дому и голодные греки стали проявлять большую готовность к компромиссам. К концу марта они согласились, что латинская формула, согласно которой Святой Дух исходит от Отца и от Сына, означает то же самое, что и недавно принятая греческая формула, согласно которой он исходит от Отца через Сына. Устранив с пути
филиокве, они быстро уладили все прочие важные вопросы. К середине лета соглашение было практически достигнуто, и 5 июля официальный декрет об унии (представлявший собой скорее утверждение позиции латинян) был подписан всеми православными священниками, за исключением митрополита Эфесского, который остался непреклонен, но которому император запретил налагать вето. После этого латиняне поставили под документом свои подписи, и на следующий день указ официально объявили в кафедральном соборе Флоренции на латыни и на греческом языке. Латинская версия начиналась со слов
Laetentur coeli – «Да возрадуются небеса». Вскоре обнаружилось, что поводов для радости у небес мало.
Иоанн Палеолог вернулся в Константинополь лишь в феврале 1440 года. Возвращение было печальным: за несколько недель до его приезда умерла его любимая третья жена Мария Трапезундская, а Флорентийский собор уже повсеместно осуждали, понося подписавших его как изгоев и предателей веры; произошло и несколько случаев физического нападения. Патриархи Иерусалима, Александрии и Антиохии отреклись от делегатов, поставивших под договором подписи от их имени, а героем дня стал митрополит Эфесский. Эта всеобщая антипатия серьезно ослабила положение императора, и летом 1442 года его вечно жаждущий власти брат Димитрий попытался захватить трон во имя православия. Он потерпел неудачу, но попытка переворота отражала более серьезное недовольство.
Папа Евгений IV предпочел не заметить этих событий. Когда церковь теоретически стала единой, он должен был организовать обещанный крестовый поход против врагов Византии. Необходимость в этом день ото дня становилась все более очевидной. Смедерево, большая крепость на Дунае примерно в 25 милях (40,2 км) к юго-востоку от Белграда, сдалась в 1439 году после трехмесячной осады; в 1441 году армия султана вошла в Трансильванию, и не было сомнений в том, что следующей станет Венгрия. Таким образом, именно венгры стали основной частью объявленного папой крестового похода; его вождем стал венгерский король Ласло I, а главнокомандующим – блестящий венгерский военачальник Янош Хуньяди. Необходимый флот обещали предоставить венецианцы, герцог Бургундии и сам папа; корабли должны были проплыть по Босфору до Черного моря, а оттуда подняться по Дунаю и встретиться с армией, которая одновременно выйдет с северо-запада.
Крестовый поход начался летом 1443 года. Крестоносцы беспрепятственно дошли до Болгарии, где незадолго до Рождества взяли Софию. В январе 1444 года произошла еще одна крупная победа, и к концу весны султан всерьез забеспокоился. Его войска были заняты боями в Анатолии, Албании и Морее, и в июне он пошел на уступки, обеспечившие ему десятилетнее перемирие. Когда весть об этом достигла Рима, папа Евгений пришел в ужас. Неужели все одержанные в этом походе победы окажутся напрасными? Он немедленно освободил короля Ласло от данной султану клятвы и фактически приказал продолжать крестовый поход. Ласло следовало отказаться, так как его армия к тому времени сильно уменьшилась, однако он подчинился приказу папы и в сентябре вернулся со своими войсками. Крестовый поход возобновился; участники прошли через Болгарию до Черного моря, где у Варны их должен был ждать флот. Однако флот занимался другим делом: Мурад поспешно выдвинулся из Анатолии, и корабли союзников отчаянно пытались помешать ему пересечь Босфор. Им это не удалось, и 10 ноября 1444 года войско султана прорвалось через пролив и набросилось на армию крестоносцев. У христиан, уступавших мусульманам в численности, не было никаких шансов. Ласло погиб, его армия была уничтожена; спастись удалось лишь Яношу Хуньяди и нескольким его людям. Крестовый поход окончился катастрофой и стал последним, организованным в Европе против турок.
Эта катастрофа свела на нет все труды Иоанна Палеолога, став крушением всей его дипломатии и концом всех его надежд. Он осознал, что ради этого он предал свою церковь и навлек на себя ненависть и презрение большинства подданных. Однако окончательное унижение было еще впереди: когда султан вернулся с победой, именно Иоанн, как его верный вассал, должен был поздравить его с этим триумфом.
Через одиннадцать дней, 31 октября 1448 года, Иоанн умер в Константинополе. Ему было всего 56 лет, однако перенесенные за несколько последних лет разочарования сделали его печальным и сломленным человеком. Больше не будет никаких крестовых походов; никто больше не верил, что империю можно спасти, и многие сомневались, стоит ли она спасения. Внешность Иоанна известна нам лучше прочих византийских императоров благодаря его портрету на фреске Беноццо Гоццоли в капелле Волхвов в палаццо Медичи-Риккарди во Флоренции. Возможно, он не очень-то заслуживал своей посмертной славы. Мануил II говорил, что империи нужен не великий василевс, а хороший управляющий; Иоанн не был ни тем ни другим. Тем не менее он делал все возможное; к тому же положение Византии уже давно было безнадежным, и все попытки Иоанна спасти ее были обречены на провал. Возможно, это было к лучшему: Византия, которую разрушали изнутри и которой угрожали извне, уменьшилась почти до невидимой точки на карте Европы, и требовался последний удар, который прекратит ее страдания. Он уже давно должен был обрушиться, и ждать его осталось совсем недолго.
29
Крушение империи
(1448–1453)
Иоанн VIII Палеолог умер бездетным. Из пяти его братьев первый, Феодор, скончался за четыре месяца до Иоанна, а второй, Андроник, умер еще молодым в Фессалониках. Из трех оставшихся – Константина, деспота Мореи Димитрия и Фомы – своим преемником Иоанн назвал Константина. Жаждавший власти Димитрий немедленно оспорил это решение, однако мать, императрица Елена, в конце концов поддержала Константина, одновременно объявив себя регентшей до его приезда. Фома также выступил против Димитрия, и тот был вынужден подчиниться.
В Морею отправили двух гонцов, наделенных полномочиями объявить Константина императором. Разумеется, они не могли провести коронацию, и к тому же в Мистре не было патриарха, так что проведенная там 6 января 1449 года церемония была гражданской. Константин XI Палеолог Драгас (он всегда предпочитал использовать греческую форму фамилии своей матери-сербки) так и не был официально коронован. После Флорентийского собора православная церковь раскололась: патриарха Григория III, горячего сторонника унии, проклинала за предательство большая часть его паствы. Сам Константин никогда не осуждал унию, и, если ее поддержка могла увеличить шансы на получение помощи от Запада, его долгом было так и поступить. Однако цена оказалась высока: противники унии отказывались молиться за императора, а без коронации он не мог претендовать на их верность; коронация же могла спровоцировать гражданскую войну тогда, когда Византия столкнулась со своим самым безжалостным врагом.
О загадочном молодом князе, недавно унаследовавшем османский трон в Адрианополе, мало что знали.
