война: либо я, либо он…а он постарался бы из любви дать мне «покой». В его понимании он спасал бы меня… Муж и так отчаянно противился подобным слухам: будучи юной и неопытной, я не могла первое время не оставлять следов, поэтому крестьяне довольно скоро зашептали по углам, что госпожа «неспокойная»… Констан свирепел! — Лиза улыбнулась. — Так что… я просто не хотела его убивать. А уж тем более — погибнуть от его руки!
