вы поедете домой, и пройдёте на кухню. Скажите тем, кто там будет, что очень хотите пить. Сами достанете из холодильника бутылку с бесцветной жидкостью, которая стоит на двери, нальете полный стакан и залпом выпьете его. Выполнять!
Чарльз Кадоган кивнул Монтермару и поспешил переодеваться.
— Что в той бутылке? — поинтересовался Вольфссеген.
— Концентрированная уксусная кислота. Как сказал один мой знакомый зельевар, который хорошо разбирается и в магловской химии, наличие такого вещества в холодильнике не вызовет ни у кого вопросов. А боль он испытает сразу с первого глотка. Он получит сильный, глубокий ожог глотки и пищевода. Если сразу не умрет от болевого шока, то будет умирать медленно от поражения крови, печени, почек. Наш человек, который будет его сопровождать везде под дезиллюминационными чарами, не даст ему умереть быстро, а физическое поражение от кислоты усилит магическим проклятием, которое будет нейтрализовывать любые магловские препараты, которые будут ему вводить. В том числе обезболивающие и снотворные. Они не должны умереть просто, вы же видите, нет даже намека на раскаянье!
Чарльз Кадоган проживёт в самой дорогой частной клинике Лондона целых две недели после того, как поступит туда после несчастного случая. Никто в его доме не смог дать никаких внятных объяснений, зачем Кадоган решил сам налить себе воды на
195/289
кухне, где он за всю свою жизнь появлялся от силы раз десять и то, только, чтобы что-то сказать. Две недели он будет орать от боли и писать записки с просьбой его усыпить и требованием поймать волшебников, которые это с ним сделали. Врачи констатируют, что болевой шок повлиял на его разум, и будут пытаться спасти его до тех пор, пока у него не остановится сердце. От реанимации отца дети сэра Кадогана отказались из гуманных соображений.
Замок Драконий утес
Вальбурга и остальные леди тут же начали заниматься освобожденными из плена магами. Был вызван лекарь Кхаран, а пока его ждали, дамы и эльфы приводили гостей замка в порядок. Аннабель Долохова, Бэлла Лестрейндж, Нарцисса Малфой, Тереза Нотт и Линда Крауч. После того, как всех доставленных помыли и переодели в чистые пижамы, их разместили, как всегда, на верхнем этаже южной башни. Алонсо сразу принес переноску, в которой стояли фиалы с «Последним шансом», видимо, такое распоряжение оставил Дракон.
Пока лекарь осматривал каждого пострадавшего, Вальбурга и Линда Крауч пытались разузнать имена гостей замка, чтобы уведомить родственников о том, что их потерянные члены семьи живы. Единственными, кто мог более-менее нормально общаться были волшебница, которую принес на руках Люциус и девочка по имени Арис, доставленная Ноттом.
— Мое имя Хортенс Такер, до того, как меня похитили, я работала продавщицей в магазине «Котлы Потедж», — том, что сразу попадается вам, когда вы выходите из «Дырявого котла» на Диагон аллею. Я маглорожденная волшебница и сразу обо мне могла волноваться только мадам Потедж. Теперь, наверное, и родители знают, если она им сообщила или авроры, которые, я так предполагаю, должны меня искать. Я там пробыла только больше месяца, но точнее не скажу. Высокий блондин — это мистер Милвус Гриздейл, он делал и продавал в небольшом магазинчике на Диагон аллее всевозможных воздушных змеев. Двое мужчин постарше: с рыжими волосами — это мистер Макхэвлок, хозяин мастерской волшебных головных уборов, а черноволосый — дядюшка Блинкхорн, сапожник. Седая дама — консультант из ботанических новинок Нолти. Девушка с серыми волосами — дочка миоманта Минуций, ее зовут Мирцела. А еще одного мужчину не знаю, как зовут. Он уже был плох, когда меня привезли, и не разговаривал ни с кем, и он точно не из торгового квартала — я бы его знала.
— Спасибо большое, милая, сейчас вас осмотрит гоблинский лекарь, потом вы выпьете одно очень хорошее зелье и поспите. А когда проснетесь, то будете себя чувствовать гораздо лучше.
— А кто вы и где это мы все?
— Меня зовут Вальбурга Блэк, а это Линда Крауч, полагаю, наши фамилии вам знакомы. Не волнуйтесь, вы в надежном месте. Как только вы станете настолько здоровы, что будете готовы отправиться домой, мы тут же доставим вас, куда вы пожелаете. Но и здесь вы можете оставаться столько, сколько захотите. Всех тех, кто был виновен в том, что с вами случилось, арестовали, а то место, где вас держали, после тщательного осмотра разрушат. Вы можете больше не бояться.
Тереза Нотт и Нарцисса Малфой беседовали с девочкой Арис. Узнали у нее, что она сирота и жила с бабушкой, которую звали Анели Буфо. Она выращивала овощи и фрукты и торговала ими на рынке Каркитт. Её похитили прямо из дома, а бабушку, скорее всего, тогда убили. Это было много дней назад, точно девочка не помнила. Мальчика звали Сильвиус Драмант, он тоже был сиротой, жил в магловском приюте и не знал, что он волшебник, пока его не похитили.
— Тот дядя, что принес меня, он обещал мне, что я увижу тут мальчика-дракона. Он придет ко мне? — спросила Арис.
— Обязательно дорогая, а сейчас выпей вот это очень красивое, вкусное и полезное зелье и поспи.
После того, как всех — и взрослых и детей — напоили эльфийским зельем и уложили спать, лекарь Кхаран сообщил Вальбурге, что, скорее всего, выживут все. У всех организмы были очень истощены, подвергались воздействию магловской химии, непонятных заклятий и каких-то физических факторов. Степень тяжести ущерба у всех разная, но, так как он уже наблюдал эффективность этого зелья, лекарь был почти уверен, что исцеление возможно для всех.
— Вам больше стоит волноваться об их душевном здоровье. Все травмы говорят о том, что этих магов держали в плену и пытали. Я даже не могу предположить, кто это мог совершить, и это не мое дело, но такие вещи сильно травмируют психику. Они никогда уже не станут прежними, а некоторые — душевно здоровыми. При их пробуждении особо обратите на это внимание. На фоне общей радости от освобождения, могут быть и иные реакции. Мы не знаем, что точно делали с ними их мучители, возможно, они просто не захотят жить с таким багажом.
— Вы хотите сказать, что они подвергались сексуальному насилию?
— И неоднократно. После применения к ним калечащих воздействий они были полностью беспомощны. Возможно, этим пользовались охранники или другой низший персонал.
— Спасибо, что предупредили, — тяжело вздохнув, сказала Вальбурга. — Сегодня мы удвоим ваш обычный гонорар и ждем вас через два дня к пробуждению
