– Трусливые бабы! Скоты! – заорал пират и двинулся на команду с обнажённым палашом, но его встретил частокол из обнажённых сабель.
– Тебе нужна его жизнь? Так пойди и возьми её, а мы посмотрим. Мы долго слушали, как ты бился с графом, так покажи, как это было, – бросил шкипер, почувствовав поддержку команды, и дерзко выступил вперёд.
С ненавистью посмотрев на своих людей, Велиас круто развернулся и направился к развалинам. На пороге он замер, прислушиваясь и ожидая атаки. Но всё было тихо, как будто замерло.
Набрав в грудь воздуха, словно собираясь нырять, пират шагнул в полумрак развалин. Пройдя памятными коридорами, он наткнулся на обезглавленные тела своих людей. Бегло осмотрев раны и убедившись, что они нанесены человеческим оружием, Велиас с ненавистью произнёс:
– Трусливый акулий корм! – И быстро двинулся к лестнице.
Ослеплённый ненавистью, он не заметил, как вслед ему недобро блеснули внимательные глаза. Взбежав на балкон, Велиас остановился перед незнакомцем и внимательно посмотрел ему в лицо. Вздрогнув от неожиданности, он непроизвольно попятился, сделав знак, отгоняющий злых духов.
– Не может быть! Ты умер!
– Что, Велиас? Страшно? Страшно увидеть лицо, которое видел много лет назад? Страшно вспоминать, как убил человека, скованного магией?
– Кто ты?
– Тот, чьего отца ты убил, призвав на помощь силы зла. Тот, чью мать ты хотел опозорить, а когда это не получилось, приказал тащить за кораблём, чтобы её тело рвали акулы. Она была ещё жива! Тот, кого ты продал в рабство, надеясь, что пытками и побоями сломил его тело и душу. Сегодня ты ответишь за всё. Это наш бой. Только твой и мой.
Юноша говорил в полный голос, и его слышали все. Пираты замерли, глядя на них и размышляя о судьбе и роке. Велиас вскинул палаш, намереваясь покончить с мальчишкой одним ударом, но сталь наткнулась на сталь, и глаза пирата удивлённо расширились, когда он парировал ответный удар.
Сила его была такова, что рука, державшая палаш, занемела до самого плеча. Пират растерялся ещё больше, когда понял, что вынужден отступать под градом обрушившихся на него ударов.
Уже не помышляя о нападении, Велиас с трудом сдерживал атаки юноши. Но слишком много схваток было у него за спиной, чтобы вот так легко сдаться. Сосредоточившись, он удвоил усилия, одновременно нашаривая за спиной кинжал.
Улучив момент, он отскочил назад и метнул в противника кинжал. Удивление сменилось ужасом, когда он увидел, что юноша, чуть отклонившись корпусом, перехватил оружие левой рукой, словно выдернув его из воздуха. Небрежно отбросив кинжал в сторону, он презрительно усмехнулся:
– Ты всегда был подлой душой. Даже сейчас не можешь сразиться, как подобает мужчине. Дерись! Дерись или просто перережь себе горло. Трусливая тварь!
Забыв от ярости всё на свете, Велиас с диким воплем кинулся в атаку. Снова зазвенела сталь, и появилась первая кровь. Клинок пирата зацепил щёку юного графа. Ободрённый удачей, Велиас увеличил скорость, пытаясь измотать противника. Не дрогнув, Вульф нанёс ответный удар, и на груди пирата рубашка стала набухать кровью.
Не помогла даже испытанная кольчуга. Велиас вспомнил, что меч в руках отца делал то же самое. Он долго искал этот клинок среди пожарища, но тот словно испарился. И вот теперь этот меч снова поднят против него.
Сталь высекала золотистые искры, сплетая смертоносную сеть. Палаш пирата, прослуживший ему много лет верой и правдой, был покрыт зазубринами. Наконец, не выдержав особо сильного удара, палаш переломился у самой рукояти.
С ненавистью посмотрев на противника, Велиас швырнул рукоять ему в лицо и бросился бежать. Отбив мечом брошенный в него обломок, Вульф бросился следом. Скопа собрался встать на пути у пирата, но Вульф знаком остановил его и выскочил следом за противником на улицу.
– Меч! – заорал пират и, схватив протянутую саблю, кинулся в атаку.
– Окружайте его! Нападайте! – хрипел Велиас своим подручным. Пираты, сообразив, что противник покинул развалины, скопом бросились в атаку. Выбежавший следом за Вульфом Скопа, не раздумывая, бросился в драку.
Он успел выхватить кинжал и теперь дрался как истинный берсерк, презирая боль и опасность. Пираты разделились, нападая на друзей, но очень скоро поняли, что это не просто люди.
Скорость и мастерство владения оружием превосходило все мыслимые возможности. Вскоре команда уменьшилась на треть, затем на половину и, наконец, дрогнув, отступила. Даже не пытаясь воспользоваться передышкой, друзья устремились в атаку.
Самые малодушные попытались бежать, но в воротах их встретили два огромных пса, повадками больше напоминавшие волков. Их атаки были тем ужаснее, что бросались они молча, издавая глухое рычание, только вцепившись в жертву.
Несколько яростных прыжков – и у ворот остались лежать пять трупов. Взвыв, как проклятые души, пираты бросились обратно во двор. Вульф вновь оказался лицом к лицу с Велиасом.
Ярость юноши достигла апогея, и теперь он дрался так, что пират с ужасом взглянул в глаза собственной смерти. Легко отбивая все выпады пирата, Вульф просто кромсал его, нанося неглубокие, но болезненные раны.
От этих порезов не защищала даже кольчуга. Старинный клинок резал стальные кольца, как пергамент. Вскоре от некогда роскошной амуниции остались одни лохмотья. Отскочив назад, Велиас с вызовом выкрикнул:
– Сойдись со мной грудь в грудь, щенок! Я порву тебя голыми руками!
В ответ Вульф только рассмеялся и, вонзив меч в землю, расстегнул пояс с ножнами. Убедившись, что его вызов принят, Велиас стащил с плеч обрывки кольчуги и, расставив руки, шагнул к противнику.
Вульф не заставил себя ждать. Отбросив кольчугу и рубашку, он двинулся к пирату лёгким, словно танцующим, шагом. Его движения что-то смутно напомнили Велиасу. Пират выглядел по сравнению с юношей каменной глыбой.
Вульф же казался свитым из мышц и сухожилий. Движения Велиаса походили на движения буйвола: тупая сила и мощь. Вульф напоминал пантеру: хищная грация и обманчиво мягкие движения.
Взмахнув огромным кулаком, сила которого давно стала притчей среди пиратов, Велиас нанёс всесокрушающий удар, но за мгновение до этого Вульф легко отступил в сторону и, оказавшись сбоку от противника, нанёс резкий удар пяткой в затылок. Велиасу показалось, что его хватили по голове дубиной.
Рухнув на колени, он замотал головой, пытаясь разогнать стоявший в глазах туман. Синг-синг, тайная восточная борьба, благодаря которой человек становится гибким как сталь и быстрым как змея.
Справиться с мастером этой борьбы было просто невозможно. Всё это промелькнуло в голове Велиаса за два удара сердца. Он вспомнил, кого напоминает ему Вульф. Однажды его капер захватил странную посудину, полную невысоких, желтолицых людей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
