– Вам не понравился ужин? – спросила официантка. Взгляд ее показался Лане слишком колким, слишком внимательным.
– Нет, с ужином все в порядке, – соврала Лана.
Официантка кивнула, но продолжила наблюдать за ней. Освободился дальний столик. Мужчина и женщина средних лет прошли мимо Ланы. Походка у них была грузной, усталой. Звякнул колокольчик над входной дверью. Их силуэты проглотила ночь. До боли в глазах Лана вглядывалась в темноту за большими окнами кафе, но ничего не увидела. За спиной заскрипел стул, послышалось шипение. Толстяк поднялся на ноги, промокнул вспотевший лоб носовым платком, ушел. Лана осталась один на один с этой странной, следящей за ней официанткой.
– Можно мне счет? – попросила она.
– Ужин за счет отеля, – официантка улыбнулась сухо, безжизненно. Лана кивнула, вышла на улицу.
Ночь, одинокий фонарь. Кто-то зовет ее по имени. Лана подумала, что ослышалась, вгляделась в темноту. Ничего. Никого. Остается лишь тихо выругаться, вернуться в коттедж. Тьма. Протянуть руку к выключателю.
– Не нужно, – услышала Лана, вздрогнула, замерла.
Авери Шилд сидел на ее кровати. Свет фонаря проникал в окно, освещал его лицо.
– Что вы здесь делаете?
– Не кричи. Они могут услышать нас.
– О ком вы говорите?
– Разве ты еще не поняла, что это за место?
– Что я должна была понять? – Лана увидела, как Авери Шилд поднялся на ноги, прижалась спиной к двери. Шилд подошел к ней, заглянул ей в глаза. Она чувствовала его дыхание. Чувствовала запах его одеколона.
– Мы все застряли здесь, черт возьми! – в голосе Авери Шилда появилось отчаяние, передавшееся Лане, словно вирус.
– Это кафе, где мы были… – она до крови прикусила губы. – Его ведь не было днем, верно?
– Ничего не было днем. Даже озера… Такого озера, каким оно стало сейчас. Ты знала, что вода в нем черная?
– Я видела только девушку, которая пропала в нем… – Лана почувствовала липкое прикосновение страха между лопаток. – Думаете, эта девушка мертва?
– Думаю, не было никакой девушки. Или же ее создало озеро, чтобы заманить вас. Со мной такое уже было. Иллюзии. Они повсюду. Ничему нельзя верить, никому нельзя доверять.
– Вы пили? – спросила Авери Шилда Лана. – Потому что я лучше поверю в то, что вы пьяны, чем в то, что вы безумны.
– Пьян? – Авери Шилд громко рассмеялся. От этого смеха у Ланы по спине побежали мурашки.
– Пожалуйста, перестаньте, – попросила она. Шилд не обратил на ее просьбу внимания – наоборот, его смех стал еще более громким, почти надрывным. – Хватит! – крикнула Лана, поняла, что Авери Шилд не слышит ее, влепила ему пощечину. Истерика прекратилась. Шилд замолчал, смерил Лану растерянным взглядом, отвернулся, достал пачку сигарет.
– Спасибо, – буркнул он, закурил, выглянул в окно, убедился, что во дворе никого нет, сел на край кровати. Лана почему-то тоже выглянула во двор, словно уже авансом поверила своему новому другу.
– Давно вы здесь? – спросила она, поворачиваясь к Шилду. Он пожал плечами. – Неделя, месяц, год?
– Не знаю. – Он нервно затянулся сигаретой. – Здесь время идет совсем не так, как в реальном мире. Ты уже видела озеро, видела портреты Моски повсюду. И эта ночь… Она никогда не кончается.
– Что значит «не кончается»? – Лана недоверчиво посмотрела на свои часы. Стрелки показывали полночь. – Что за черт? Что это значит?
– День не настанет. Сколько бы ни прошло времени, ночь будет длиться вечно.
– Но… – Лана снова выглянула в окно. Нет. Она не хотела в это верить, не могла. Наверное, это розыгрыш, или сон, или просто усталость, не позволившая ей заметить кафе вечером. А Шилд… Шилд может стать заложником своих фантазий, алкоголя, наркотиков… Ее это не заботит. – Знаете, что я сейчас сделаю? – спросила Лана Авери Шилда. – Поймаю такси и уберусь из этого города сейчас же. – Она увидела ироничную улыбку на лице Авери Шилда. – Думаете, я не смогу этого сделать?
– Нет.
– Здесь есть аэропорт. Я могу улететь назад в Массачусетс. Я знаю, что могу. Увидите…
Взяв сумку, Лана покинула коттедж. Она не знала, как вызвать здесь такси и есть ли в этом городе вообще такси, но это ее не останавливало. До аэропорта можно дойти пешком. Ничего страшного не случится. Она изучила этот город достаточно хорошо, когда писала статью, чтобы заблудиться здесь. Пара поворотов, пара улиц. Лана остановилась – прямо впереди стоял отель «Голубой горизонт». Неужели она свернула где-то не там? Нет. Не может быть. Лана вернулась назад. Снова отель. Любой поворот, любая улица вели в «Голубой горизонт». Лана почувствовала головокружение от этой неизбежности.
– Теперь ты мне веришь? – спросил Авери Шилд, когда она вернулась в коттедж.
– Что это за место, черт возьми?! – Лана увидела, как Шилд беспомощно всплеснул руками, и разозлилась сильнее. – Это как-то связано с Кэсиди Клири?
– Ну, так как мы застряли в отеле, где она совершила все свои убийства, то, думаю, да.
– Почему? Почему мы? – Лана отчаянно не хотела верить в происходящее. – И как такое вообще возможно? Это что, иллюзия, обман, розыгрыш? Что-то у нас в голове? – она снова выглянула за окно. – Черт!
– Может быть, это просто ночь? Просто темнота? – осторожно предположил Авери Шилд.
– Как в глазах Кэсиди Клири? – мурашки снова пробежали по спине Ланы.
– Ты видела Кэсиди Клири? – оживился Авери Шилд. Лана рассказала ему о своей статье, рассказала о поездке в психиатрическую клинику имени Питера Андерсона в Пасадене. – Так ты говоришь, что со дня трагедии в «Голубом горизонте» прошло уже десять лет? – спросил Авери Шилд. В его глазах блестела растерянность. Лана вздрогнула.
– Как долго вы уже здесь, в этой тьме? – спросила она.
– Дольше, чем думал. – Авери Шилд закурил еще одну сигарету. Его отчаяние передалось Лане.
– Нет. Не может быть, – затрясла она головой. – Должен же быть какой-то выход! Вы не могли пробыть здесь так долго и ничего не найти! Ведь так? – она подошла к Шилду, заглянула ему в глаза. – Хоть что-нибудь?
– Я не знаю. – Теперь на его лице отражалась боль. – Если идти вдоль берега озера, мимо этих чертовых рекламных щитов Хэйгена Моски, то отель не вернется.
– Вот видите! – оживилась Лана.
– Но не будет и ничего другого. Лишь тьма станет более густой, более материальной.
– А потом?
– Я не знаю.
– Должна же эта дорога вывести хоть куда-то!
– Я боялся, что она приведет меня в место еще более страшное, чем это.
– Что может быть страшнее этого?
– Здесь можно жить.
– Жить?! – Лана истерично рассмеялась. – Год за годом спать и ужинать в несуществующем кафе? Гулять по единственной улице?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
