Хотя сразу за подъемной решеткой они увидели запертую дверь, явно предназначенную для посетителей, Ричард проехал мимо нее. После тоннеля в толстой внешней стене дорога шла по глубокому внутреннему каньону к следующей стене и здесь ныряла во второй тоннель. Эта стена составляла второй пояс защиты — хотя, казалось бы, зачем он? Без промедления Ричард въехал в длинный узкий проход. Цокот копыт эхом отражался от влажного камня тоннеля.
Миновав тоннель, они оказались на обширном дворе, поросшем густой травой. Справа от песчаной дороги тянулась стена с несколькими дверями. Никки догадалась, что здесь, за второй стеной скорее всего расположены служебные входы в замок. С другой стороны дороги находился большой выгон, огражденный забором. Слева оградой выгона служила стена самого замка, а на дальнем его конце виднелись конюшни.
Ричард молча спешился, открыл ворота выгона и пустил туда лошадь — не снимая, впрочем, седла. Озадаченные, женщины тем не менее последовали его примеру. Потом он направился ко входу, к которому вели двенадцать широких гранитных ступеней, истертых и расшатанных временем. Простые, но тяжелые двойные двери прятались в углублении стены. Как только приезжие ступили на крыльцо, двери со скрипом начали отворяться.
Старик со всклокоченными седыми волосами выглянул наружу — как хозяин дома, удивленный приходом посетителей. Он запыхался — вероятно, бежал навстречу гостям. Несомненно, его предупредила магическая паутина, которая извещала обо всех въехавших на дорогу к замку. В старину нашлись бы люди поближе, чтобы встретить новоприбывших. Теперь здесь жил только старик. Судя по тому, как тяжело он дышал, он был на другой стороне замка, когда услышал сигнал.
Хотя черты его худого морщинистого лица выражали безмерное удивление, Никки уловила сходство. Это мог быть только дед Ричарда, Зедд. Он был высок, но худ как щепка. В широко открытых ореховых глазах светились восторг и почти детская невинная радость. Простое, ничем не украшенное одеяние выдавало волшебника. Он хорошо выглядел для своих лет. Это радовало — значит, время не слишком сурово обойдется и с Ричардом.
Старик вскинул руки над головой.
— Ричард! — Радостная улыбка осветила лицо. — Ух ты, неужто я вижу тебя, мой мальчик?
Зедд выскочил из дверей и побежал по ступеням вниз. Ричард подскочил к деду и сгреб его в охапку, сжав в объятиях с такой силой, что у старика, и без того запыхавшегося, вовсе перехватило дыхание. Оба засмеялись. Даже смеялись они одинаково.
— Зедд! Ты представить себе не можешь, как я рад тебя видеть!
— А я — тебя, малыш. — Голос Зедда задрожал от слез. — Давно мы не виделись. Очень давно.
Он протянул костлявую руку за спину Ричарда и сжал плечо Кары:
— Как поживаешь, дорогая моя? Ты выглядишь очень усталой. С тобой все в порядке?
— Я морд-сит, — с легким возмущением напомнила она. — Конечно, со мной все в порядке. Почему это вам кажется, что я выгляжу не идеально?
Зедд захихикал, отодвинувшись от Ричарда:
— Похоже, без всякой причины. Вам обоим явно не помешает отдых или хороший обед, а скорее всего — и то, и другое. Но ты действительно неплохо выглядишь, и я чрезвычайно счастлив снова тебя видеть.
Кара улыбнулась:
— Я скучала по вам, Зедд.
Зедд покачал пальцем.
— Не каждая из вас, морд-сит, будет скучать по старику. Рикку бы твои слова удивили!
— Рикка? — удивленно переспросила Кара. — Рикка здесь?
Зедд махнул рукой в направлении полуоткрытой двери.
— Там она где-то… патрулирует, наверное. У нее в жизни два занятия — патрулировать и меня изводить. Говорю вам, с этой женщиной мне покою нет! Что еще хуже — она вдобавок еще и чересчур умна. Одна радость — она прирожденный повар.
Брови Кары взлетели вверх.
— Рикка умеет готовить?
Зедд подморгнул, сокрушенно вздохнув.
— Не говори ей, что я сказал тебе, а то попрекам конца не будет. Эта женщина…
— Зедд, — перебил Ричард. — У меня неприятности, и мне нужна помощь.
— Ты хорошо себя чувствуешь? Не болен? На тебе лица нет, мой мальчик! — Зедд прижал ладонь ко лбу Ричарда. — Знаешь, нет ничего хуже летней лихорадки. Жара снаружи, жара внутри. Плохое сочетание…
— Да… нет — то есть не в этом дело. Мне нужно поговорить с тобой.
— Так говори. Давно мы беседовали в последний раз. Очень давно. Когда же? Этой весной исполнилось два года, если не ошибаюсь. — Зедд немного отодвинулся и сжал руки Ричарда, осматривая его с ног до головы. — Ричард, а где твой меч?
— Слушай, давай поговорим об этом попозже, — сказал Ричард, раздраженно высвобождая руки из пальцев Зедда, чтобы отмахнуться от вопроса.
— Ты же сказал, что хочешь поговорить. Так говори — скажи мне, где меч. — Зедд широко улыбнулся Никки. — А кто эта прелестная колдунья?
Ричард мельком взглянул на улыбку Зедда, затем — на Никки:
— Ох, прошу прощения. Зедд, это Никки. Никки, это…
— Никки?! — Зедд с ревом отпрянул на два шага, словно увидев гадюку. — Та самая Никки? Сестра Тьмы, забравшая тебя в Древний мир? Зачем тебе эта мерзкая тварь? Как ты осмелился привести такую женщину…
— Зедд! — оборвал деда Ричард. — Никки — мой друг.
— Друг! Ты с ума сошел, Ричард? Неужели ты ожидаешь…
— Зедд, она теперь на нашей стороне. — Он гневно взмахнул рукой. — Так же, как Кара или Рикка. Времена меняются. Когда-то любая из них… — Он умолк под взглядом старого волшебника. — Ты знаешь, о чем я. Сейчас я доверю Каре свою жизнь, и она доказала, что достойна доверия. Точно так же я верю Никки. Обеим я верю, как себе.
Зедд, вполне успокоенный, схватил внука за плечо и дружески встряхнул.
— Похоже, я тебя действительно понял. С тех пор, как я дал тебе Меч Истины, ты очень многое изменил к лучшему. Да уж, в жизни бы не подумал, что с удовольствием буду есть блюда, приготовленные морд-сит. И тем более — что это будет вкусно… — Он осекся и прожег взглядом Кару. — Скажешь ей об этих словах — шкуру спущу! Эта женщина и так безнадежна.
Кара только улыбнулась.
Зедд перевел взгляд на Никки. Его взгляд не пронзал по-орлиному, как у других Ралов, но проникал так же глубоко и выдавал огромную скрытую силу.
— Добро пожаловать, колдунья. Если Ричард говорит, что ты друг, значит, так оно и есть. Прости мою вспышку!
Никки улыбнулась:
— Я все понимаю. Мне самой я прежняя тоже не нравлюсь. Темные заблуждения, темные мысли… Меня ведь не зря прозвали «госпожа Смерть». — Никки посмотрела в серые глаза Ричарда. — Ваш внук научил меня видеть красоту жизни.
Зедд гордо улыбнулся:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
